«Творчество и рутина в инженерной практике»

Профессиографические особенности творческой личности

Как-то В.Г. Белинский сказал, что интерес человека к человеку, по-видимому, происходит из-за таинственности человеческой души, Н,В. Гоголь в «Авторской исповеди» писал, что стал писателем, «влекомый желанием знать человека» , ибо от «малых лет испытывал страсть замечать за человеком, ловить душу его в малейших чертах и движениях его, которые пропускаются без внимания людьми».

В этом смысле актера можно назвать акцентуированной личностью, ибо над ним доминирует интерес к перевоплощению, он занят «сверхценной идеей» проникнуть в мир другого человека. И в этом нет серьезной психопатологии. Как пишет профессор А.Е. Личко: «Акцентуация характера может быть определена как крайний вариант нормы, при котором отдельные черты характера чрезмерно усилены, а другие совершенно сглажены, в силу чего обнаруживается избирательная чувствительность к определенного рода психическим травмам иного рода». Этой повышенной устойчивостью также частично и объясняется отсутствие отрицательного действия эмоций негативного содержания на актера (они его вовсе не психотравмируют), но и у актеров есть свои слабые звенья, которые диалектически являются в их деятельности и сильными.

Если у актера нет четкой включаемости нервных процессов или механизмы переключения ослаблены, создаются психофизиологические помехи в творческой деятельности исполнительского характера и профессиональная неполноценность исполнителя. В то же время театровед, например, может свободно компенсировать этот недостаток перенесением своей работы, не требующей сиюминутной отдачи, на другое время. Механизмы же «сторожевого пункта» постоянно эксплуатируются в обоих случаях. Без настройки на творческую деятельность, без установки на включение «сторожевого пункта» не возникает физиологических предпосылок к созданию «функциональной расчлененности» коры, в свою очередь предрасполагающей к акту творчества.

Воображение и фантазия, сопровождающие творчество, развертываются на основе законов индивидуального «я» творящего, и творческое сознание охватывает индивидуально-личностную сферу ощущений творца, его чувств, интуитивного, а подчас и «сверхпонятийного» мышления, ориентированного не на внешний, а на внутренний мир человека. В этом состоянии «сверхпонятийного» сознания, «озарения», «творческого экстаза» и т.п. обыденное сознание может быть неконцентрированным, аффективно суженным. Не случайно В. Маяковский говорил, что поэтическая рассеянность – обратная сторона сосредоточенности. Художественное сознание концентрировано на субъекте деятельности, а житейское рассеивается по объектам. Отсюда известные «чудачества» творцов, совершаемые ими по рассеянности в обыденной жизни.

В творческом процессе «задействованы» все три области сознания: подсознание, собственно сознание и так называемое «сверхсознание» (К.С. Станиславский, В.П. Симонов). Но мышление художника не ограничивается сферой разумного осознания. Оно предполагает как бессознательные, так и сверхсознательные механизмы. Большое значение в акте художественного творчества справедливо придается сейчас изучению проблемы «бессознательного». Ф.В. Бассин пишет, например, что «художественное творчество в какой-то своей части детерминируется активностью бессознательного, то есть иррационального», и справедливо добавляет: «Устранив из акта художественного творчества опору на бессознательное, мы разрушили бы это творчество». Известно, что, по И.П.Павлову, может происходить замыкание временных связей и вне «светлого пятна сознания». По «темным ощущениям» И.М. Сеченова и «подсознательной доминанте» А.А.Ухтомского мы можем судить о наличии подсознательной сферы в деятельности человеческого мозга. К.С. Станиславский призывал актеров «сознательно возбуждать в себе бессознательную творческую природу для сверх сознательного органического творчества». М.Г. Ярошевский также говорит о так называемых «подсознательных» категориях творческого труда.

Рассматривая мотивационную сферу актера, П.В. Симонов выделяет в ней «так называемую доминантную потребность» по аналогии с понятием «сверхсверхзадача» по Станиславскому, являющуюся фактором реализации задатков и творческой самоактуализации. Американские психологи А. Маслоу, Р. Кеттел, А. Шостром и др. полагают, что условием удовлетворения потребности в самоактуализации является развитое и дифференцированное самосознание личности.

В результате экспериментально-психологических исследований нами выявлены некоторые психологические качества личн'ости, способствующие успешному освоению творческой профессии актера или режиссера. Для объективизации профессиографически значимых свойств личности был использован метод обобщения независимых характеристик. В качестве компетентных судей для оценки успешности овладения приемами мастерства приглашались педагоги и художественные руководители курсов.

Получены следующие психологические характеристики по данным СМИЛ (по Л.Н. Собчик). Ведущими шкалами у актеров были: 3, 6, 8. Наблюдение за актерами подтверждают преобладание таких особенностей личности, как экстравертированность, коммуникабельность, взрывной темперамент и наличие черт индивидуальности. Статистически достоверными оказались различия у сильных и слабых студентов лишь по шкале индивидуальности. У режиссеров ведущими шкалами оказались: 2, 7, 8, означающие соответственно тенденцию к интравертированности, внутреннему сосредоточению, преобладание мыслительного типа ВНД и наличие выраженной индивидуальности.

Как видно, общей шкалой, объединяющей обе профессии, является шкала индивидуальности. Различие между этими двумя профессиональными группами студентов проявилось в тенденции личности к экстра- или интравер-тированности.Анализ данных по опроснику Кеттела показал, что все шкалы, выявляющие творческие способности, одинаково высоки у актеров и режиссеров. Статистически достоверным в этих двух группах оказалось повышение показателей творческого воображения, «свободы от шаблона мышления», новаторства, инициативности («избегания традиций»).

Наши исследования свидетельствуют также о том, что «фрустрация» (напряженность) не мешает, а иногда, наоборот, способствует творческому самовыражению. Это и понятно, поскольку творцу противопоказано самоуспокоение.

Наибольшие различия проявлялись в исследовании эмоционального фона настроения у актеров и режиссеров. Актерам свойственна высокая эмоциональная возбудимость, выраженная способность к эмпатии (сочувствию и сопереживанию), эмоциональная подвижность, сила чувств, заразительность, доверчивость к предлагаемым обстоятельствам. Эти данные получены на основании наблюдения, опроса, метода обобщения независимых характеристик, а также цветового теста Люшера.

У режиссеров качества мышления не ограничивались способностью к анализу и синтезу (индукции и дедукции), а приближались к эвристическому типу, мышлению по типу трансдукции (Л.П. Ительсон). Эти данные не позволяют согласиться с иными высказываниями о том, что для психологической характеристики способностей будущего режиссера ведущим качеством является абстрактное мышление.

Мышление актера и режиссера сближают показатели не столько логического, сколько интуитивно-поискового характера творческой деятельности. И те и другие отмечали в самонаблюдении инсайтный характер решения творческой задачи по типу «ага-реакции» («озарение»); это согласуется с наблюдениями СМ. Эйзенштейна, отметившего у кинорежиссеров способность к так называемому «пралогическому» мышлению, свойственному скорее ребенку, чем взрослому. Умение по-детски просто и наивно посмотреть на мир, по мысли Эйзенштейна, очень важно для формирования способности художника к нетрадиционному и нешаблонному мышлению. Избыточный рационализм, «умственная жвачка», «сухое» абстрактное мышление наблюдалось у менее способных режиссеров по заключению «компетентных судей» и тесту Кеттела (фактор В).

Однако различие в мышлении актера и режиссера оказалось в широте ассоциативной деятельности, в большем пространственном видении и чувстве композиции у режиссеров.

Режиссерам свойственна также большая способность к образному осмыслению мира, умение улавливать эмоциональную наполненность сегодняшнего времени, большей глубине мировоззрения.

При анализе конкретных наблюдений за актерами профессиональных театров и студентов Российской Академии театрального искусства (бывш. ГИТИС) выявляется повышенный процент лиц с эмоционально-демонстративной акцентуацией.

В числе студентов РАТИ отмечалось, по сравнению со студенческой группой физиков (МФТИ), преобладание лиц, акцентированных по экспрессивному типу, – 30% студентов театрального института и лишь 12% среди студентов-физиков. Из всех акцентуантов актерского факультета 60% составляли лица экспрессивного типа, 30% – импульсивного, 5% – ригидного, 5% – импрессивного типа, В популяции студентов физико-технических вузов 49% всех акцентуантов составляли лица импрессивного, 29% – экспрессивного, 14% – импульсивного и 10% – ригидного типа.

В популяции профессиональных групп актеров театров психосоматические и органические болезни также не составляли проблемы и были единичными. Акцентуации же по экспрессивному типу в профессиональных театрах составляли всего лишь 35%. Зато 33% всех обследованных были акцентуированы по истерическому типу. Истероид-ный тип отличается эгоцентризмом, стремлением во что бы то ни стало обратить на себя внимание. Эти люди любят выслушивать только похвалу в свой адрес, претендуют на роль лидера. Однако чувства их неглубоки, воля ослаблена, авторитет невысок, тем более что они склонны к патологическому фантазированию и лжи. Если на первое место у истероидных личностей выступает стремление вызвать удивлении и почитание, демонстративность поступков, то можно говорить о демонстративном типе акцентуации.

Не случайно артист А.Д. Дикий писал, что есть «показная демонстративная природа истерики, в которой истинное чувство не участвует, в которой вечно сквозит желание покрасоваться своей утонченной душой».

Во всех поступках такого типа лиц наблюдается явная наигранность, неестественность и позерство, даже в интимной сфере. Высоким процентом истероидно-демонстративной акцентуации можно объяснить меньший (по сравнению со студентами РАТИ) процент лиц с акцентуацией по экспрессивному типу в профессиональном актерском труде, для которых стиль обработки психогенных трудностей в условиях жизненного и профессионального опыта динамичен. В одном случае этот стиль оптимизируется и личность компенсирует свои акцентуировавшиеся проявления, в другом, наоборот, происходит декомпенсация.

Творческая деятельность актера – это эмоционально насыщенный труд, но требующий такого контроля за эмоциями, который бы помогал перевоплощению и не стал бы тормозом переживанию, не превращаясь в то же время в психопатологию.

          Таким образом, личностные особенности актеров характеризуются акцентуациями по экспрессивному, истероидному и демонстративному типу. Для них характерно богатство воображения, эмоциональность, подвижность и переключаемость основных нервных процессов, высокая эмпатия. Эти качества благоприятствуют творческому перевоплощению, однако граничат с истерической психопатологией и требуют разработки методик психогигиенической коррекции.