Вступи в группу https://vk.com/pravostudentshop

«Решаю задачи по праву на studentshop.ru»

Решение задач по юриспруденции [праву] от 50 р.

Опыт решения задач по юриспруденции 20 лет!

 

 

 

 


«Воспитательное воздействие на осужденных к лишению свободы»

/ Уголовное право
Мини-контрольная,  7 страниц

Список использованной литературы

1. Уголовно-исполнительное право России / Под ред. В.И. Селиверстова. 4-е изд., перераб. и доп. М.: Юристъ, 2007.
2. Уголовно-исполнительное право / Под ред. А.Я. Гришко. М.: Моск. ун-т МВД России, 2008.
3. Уголовно-исполнительное право. Общая часть / Под ред. Ю.И. Калинина. 4-е изд., перераб. и доп. Рязань: Академия права и управления Минюста России, 2006.
4. Уголовно-исполнительное право / Под ред. И.В. Шмарова. М.: БЕК, 2008.
5. Уголовно-исполнительное право России / Под ред. А.И. Зубкова. М.: Инфра-М, 2007.
6. Уголовно-исполнительное право России: Учеб. и основные нормативно-правовые акты / Под ред. О.В. Филимонова. М.: ЮрИнфоР, 2008.
7. Уголовно-исполнительный кодекс с научными комментариями по главам ученых-правоведов. М.: Новый век, 2008.


Работа похожей тематики


К вопросу о допустимости установления судом факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд в предварительном судебном заседании

Ильин А.В.
Электронный ресурс, 2010.
В статье рассматривается механизм установления судом пропуска истцом сроков для обращения в суд в условиях существующей системы процессуальных гарантий.
Ключевые слова: сроки обращения в суд, процессуальные гарантии, представление доказательств, подготовка дела к судебному разбирательству.
In the article the mechanism of establishment of admission of terms a plaintiff a court is examined for an appeal in a court in the conditions of the existent system of judicial guarantees.
Key words: reference to the court terms, judicial guarantees, presentation of proofs, preparation of case to the judicial trial.
Сама формулировка заглавия настоящей статьи наталкивает читателя на мысль о том, что с поставленным в ней вопросом что-то не так. Казалось бы, ответить на вопрос, вынесенный в заглавие настоящей статьи, не составляет никакого труда - достаточно обратиться к ч. 6 ст. 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в силу которой при установлении факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу, и вопрос снимается!
Однако более глубокий анализ приведенного законоположения в поисках ответа на поставленный вопрос приводит к необходимости изучения самой логики и структуры установления судом факта пропуска истцом без уважительных причин срока исковой давности (срока обращения в суд), а также к принципиальному определению процессуальных правил, пригодных для этой цели.
Полученные в ходе исследования указанных вопросов результаты дают основания утверждать о недопустимости существования правила ч. 6 ст. 152 в Гражданском процессуальном кодексе Российской Федерации (далее - ГПК РФ). Доказательству этого тезиса и посвящена настоящая статья.
I
Обратимся к вопросу о том, что означает установить факт пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд.
Установить, истек или нет срок исковой давности (срок обращения в суд), - это значит определить, сколько времени прошло с момента, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права, и сопоставить это количество времени с пределами, обозначенными в законе. В свою очередь, для того, чтобы определить указанный момент, необходимо установить одновременное наличие трех условий: во-первых, принадлежит ли истцу материальное субъективное право, во-вторых, существовали ли какие-либо обстоятельства, которые истцом квалифицированы в качестве нарушения принадлежащего ему указанного права, в-третьих, является ли правонарушителем ответчик по делу.
Необходимость для существования первого условия установления судом пропуска истцом срока исковой давности (срока обращения в суд) определяется тем, что срок исковой давности, равно как и иной срок обращения в суд, является сроком для защиты какого-либо материального права, в связи с чем отсутствие у лица субъективного материального права означает отсутствие объекта защиты, а следовательно, невозможность и самой защиты. Если у истца отсутствует субъективное материальное право, принудительной реализации которого он добивается в суде, то суду нечего и защищать, в связи с чем делается бессмысленным установление судом и пропуска срока исковой давности (срока обращения в суд), так как срок исковой давности (срок обращения в суд) имеет значение только для защиты субъективного права. Иными словами, сроки для защиты права существуют только тогда, когда существует само защищаемое право; отсутствие защищаемого права делает бессмысленным установление срока исковой давности (срока обращения в суд).
Из приведенного обоснования следует и подтверждение правомерности существования второго приведенного выше условия. Действительно, отсутствие правонарушения означает, что субъективному материальному праву истца ничего не угрожает, т.е. суду защищать субъективное право истца не от чего. Отсутствие же необходимости в защите права делает бессмысленными и сроки для такой защиты. Важно, однако, подчеркнуть, что, поскольку суд по общему правилу связан требованиями истца (ч. 3 ст. 196 ГПК РФ), он обязан определять наличие правонарушения исходя из тех обстоятельств, которые приводятся и доказываются истцом. Поэтому если истец утверждает, что его права были нарушены ответчиком одним способом, а в действительности права истца были нарушены другим способом, то суд обязан сделать вывод о том, что права истца ответчиком не нарушены.
Наконец, правомерность третьего условия установления судом пропуска истцом срока исковой давности (срока обращения в суд) основывается на том, что защита прав кого-либо осуществляется от действий конкретного лица, т.е. процесс ведется против конкретного ответчика (п. 3 ч. 2 ст. 131 ГПК РФ). Исходя из этого, а также учитывая, что наличие персонифицированной фигуры правонарушителя есть непременный атрибут самого правонарушения, установление судом непричастности ответчика к тому правонарушению, защиты от которого добивается у суда истец, означает невозможность самой защиты права истца против данного ответчика. Соответственно, указанная невозможность защиты права делает бессмысленными и сроки для такой защиты.
Исходя из логики и структуры установления судом факта пропуска истцом без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд необходимо признать абсурдность правила ч. 6 ст. 152 ГПК РФ, в силу которого при установлении факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу. Как мы показали выше, для того, чтобы установить факт пропуска истцом без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд, суду вопреки правилу ч. 6 ст. 152 ГПК РФ фактически требуется разрешить дело по существу, т.е. установить в судебном заседании целый ряд обстоятельств по делу. Без установления указанных выше обстоятельств прийти к обоснованному выводу о пропуске истцом без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд не представляется возможным.
Однако если разрешение судом вопроса о пропуске срока исковой давности (срока обращения в суд) фактически представляет собой разрешение дела по существу, а разрешить дело по существу - значит, определить содержание прав и обязанностей субъектов спорного материального правоотношения, то возможно ли установление судом факта пропуска истцом срока исковой давности уже на стадии подготовки дела к судебному разбирательству?
II
Статья 46 (ч. 1) Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на судебную защиту его прав и свобод. Согласно Всеобщей декларации прав человека (ст. 8), Международному пакту о гражданских и политических правах (п. 1 ст. 14), Конвенции о защите прав человека и основных свобод (п. 1 ст. 6) под судебной защитой понимается эффективное восстановление в правах независимым судом на основе справедливого судебного разбирательства, что предполагает обеспечение состязательности и равноправия сторон, в том числе предоставление им достаточных процессуальных правомочий для защиты своих интересов при осуществлении всех процессуальных действий, результат которых имеет существенное значение для определения прав и обязанностей <1>.
--------------------------------
<1> См.: Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2004 г. N 194-О "По жалобе гражданина Капустяна Владимира Николаевича на нарушение его конституционных прав статьями 165 и 203 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 2005. N 1.
Соответственно недопустимо проведение разбирательства дела по существу вне судебного заседания или без соблюдения процессуальных гарантий при осуществлении участниками процесса процессуальных действий.
В развитие положений ст. 46 Конституции Российской Федерации и названных международных правовых актов Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации содержит детальную регламентацию проведения судебного разбирательства (гл. 15). Строгость и детализированность процессуальной формы являются гарантиями осуществления процессуальных прав участников процесса и их соблюдения судом. В случае возбуждения судом гражданского дела стадия судебного разбирательства является обязательной стадией гражданского процесса (ст. 155 ГПК РФ). Следовательно, по общему правилу рассмотрение дела по существу осуществляется в стадии судебного разбирательства. Единственным исключением из этого правила является случай, предусмотренный ч. 6 ст. 152 ГПК РФ.
Часть 6 ст. 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предоставляющая суду возможность вынести решение в связи с установлением пропуска срока исковой давности (срока обращения в суд), допускает разрешение спора по существу уже на стадии предварительного рассмотрения дела. Однако это принципиально расходится с назначением указанной стадии гражданского процесса.
Цель стадии подготовки в ч. 1 ст. 147 ГПК РФ определена как обеспечение своевременного и правильного рассмотрения и разрешения дела. Следовательно, цель этой стадии гражданского процесса, как это видно из названия, может состоять только в подготовке дела к судебному разбирательству. Само же судебное разбирательство осуществляется в силу гл. 15 ГПК РФ в рамках отдельной детально регламентированной стадии.
В интересах достижения указанной цели Закон ориентирует суды в данной стадии процесса на решение ряда задач. Согласно ст. 148 ГПК РФ задачами подготовки дела к судебному разбирательству являются: уточнение фактических обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела; определение закона, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установление правоотношений сторон; разрешение вопроса о составе лиц, участвующих в деле, и других участников процесса; представление необходимых доказательств сторонами, другими лицами, участвующими в деле; примирение сторон. Как видно, ни одна из указанных задач в отдельности, ни все они в совокупности не дают оснований для вывода о том, что целью подготовки дела к судебному разбирательству является разрешение дела по существу. Результатом подготовки дела к судебному разбирательству должен быть только вывод суда о том, что дело является подготовленным, в связи с чем суд выносит определение о назначении его к разбирательству в судебном заседании (ст. 153 ГПК РФ).
В силу этого разрешение дела по существу в предварительном судебном заседании представляет собой квазисудебное разбирательство, осуществляемое по специальным правилам (ст. 152 ГПК РФ), квинтэссенцией которых является упрощение производства путем усечения процессуальных гарантий прав участников процесса. Названные специальные процессуальные правила не рассчитаны на рассмотрение судом дела по существу <2>, а потому на их основании невозможно разрешить дело. Положения же ч. 6 ст. 152 ГПК РФ ориентируют суды на арифметический, формальный подход к осуществлению правосудия, чем грубо попирают принципы справедливого судебного разбирательства.
--------------------------------
<2> В этом легко убедиться, если сравнить положения ст. 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и положения гл. 15 названного Кодекса, детально регламентирующие разрешение судом дела по существу.
III
Истечение срока исковой давности (срока обращения в суд) при условии заявления о его пропуске ответчиком в ходе рассмотрения дела в суде есть основание к отказу истцу в иске, т.е. основание к отказу в принудительной реализации нарушенного (или возникшего вследствие правонарушения) материального права истца. Соответственно, установление судом пропуска истцом без уважительных причин (срока обращения в суд) является основанием для отказа в удовлетворении иска, а не основанием для отказа истцу в рассмотрении его иска. Вследствие этого Гражданский кодекс Российской Федерации в п. 1 ст. 199 указывает, что требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности <3>.
--------------------------------
<3> Представляется, что указанное правило, закрепленное в Гражданском кодексе Российской Федерации в отношении срока исковой давности, справедливо и для других сроков обращения в суд. Так, например, судья не вправе отказать в принятии искового заявления по мотивам пропуска без уважительных причин срока обращения в суд (ч. ч. 1 и 2 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации) или срока на обжалование решения комиссии по трудовым спорам (ч. 2 ст. 390 Трудового кодекса Российской Федерации), так как названный Кодекс не предусматривает такой возможности (см. абз. 1 п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2004. N 6).
Следовательно, в случае истечения срока исковой давности (срока обращения в суд) истец имеет право на предъявление иска и рассмотрение его судом в общем порядке с предоставлением ему всех процессуальных возможностей, которыми в силу ч. 1 ст. 35, ч. 1 ст. 39 ГПК РФ наделяется истец. Однако это означает, что применение судом срока исковой давности (срока обращения в суд) не может влечь ограничение процессуальных прав истца, принадлежащих ему в связи с возбуждением дела по его иску.
Между тем закрепленное в ч. 6 ст. 152 ГПК РФ правило, предоставляющее судам возможность принять решение по существу дела в связи с установлением пропуска срока исковой давности (срока на обращение в суд), уже на стадии подготовки дела к судебному разбирательству влечет существенные нарушения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, и прежде всего истца.
Действительно, отмеченные выше цель и задачи стадии подготовки дела к судебному разбирательству ориентируют участников процесса на то (создают законное ожидание того), что само разбирательство будет осуществляться не на стадии подготовки к судебному разбирательству, а в дальнейшем - на стадии судебного разбирательства. Исходя из этого участники процесса планируют совершение ими процессуальных действий, к числу которых можно отнести: представление доказательств, заявление ходатайств, совершение распорядительных действий и т.д.
Так, в силу правил гл. 15 ГПК РФ лица, участвующие в деле, вправе представлять доказательства до момента удаления суда для принятия решения в совещательную комнату. Соответственно, участники процесса самостоятельны в выборе момента представления доказательств в силу имманентно присущего праву на судебную защиту, гарантированному в ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации, принципа диспозитивности и принципа состязательности, закрепленных в ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ч. 1 ст. 12 ГПК РФ.
Необходимо отметить, что правила гл. 14 ГПК РФ призывают суд к тому, чтобы уже в стадии подготовки дела создать условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" <4>). Однако из правил гл. 14 ГПК РФ нельзя путем буквального или систематического их толкования сделать вывод о том, что лица, участвующие в деле, обязаны представлять доказательства по делу только на стадии подготовки дела к судебному разбирательству, как нельзя сделать вывод о том, что лица, участвующие в деле, обязаны на данной стадии заявлять ходатайства или совершать распорядительные действия, поскольку впоследствии сделать это они уже будут не вправе. Дело обстоит как раз наоборот: по общему правилу названные процессуальные действия осуществляются в стадии судебного разбирательства (ч. 1 ст. 157, ст. ст. 165, 166, 173 ГПК РФ). Однако в силу принципа диспозитивности Закон прямым указанием позволяет осуществить указанные действия участникам процесса раньше, на стадии подготовки дела к судебному разбирательству.
--------------------------------
<4> См.: Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2008. N 9.
Право же суда рассмотреть дело по существу в силу ч. 6 ст. 152 ГПК РФ на стадии подготовки дела к судебному разбирательству ограничивает участников процесса в осуществлении названных процессуальных прав. Суд, опираясь на указанную статью, уже на стадии подготовки дела к судебному разбирательству может прийти к выводу о том, что представленных сторонами на этой стадии процесса доказательств по делу достаточно для вынесения решения, ведь у суда уже сложилось мнение о том, что истцом без уважительных причин пропущен срок исковой давности (срок обращения в суд).
Между тем лица, участвующие в деле, во-первых, в силу принципов диспозитивности и состязательности не обязаны представлять все имеющиеся у них доказательства на данной стадии процесса, во-вторых, они к указанному моменту времени могут не иметь в наличии всех необходимых доказательств, которые у них могут появиться во время процесса. Однако представление доказательств, которые отсутствовали у лиц, участвующих в деле, на стадии подготовки дела к судебному разбирательству, в стадии судебного разбирательства может полностью изменить представление суда об обстоятельствах пропуска истцом срока исковой давности (срока на обращение в суд). Следовательно, на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд может составить лишь предположение о пропуске срока исковой давности (срока на обращение в суд), окончательно этот вопрос должен быть разрешен только по окончании стадии судебного разбирательства.
Таким образом, ч. 6 ст. 152 ГПК РФ не только существенно ограничивает лиц, участвующих в деле, права представлять доказательства в ходе процесса по их гражданском делу, что противоречит положениям ч. 1 ст. 12, ч. 1 ст. 35 ГПК РФ, но и, по существу, препятствует правильному рассмотрению и разрешению гражданских дел, что в силу ст. 2 ГПК РФ недопустимо.
IV
В качестве причины, оправдывающей названное ограничение процессуальных прав, может быть названа только необходимость ускорения производства по делу (постулат процессуальной экономии). Думается, что такое оправдание не выдерживает критики.
Средством ускорения разбирательства дел может служить только упрощение порядка рассмотрения дел в судах, представляющее собой освобождение от процессуальных обязанностей суда с одновременным возложением дополнительных процессуальных обязанностей и риска совершения или несовершения процессуальных действий на стороны. Однако для такого упрощения, влекущего значительное снижение уровня процессуальных гарантий для участников судопроизводства, требуется какое-либо оправдание, допускающее ускорение производства по делу названными средствами. Признавая моральную невозможность принципа "цель оправдывает средства", следует подчеркнуть, что такое упрощение не может обосновываться единственно только самой необходимостью ускорения процесса.
Представляется, что возложение ч. 6 ст. 152 ГПК РФ риска представления или непредставления доказательств в стадии подготовки дела на стороны, которые, как правило, не являются профессиональными участниками гражданского оборота, не может быть ничем оправдано. На наш взгляд, ошибочность правила проявляется еще сильней при обращении к нормам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ведь в арбитражном процессе, в котором упрощение процессуальной формы объективно обусловлено, возможность в стадии подготовки дела к судебному разбирательству выносить решение по существу дела (в том числе и при установлении факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд) отсутствует.
Кроме того, сам по себе довод о том, что правила ч. 6 ст. 152 ГПК РФ способствуют ускорению производства по делу, является ложным. Как указывалось выше, рассматривая вопрос о пропуске срока исковой давности (срока обращения в суд), суд разрешает дело по существу. В силу этого никакого ускорения производства не происходит, ведь суд все равно должен установить все обстоятельства дела. Такое ускорение может быть осуществлено только тогда, когда суд принимает решение о пропуске названного срока путем простого сопоставления даты, с которой истец связывает нарушение защищаемого им в суде права и указанной в иске, с датой поступления в суд данного искового заявления. Однако, как было показано выше, такой "способ" ускорения производства по делу принципиально недопустим.
Таким образом, правило ч. 6 ст. 152 ГПК РФ, игнорирующее логику и структуру установления судом факта пропуска истцом без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд, а также расходящееся с принципами справедливого судебного разбирательства, подлежит незамедлительному исключению.
Источник: http://www.juristlib.ru/book_8512.html


100
рублей


© Магазин контрольных, курсовых и дипломных работ, 2008-2019 гг.

e-mail: studentshopadm@ya.ru

об АВТОРЕ работ

 

Вступи в группу https://vk.com/pravostudentshop

«Решаю задачи по праву на studentshop.ru»

Решение задач по юриспруденции [праву] от 50 р.

Опыт решения задач по юриспруденции 20 лет!