Вступи в группу https://vk.com/pravostudentshop

«Решаю задачи по праву на studentshop.ru»

Решение задач по юриспруденции [праву] от 50 р.

Опыт решения задач по юриспруденции 20 лет!

 

 

 

 


«Лекции по дисциплине "Концепции современного естествознания"»

/ КСЕ
Лекция, 

Оглавление

 

5. Естественнонаучные основы  психофизиологии

 

5.1. Биологическая детерминация психических процессов и изучение центральной нервной системы человека

 

Познание функций миллиардов клеток, состав­ляющих нашу нервную систему, еще только начинается. Тем не менее, благодаря созданию все более сложных приборов уже есть возможность выявлять многочисленные связи между нервными структурами и пове­дением индивидуумов.

Изучая эффекты, возникающие при раздражении с помощью вжив­ленных электродов или при повреждении различных участков мозга, удалось выяснить, например, важнейшую роль «примитивных» мозго­вых структур, которые имеются у всех животных и у человека и служат центрами таких процессов, как эмоции, проявления инстинктов или сон. Эти методы позволили также пролить свет на механизмы зрения, слуха и даже некоторых форм памяти. Все более глубокое изучение механиз­мов действия гормонов, химических передатчиков (медиаторов) и мно­гих лекарственных препаратов дало возможность лучше понять, чем обусловлен эффект некоторых стимуляторов и как можно облегчить или, наоборот, блокировать передачу информации в нервной системе.

С точки зрения биологии homo sapiens относится к млекопитающим и представляет собой один из видов приматов. Но с другой стороны человека можно назвать венцом известной нам живой природы, носителем разума.

Развитый головной мозг и сложная нервная система дают человеку возможность высокого развития психической жизни и интеллекта. У человека объем мозга от 900 до 2000 см3. Мозг некоторых животных (слоны, китообразные) имеет больший объем, но отношение массы мозга к массе тела наибольшее у человека. Головной мозг человека обладает наибольшей площадью коры или серого вещества за счет борозд и извилин. Но феномен выдающейся работы мозга заключается не столько в количестве се­рого вещества, сколько в сложной многоуровневой конфигурации связей нервных клеток – нейронов. Так, нижняя теменная извилина мозга Эйнштейна была на 15 процентов шире нормальной и она по­шла по необычной траектории. Вследствие такой конфигурации большее количество мозговых клеток, или нейронов, могли устанавливать связи друг с другом и работать с большей легкостью[1].

Полушария головного мозга человека имеют специализацию выполняемых функций. Ле­вое полушарие отвечает за логику, анализ, количественную обработку ин­формации и выработку стратегии поведения. Оно последовательное, вербальное. Правое полушарие отвечает за интуицию, синтез, воображение, творчество. Правое полушарие невербальное, художественное, целостное,

В отличие от животных для человека характерен медленный темп роста и биологического созревания. Для развития сознательной деятельности человека требуется дол­гий период обучения и социализации. С другой стороны, человек живет значительно больше своего репродуктивного цикла, что позволяет ему в большей мере реализовать свой жизненный опыт.

Все эти особенности строения человека наводят на мысль о его осо­бом статусе. Человек хуже, чем животные приспособлен к биологической жизни в природе, но у него есть разум, что позволяет ему преобразовывать природу. К сожалению, в последнее время преобразование природы пони­мается как внешнее действие, в то время как реальное преобразование все­гда должно начинаться с сознания.

Главные признаки сознания – желание, мышление, волеизъявление. В способности желать и проявлять волю мы не отличаемся от других орга­низмов. Насекомые, животные проявляют те же признаки сознания, что и человек. Наше отличие от них – в рациональном мышлении. Рациональное мышление позволяет человеку обращать мысль на се­бя, следовательно, жизнь человека предназначена для саморазличе­ния. Если рациональное мышление самое главное в человеке, то остается удивляться тому, как с развитием цивилизации человек превращается в экономическое животное, цели которого мало отличаются от изощренных биологических потребно­стей.

Поэтому самое ценное в человеке – развитое сознание. Культивиро­вание того, что связано исключительно с высоким сознанием и составляет подлинного человека. Пластичность врожденных импульсов и потребностей способ­ствует развитию сложных образцов поведения человека и приспособления его к различ­ным условиям среды. Еще Пико делла Мирандола в «Речи о достоинстве человека» выдвигал идею того, что человек может сделать из себя все, что захочет: он может подняться на высоту ангелов, а может пасть ниже жи­вотной твари.

Животная его часть должна быть подчинена разум­ной, т.к. такого развитого сознания ни у кого больше из животных нет. Сейчас же сильны представления о том, что разумная часть должна обес­печивать комфорт животной части. Одна форма человека не свидетельст­вует о человеческом мышлении. Как в Австралии вылавливают абориге­нов, предоставляя им равные права на жилье, но вместо того, чтобы вос­пользоваться домом, они разжигают костер в комнате, пробивают в стене выход и ведут себя совсем не по человечески. Во многих языках даже за­крепился термин «двуногое животное». Человек есть возможность чего-то лучшего, он есть точка бифуркации. На греческом человек звучит как «антропос», что означает «тот, кто смотрит вверх». Физиология всех других организмов устроена так, чтобы смотреть на землю и искать здесь удовле­творения своих животных потребностей.

 

Естественнонаучные представления о функционировании мозга человека. Нервную систему можно представить, как биологическую цепочку трансляции информа­ции. Структурно она состоит из двух отделов:

1) центральной нервной системы (ЦНС), вклю­чающей головной и спинной мозг, которые помещаются во внутренних полостях черепа и позвоночника;

2) периферической нервной системы (ПНС), со­стоящей из периферических нервов, соединяющих кожу, мышцы, кости, суставы и внутренние органы с ЦНС. 

Функционально нервную систему можно разделить на подсистемы:

1) соматическую нервную систему – координирующую деятельность опорно-двигательного аппарата, воспринимающую все виды чувствительности и подконтрольной сознанию;

2) вегетативную нервную систему, регулирую­щую функции внутренних органов;

3) диффузную нервную систему кишеч­ника, управляющую деятельностью пищеварительного тракта.

Отдельные функции нервной системы осуществляются ее подсисте­мами, организованными в соответствии со своим назначением. Выполне­ние каждой из мозговых функций – ощущения, движения, различных регуляторных действий – возложено на отдельные системы. Соотношение час­тей внутри каждой системы объясняется понятием иерархии. Между опре­деленными частями нервной системы существуют специфические и весьма важные связи.

С помощью нервной система организм человека может:

а) воспринимать окружающий мир и реаги­ровать на него;

б) координировать функции других органов, от которых зависит его существование (еда, питье, дыхание, движение, раз­множение);

в) хранить, упорядочивать и извлекать информацию о прошлом опыте.

Основные принципы клеточной организации и функционирования мозга:

1.    Основные действующие элементы нервной системы – это отдель­ные нервные клетки, или нейроны. Любая из основных биологических функций нейрона может изме­няться в соответствии с функциональными требованиями.

2.    Нейроны обладают рядом черт, общих для всех клеток тела, однако нейроны сильно отличаются от остальных клеток по своей конфигурации, связям и «стилю работы».

3.    Нейрон бывает в двух состояниях: возбужденный и невозбужденный. Активность нейрона регулируется свойствами его мембраны; свойства мембраны нейрона изменяют синаптические медиаторы (активные вещества, содержащиеся в синапсах – нейронных соединениях).

4.    Основные схемы проводящих путей мозга, генетически запрограм­мированы. В соответствии с генетической программой строятся нервные сети трех основных типов: иерархические сети, локальные сети и дивергентные сети с одним входом. Генетически запрограммированные типы сетей могут локально видоизменяться в результате своей активности.

5.    Помимо нейронов нервная система содержит и другие клетки: глиальные, соединительно-тканные и клетки сосудистой системы

Одной из актуальных философских и естественнонаучных проблем остается проблема пола (гендера). До сих пор нет однозначного ответа на вопрос о причине различий между мужскими и женскими особями. Речь идет не столько о дифференциации половых признаков, обусловленных необходимостью воспроизводства рода, сколько о специфике мировос­приятия и мироотношения. Между тем, появляется все больше сведений, что различие между мужчиной и женщиной происходит, прежде всего, на соматическом уровне. Так, анализ работы полушарий мозга у мужчин и женщин показал, что у мужчин оба полушария, отвечающие за логическое и образное мышление работают попеременно, в то время как у женщин – одновременно. При этом доминантным для мужчин является левое, а для женщин – правое. Функциональные различия полушарий головного мозга представлены в таблице 2.

Таблица 2

Функциональные различия полушарий головного мозга

 

Левое полушарие

(абстрактно-логическое)

Правое полушарие

(чувственно-образное)

Разум

Эмоции

Агрессивность, решимость

Ненасилие

Сложность

Простота

Прямолинейность

Многозначность

Ответственность, серьезность

Верность

Руководство, направление

Принятие

Планирование

Подчинение

Внешняя деятельность

Внутренняя деятельность

Самоотречение

Преданность

Справедливость

Сострадание

Контроль

Смирение

Бесцеремонность

Стыдливость, застенчивость

Бесстрашие

Робость

Спокойствие

Умиротворение

Твердость

Мягкость

Целеустремленность

Чистоплотность

Стойкость

Правдивость, открытость

 

         

Особенности психики и сознания человека

1. Особенности человеческого сознания проявляются как в чувствен­ной форме (ощущения, восприятия, представления), так и в рациональной (понятия, суждения, умозаключения); а так же в соотношениях и в удель­ном весе этих двух форм.

2. Большая роль в жизнедеятельности человека принадлежит рациональной форме сознания в сравнении с чувственной.

3. Совершенствование качества рациональной формы сознания:

- развитие все большей широты и абстрактности обобщений;

- уменьшение роли в них чувственного элемента,

- все больший отход абстракций от непосредственного практического приложения.

4. Развитие у человека форм рационального сознания:

- понятийного мышления и связанной с ним членораздельной речи;

- оценочного мышления;

- целевого характера мышления и поведения.

 

Таблица 3

Сознание и бессознательное

 

 

 

Сознательное

Бессознательное

1.

Вербальное

Невербальное

2.

Формально-логическое

«Нелогичное», неформальная логика

3.

Концептуальное, абстрактное

Образно-визуальное, конкретное

4.

Символическое

Иконическое

5.

Синтаксическая связанность знаков

Свобода комбинации знаков

6.

Рациональное

Первичные мыслительные процессы

7.

Вторичные мыслительные процессы

Иррациональное

8.

Интенциональное мышление

Сновидения, фантазии, галлюцинации

9.

Формализация

Интуиция

10.

Научная систематизация

Мифологическая систематизация

11.

Последовательность

Одновременность

 

 

 

 

Моделирование сознания. В последние десятилетия активно развивается моделирование пси­хических процессов. Какой принцип действия заложен в общности про­граммируемого поведения машины и человека?

Таблица 3

Сходства ЦНС и ЭВМ[2]

 

 

Психика 

Общность 

Автомат 

1. Структуры нервной сис­темы (сети)

Структурная

1. Управляющие цепи и ЛВС

2. Функции нервной ткани,

ЦНС

Функциональная

2. Функции ЭВМ (анализ)

3. Состояние нейрона (возбужденный / невозбужден­ный)

Свойств

3. Двоичная цифровая сис­тема (0/ 1)

4. Рецепторы –

Мозг – Эффекторы

Основных узлов

4. Датчики, устройства ввода – Процессор, записывающие устройства – Дисплей

5.Безусловные рефлексы

Разомкнутых процессов

5. Автоматы, работающие без коррекции ошибок

6.  Условные рефлексы и ассоциативные связи

Замкнутых процессов

6. Системы с коррекцией ошибок

 

 

В последние десятилетия активно развивается моделирование пси­хических процессов. Какой принцип действия заложен в общности программируемого поведения машины и человека?

Вместе с тем, следует помнить об ограничениях моделирования пси­хических процессов в автоматах. Интеллект - это мыслительная способ­ность у человека. Она конституируется через процедуры синтеза, анализа, обобщения, абстрагирования, сравнения. Некоторые из этих операций мо­жет делать и машина (анализ, сравнение, например). Да и то она это делает не как свободное волеизъявление, а как запрограммированное действие (любая эвристика также должна иметь алгоритм).

Машина не может моделировать мышление правого полушария, синтезировать. Можно ли автомат заставить получить необходимый результат про­стым перебором вариантов? Бесплодность такого подхода следует из про­стого факта, называемого в кибернетике комбинаторным взрывом. Дело в том, что если элементы могут свободно группироваться друг с другом, то общий набор сочетаний растет (с увеличением числа элементов в наборе) крайне быстро, экспоненциально. Так, при алфавите всего из десяти сим­волов можно составить 10100 текстов длиной по сто букв! Машине, про­сматривающей даже миллиард миллиардов таких стобуквенных слов в се­кунду (конечно, это фантастическая скорость), для полного обозрения их понадобится около 1074 лет. Для сравнения, время, прошедшее после кос­мологического Большого взрыва – «всего лишь» 1010. Поэтому испытать все варианты не под силу ни «медлительному» человеческому уму, ни сколь угодно совершенному компьютеру. И все же каким-то образом возникают уникальные тексты из многих сотен и тысяч знаков (в музыке Мо­царта нельзя тронуть ни одну ноту).

Если даже и поставить задачу автомату синтезировать, то ни на ка­ких компьютерах, например, не выработаешь научное понимание общества или теорию языка. Здесь нужна не гипертрофия отдельных свойств чело­веческого интеллекта, причем самых простых, а ум другого типа – диалек­тический, гибкий, многогранный, творческий, широкий. Поучается пара­докс, когда интеллектуальный потенциал машины по скорости операций в секунду выше, чем у человека, однако самые гонкие и сложные операции остались за пределами этого прогресса, Последствия этого не заставили долго ждать. Компьютеризация мышления убивает живую ткань познания и творчества. В «искусственный интеллект» человечества загрузили ог­ромную массу невежества, глупости, разврата. Эта экстериоризация мен­тальных структур показала насколько сегодня сильно противоречие между техническим потенциалом и нравственностью. По сущности большинства обрабатываемой информации человечество оказалось на уровне животных.

Существуют программы для ЭВМ, благодаря которой она может пи­сать картины. Программа задает фигуры, цвета, движения, а также пара­метры «беспорядочности» творчества. Возникает вопрос, кто здесь творит программа, или программист, создавший программу. Все творчество ма­шины остается набором команд. Конечно, возможен и обратный вопрос, а, не является ли человек набором команд? Да, но он может выступать и ос­мысленным программистом, в отличие от исполняющей машины. ЭВМ может симулировать креативность, действовать по шаблону с некоторой степенью креативности, однако можем ли мы составить правила для твор­ческого воображения? Для этого нам нужно сначала сформулировать тако­вые. Но, даже созерцая потом такое сымитированное творчество, получим ли мы удовлетворение, которое получаем от общения с произведениями настоящих художников, музыкантов? Аффицирует ли такая комбинатори­ка духовность, трансценденцию, заботу? Есть ли там индивидуальность? Мы ценим в произведении искусства личность автора, его чувства, миро­созерцание, то, что называется активной творческой позицией, а это как раз то, чего нет у машины и никогда не будет, какого бы уровня сложности она не выполняла команды.

Разноплановость представлении о мире человека и способность «работать на верхних этажах языковой иерархии». Человек использует свое преимущество перед машиной в разноплановости своих представле­ний о мире. Для компьютера этот крупноблочный язык совершенно непо­нятен, и ему надо перевести каждый блок в набор кирпичей – машинных команд. Для этого сочиняется программа-транслятор (опять же путем ие­рархического разбиения). В разных случаях будут свои наборы блоков; так возникают сотни алгоритмических языков – каждый из них по-своему чле­нит мир. Проблема обработки естественного языка заключается не в его синтаксисе, а в семантике и прагматике. Если в первом случае можно за­дать ряд правил, определяющих поведение машины, то вторичные смыслы языка практически не поддаются алгоритмизированию, из-за своей беско­нечной ситуативности и индивидуальности. Естественный язык не пре­кращает свое самообновление.

Мозг не работает с цифровой информацией, он не устроен как элек­тронный коммутатор. Там есть метаболизм, нейронные иерархические свя­зи. Невозможно просто загрузить в мозг цифровую информацию, есть барьер между битами и чувственными образами.

Наличие  «интуиции», «вдохновения»  в интеллектуальной деятельности. Убеждение, будто любые интеллектуальные задачи можно разложить на примитивные цепочки операций - ложно. Есть области, где присутствует аспект личностного знания, когда человек не отдает себе от­чета в том, как он знает, то, что он знает. Научное открытие, например, нельзя свести к примитивным операциям, чтобы потом ввести в машину и заставить «производить открытия», разрабатывать научную теорию.

Анализ процесса формирования идей и гипотез в естественных науках и математике, творчества в искусстве показывает, что феномен вдохновения невозможно объяснить в рамках механистических моделей природы, осно­ванных на современных представлениях физики и химии. Как правило, вдох­новение приходит к человеку, который уже потратил на решение стоящей перед ним задачи немало сил и времени. Обычно вдохновение появляется в тот момент, когда человек даже не думает о стоящей перед ним проблеме, и ему открываются такие пути и подходы к решению, о которых он и не подоз­ревал. Вдохновение проявляется в виде неожиданного осознания решения за­дачи и уверенности в его правильности и окончательности. Человек мгно­венно видит решение во всей его целостности, хотя при записывании оно может оказаться достаточно длинным и сложным.

Имеется достаточно фактов в жизни выдающихся композиторов, ученых, свидетельствующих о том, что значительные продвижения в науке почти всегда вызваны внезапным вдохновением (Моцарт, Гаусс, Пуанкаре, Менделеев) несводимым к элементарным операциональным шагам.

Наличие интроспекции у человека. Человек может не только иметь мысль, но еще и мысль о мысли. Его сознание – это способность не только участвовать во взаимодействии с различными уровнями реальности, но и да­вать смысл результатам. Сознавать себя сознающим. Машина не обладает та­ким уровнем интроспекции, ибо не обладает собственной волей. Как сказал Фред Дрецке (F. Dretske), когда кошка поднимает лапку, чтобы почесать мордочку, это можно назвать поведением, но если я поднимаю ее лапку и чешу ее мордочку, такое движение не может быть определено как поведение кошки. Давая задание компьютеру, мы должны прежде обучить его алгоритмам – вот предел его самостоятельности. Алгоритм – это лишь референция к самостоя­тельности. Даже если мы алгоритмизируем взаимное признание понимание собеседника и машины в диалоге (я знаю, что ты знаешь, что я знаю и т.д.), такая самореференция остается лишь симуляцией.

Человек, в отличие от автомата – независимое, самодвижущееся тело. Устройства, моделирующие психические процессы, казалось бы, должны были бы способствовать высвобождению рабочих рук, однако в администрировании, социальной деятельности, она только увеличили ко­личество рабочих мест, т.к. для любого интеллектуального устройства тре­буется обслуживающий инженер. Эти устройства не самодостаточны и не является сознательно само программируемым. ЭВМ моделирует электро­динамику человека, существуют устройства, моделирующие двигательную механику живых систем, способность к передвижению. Как на основании движения легковой машины или полета самолета мы не утверждаем, что это независимые интеллектуальные системы, так и на основании осу­ществления операции анализа, сравнения ЭВМ нельзя утверждать, что пе­ред нами (или в будущем) независимая интеллектуальная единица.

Непредсказуемый коэффициент эвристичности сознания человека. Если человек – это открытая система с возможностью непредсказуемого интеллектуального поведения, то машина замкнута на себе. Как алгоритмиче­ское устройство современная ЭВМ мало отличается от ямы для ловли мамон­тов человека ледникового периода. Остается тот же принцип функциональ­ной импликации – «IF... GOTO...» Только в одном случае эффект достигает­ся кинетически, а в другом магнитно-электронными средствами.

Информация не есть знание. Информация – это знаковые связи предназначенные для декоднфикации, а знание – это убежденность в корректности декодификации этих связей. Ценны не факты сами по себе, а возможность объяснения этих фактов, понимание их сосуществования в одной реальности. Мир не сводится к битам информации. Нужен активный субъект для ее декодификации. Информация – это только возможность знания. Без активного сознания знание невозможно. Симулирующие уст­ройства не обладают сознанием. Следовательно, они не знают, а лишь об­рабатывают информацию. У них нет мысли о мысли. Машину нельзя опи­сать в терминах самости, субъективности, интенциональности, Поэтому машина не может выступать субъектом права.

Мы приходим к выводу, что понятие «искусственный интеллект» метафорично, оно не имеет онтологии. Говоря об искусственном интеллек­те мы имеем в виду редуцированные мыслительные операции. Интеллект подразумевает существование живого субъекта, ведущего свою интеллек­туальную деятельность в актах сознания. Помимо глаза, объекта зрения, процесса зрения, существует еще и наблюдатель. Автоматизированная схема замкнута на треугольнике «раздражитель - рецептор - проводник», там никогда не присутствует активный наблюдатель.

Однако человек – это система живая, его индивидуальность отлича­ется от электрохимических изменений в головном мозгу. На протяжении жизни мы несколько раз «умираем» и «рождаемся» физически по мере об­новления клеток. Наше психическое состояние также меняется, однако «я» не теряет своей тождественности. Активный наблюдатель отличен и от ме­ханики процесса, и от электрохимии. Последние выступают как возмож­ность функционирования «я». Отличие интеллектуального устройства от сознающего человека – в том, что человек обладает индивидуальностью. И эта индивидуальность не просто в генетике его тела, Индивид – это актив­ная мыслящая единица. Да, его мыслительная деятельность является через мозг, но мозг не есть причина индивидуальности.

Творчество возможно только там, где есть индивидуальность. Для творчества нужна способность спонтанного разноуровневого синтеза. Так называемый синтез ЭВМ - это комбинаторика, алгоритмизированный и контролируемый процесс. Иначе говоря, там отсутствует возможность ме­та синтеза, научного открытия, выхода на неожиданные решения.

Да, у кибернетических систем и высшей нервной деятельности мо­жет быть сходны функции, но их онтология существенно отличается. Вер­нее устройство не имеет онтологии, а человек – имеет. Устройство сущест­вует как средство для чего-то, а человек как самостоятельное самосознаю­щее существо. И, несмотря на всю исключительность интеллекта человека, он ставит себя в положение обслуги устройств более низкого интеллекту­ального уровня. Если первоначально они предназначались как аналитиче­ские устройства, то со временем увлеченность кибертехнологиями затми­ла уверенность в конечном превосходстве человека.

 

ЦНС и наркотики. Наркотики (от греч. narkotikos – приводящий в оцепенение) – психически активные вещества, технологии и действия, стимулирующие ЦНС и способные вызывать зависимость. Важно пони­мать, каков физический и химический механизм воздействия наркотиков на человека, т.к. в современном обществе очень остро стоит проблема нар­комании. Наркомания1 - это зависимость ЦНС от психоактивных веществ и технологий. Наркомания подавляет личность, делает ее асоциальной, разрушает здоровье, способствует совершению противоправных действий.

По официальным данным, в России 300 тыс. больных наркоманией, по неофициальным – до 5 млн. и выше. В последнее время идет тенденция к вовлечению в наркоманию подростков и студентов. Места массового скопления молодежи, такие как ночные клубы, бары, дискотеки, школы, ВУЗы являются сегодня одними из главных мест распространения нарко­тиков. Детям и подростам хватает одной дозы, чтобы стать наркоманом в силу их неразвитой нервной системы.

Как влияют наркотики на нервную систему и почему они так опас­ны? Выделим характерные признаки зависимости от наркотиков.

1.    Эмоциональная зависимость – привязанность к определенному эмоциональному состоянию и стремление его воспроизводить через нарко­тические стимуляторы.

2.    Биологическая зависимость   –   включение в обменные процессы организма наркотических компонентов и возникновение синдрома дис­комфорта при непоступлении наркотика.

3.    Изменение реальности. Желание получения допинга доминирует над остальными мотивами, часто оно скрывается от других. Это выражает­ся в асоциальном поведении, лжи, грубости, пренебрежении близкими людьми, работой, ответственностью, смене ценностей.

4.    Навязчивые действия по добыче и принятию наркотических сти­муляторов.

С точки зрения происхождения можно выделить три вида наркоти­ков: растительные, синтетические, эндогенные и технологические.

 

Сознание и мозг. Сознание в широком контексте есть способность к целесообразному взаимодействию живой системы. С этой точки зрения сознание - это есть то, что присуще всему живому, т.к. все живые системы взаимодействуют с окружающим миром. Жизнь в этом контексте есть синоним сознания. Ино­гда сознание сводят только к понятийной умственной деятельности, имея в виду, что понятие как умственный концепт и есть фундамент сознания. Сознательная деятельность в таком случае - деятельность на основе диф­ференцированных, различаемых понятий о предмете. В этом определении подчеркивается, что «отражение» возможно только через абстрактное раз­личение качественных признаков предметов. По такому определению грудные дети, аборигены, спящие люди, умалишенные не будут обладать сознанием, т.к. они не занимаются понятийной деятельностью. Поэтому следует признать, что сознание - это сложные иерархический комплекс, в котором базисный уровень будет определяться минимумом признаков: способность к целесообразной деятельности живой системы.

Феномен сознания классически объясняется функционированием го­ловного мозга.

Доказательством этому служит тот факт, что если нанести головному мозгу значительные повреждения или создать условия в орга­низме предотвращающие доступ крови к нему, сознание прекращает свою работу. Однако эту логику можно сравнить с таким рассуждением: по­скольку когда мы ломаем радиоприемник, он прекращает вещание, значит приемник и был причиной вещания. Или: когда мы разбиваем лампочку, электрического света в ней больше нет, значит лампочка и была причиной электричества. В действительности сознание - это обособленное метафи­зическое начато, но поскольку язык науки создан для описания эмпириче­ской реальности, мы заключаем, что нет ничего, что нельзя было бы опи­сать на языке науки. Соответственно, если что-то не описывается в терми­нах науки, значит этого не существует. Мы, однако, забываем, что реаль­ность всегда превосходит как язык описания реальности, так и наше зна­ние о ней. Утверждение гласящее, что нет ничего кроме эмпирической ре­альности самозамкнуто, его нельзя доказать эмпирически.

Сознание с точки зрения метафизики - это нематериальный индивид, который не создается мозгом и не сводится к электро-химическим изменени­ям в головном мозгу. Сознание может быть связано с ЦНС, однако ЦНС не есть сознание, также как грязная вода не есть грязь. Вода это вода, а грязь это грязь, йода может смешаться с грязью, но она никогда не станет грязью.

Индивидуальность не присуща материи: мы имеем одинаковый на­бор элементарных частиц, комбинация которых дает нам все молекулярное многообразие. Уровень субстрата безличен и однороден. Субъективность, индивидуальность присуща сознанию.

Если мы редуцируем личность до комбинации нуклеиновых кислот, это означает, что она нереальна, ситуативна, случайна и бессмысленна. Все нормы нравственности и права имеют смысл если мы признаем личность и сознание как основу жизни. Если же мы признаем в качестве основы жизни белковые соединения, то зачем защищать жизнь? Нужно защищать белковые соединения! Вся современная биоэтика поэтому пронизана двойными стан­дартами. Мы считаем незаконным убивать рожденного ребенка, но не рож­денного убивать законно. Сама идея абортов не имеет рационального объяс­нения, это разновидность иррационализма. После рождения ребенок зависит от матери, почему тогда мы запрещаем убивать ребенка после рождения.

 

          Основные направления в психологии

 

Психоаналитический подход. Первая теория, пытавшаяся объяснить динамику личности, принад­лежит австрийскому психиатру Зигмунду Фрейду (Freud). После дли­тельных наблюдений за своими больными он пришел к выводам, которые изменили представления о психике, существовавшие в начале XX века. В частности, Фрейд утверждал, что наше поведение в значи­тельной степени подчиняется влиянию подсознательных сил, которые он назвал влечениями. Согласно Фрейду, эти влечения обусловлены инстинктами, присущими человеку, но, прежде всего – подавленными желаниями, т.е. желаниями, удовлетворение которых «запрещено» на уровне сознания и которые вытеснены в область подсознательного. Эти желания продолжают действовать без нашего ведома, проявляясь в сно­видениях, оговорках, непроизвольных отклонениях от адекватного пове­дения, а также оказывая влияние на выбор профессии или на творчество (Freud, 1901).

Сексуальные побуждения человека подавляются в наибольшей степени ввиду различных социальных ограничений. А между тем, по Фрейду, именно они побуждают людей действовать – именно благодаря их энер­гии (либидо) происходит постепенное развитие личности и достижение зрелости. Многие черты индивидуума и половые аномалии объясняются неудовлетворенностью и конфликтами, вызван­ными подавлением этих влечений в детстве.

Фрейдизм часто критиковали, иногда очень резко, указывая, что его концепции почти невозможно проверить экспериментально. Тем не менее, нельзя отрицать, что выдвинутые Фрейдом концепции ниспро­вергли целый ряд представлений, особенно касающихся детства и сек­суальности. Кроме того, Фрейд ввел немало понятий, вошедших в современную психологию и побудивших к изучению многих феноменов.

Последователи Фрейда делают главный упор на социальное значение кризисов, происходящих в процессе формирования индивидуума. Это относится, в частности, к Эриксону (Erikson), теорию которого мы рассмотрим при изучении развития личности[3].

 

Гуманистический подход. Это направление зародилось в Калифорнии в 50-е годы. Его называ­ют гуманистическим, так как оно основано на вере в возможность расцвета каждого человеческого существа, если предоставить ему воз­можность самому выбрать свою судьбу и направлять ее. Таким обра­зом, стержень гуманистической идеи - оптимистический взгляд на при­роду человека.

По Роджерсу (Rogers, 1961), в каждом человеке от рождения заложено стремление полностью реализовать себя, и он наделен силами, необхо­димыми для развития всех своих возможностей. Однако воспитание и нормы, установленные обществом, более или менее эффективно принуждают его забыть о собственных чувствах или потребностях и принять ценности, навязанные другими.

Роджерс  утверждает,   что  при  таком  положении  вещей  личность взвивается совсем не так, как следовало бы в идеале. В этом отклонении кроется источник неудовлетворенности и аномалий поведения, которыми страдают многие люди.

Другой психолог – Маслоу (Maslow, 1962) – выдвинул гипотезу согласно которой по причинам, сходным с указанными Роджерсом, возможности людей удовлетворить свои основные потребности очень часто бывают ограничены, а это препятствует возникновению и удов­летворению потребностей более высокого уровня, таких как самоуваже­ние или самореализация.

Гуманистический подход дальше всех других отходит от научной психологии, отводя главную роль личному опыту человека. По мнению гуманистов, индивидуум способен к самооценке и может самостоятель­но находить путь к расцвету своей личности.

Главная претензия, предъявляемая гуманистам, состоит в том, что субъективность их подхода затрудняет установление разницы между мнением человека о самом себе и тем, что он есть на самом деле; например, человек может считать, что он превзошел себя, выдвигая и отстаивая идеи, направленные на благоденствие человечества, не сознавая, что в повседневной жизни он ведет себя как законченный эгоист.

Деятельностный подход. Данная теория имела огромное значение для развития отечественной психологии. Она была создана в советский период, явля­лась центральной психологической теорией и развивалась на протяжении более 50 лет. Разработка и развитие данной теории связана с именами таких известных отечественных психологов, как Л. С. Выготский, С. Л. Рубинштейн, А. Н. Леонть­ев, А. Р. Лурия, А. В. Запорожец, П. Я. Гальперин и др. Почему эта теория занима­ет столь значимое положение в отечественной психологии? Во-первых, ранее мы говорили о решающей роли труда и деятельности в происхождении сознания и развитии психики человека. Это точка зрения до настоящего времени является основополагающий в методологии исследований отечественных психологов. Во-вторых, психологическая теория деятельности, исходя из данной точки зре­ния, раскрывает роль деятельности в проявлении психических феноменов чело­века, в том числе и сознания. Дело в том, что судить о человеке, о его особенностях личности мы, в основном, можем лишь по результатам его деятельности.

Психологическая теория деятельности стала развиваться в конце 20-х - нача­ле 30-х гг. XX в. Главное отличие данной теории заключается в том, что она опира­йся на основные принципы диалектического материализма и использует главный тезис этого философского направления: не сознание определяет бытие, деятель­ность человека, а, наоборот, бытие, деятельность человека определяют его сознание. Наиболее полно теория деятельности изложена в трудах А.Н. Леонтьева.

Основными понятиями данной теории являются деятельность, сознание и лич­ность. Рассмотрим, какой смысл вкладывается в эти понятия, какова их структура.

Деятельность человека имеет сложное иерархическое строение. Она состоит из нескольких неравновесных уровней. Верхний уровень – это уровень особых видов деятельности, затем следует уровень действий, за ним – уровень операций, и самый низкий – уровень психофизиологических функций.

Центральное место в этом иерархическом построении занимает действие, ко­торое является основной единицей анализа деятельности. Действие – это процесс, направленный на реализацию цели, которая, в свою очередь, может быть опреде­лена как образ желаемого результата. Необходимо сразу обратить внимание на то, что цель в данном случае – это сознательный образ. Выполняя определенную деятельность, человек постоянно держит этот образ у себя в сознании. Таким образом, действие – это сознательное проявление активности человека. Исключения­ми являются случаи, когда у человека в силу определенных причин или обстоя­тельств нарушена адекватность психической регуляции поведения, например при болезни или в состоянии аффекта.

Основными характеристиками понятия «действие» являются четыре компо­нента. Во-первых, действие включает в качестве необходимого компонента акт сознания в виде постановки и удержания цели. Во-вторых, действие – это одно­временно и акт поведения. При этом следует обратить внимание на то, что дей­ствие – это движение, взаимосвязанное с сознанием. В свою очередь, из вышеизло­женного, можно сделать один из основополагающих выводов теории деятельно­сти. Этот вывод состоит в утверждении о неразрывности сознания и поведения.

В-третьих, психологическая теория деятельности через понятие действия вво­дит принцип активности, противопоставляя его принципу реактивности. В чем различие в понятиях «активность» и «реактивность»? Понятие «реактивность» подразумевает ответное действие или реакцию на воздействие какого-либо стимула. Формула «стимул-реакции» является одним из основных положений бихевиоризма. С этой точки зрения активен воздействующий на человека стимул. Активность с точки зрения теории деятельности есть свойство самого субъекта, характеризует человека. Источник активности находится в самом субъекте в форме цели, на достижение которой направлено действие.

В-четвертых, понятие «действие» выводит деятельность человека в предмет­ный и социальный мир. Дело в том, что цель действия может носить не только биологический смысл, такой как добыча пищи, но также может быть направлена на установление социального контакта или создание предмета, не связанного с биологическими потребностями.

Исходя из характеристик понятия «действие» как основного элемента анализа деятельности, формулируются основополагающие принципы психологической теории деятельности[4]:

-                   сознание не может рассматриваться как замкнутое в самом себе: оно долж­но проявляться в деятельности (принцип «размывания» круга сознания).

-                   поведение нельзя рассматривать в отрыве от сознания человека (принцип единства сознания и поведения).

-                   деятельность – это активный, целенаправленный процесс (принцип активности).

-                   действия человека предметны; их цели носят социальный характер (прин­цип предметной человеческой деятельности и принцип ее социальной обу­словленности).

Само по себе действие не может рассматриваться как тот элемент начального уровня, из которого формируется деятельность. Действие – это сложный элемент, который часто сам состоит из многих более мелких. Такое положение объясняет­ся тем, что каждое действие обусловлено целью. Цели человека не только разно­образны, но и разномасштабны. Есть крупные цели, которые делятся на более мел­кие частные цели, а те, в свою очередь, могут делиться на еще более мелкие част­ные цели и т. д. Например, вы хотите посадить яблоню. Для этого вам необходимо: 1) правильно выбрать место для посадки; 2) выкопать яму; 3) взять саженец и при­сыпать его землей. Таким образом, ваша цель разбивается на три подцели. Однако если посмотреть на частные цели, то вы заметите, что и они тоже состоят из еще более мелких целей. Например, для того чтобы выкопать яму, вы должны взять лопату, вдавить ее в землю, вынуть и отбросить землю и т. д. Следовательно, ваше Действие, направленное на то, чтобы посадить яблоню, состоит из более мелких элементов – частных действий.

Теперь необходимо обратить внимание на то, что каждое действие может быть выполнено по-разному, т. е. с помощью различных способов. Способ выполнения действия называется операцией. В свою очередь, способ выполнения действия за­висит от условий. В различных условиях для достижения одной и той же цели могут быть использованы различные операции. При этом под условиями подразу­меваются как внешние обстоятельства, так и возможности самого действующего субъекта. Поэтому цель, данная в определенных условиях, в теории деятельности называется задачей. В зависимости от задачи операция может состоять из разно­образных действий, которые могут подразделяться на еще более мелкие (частные) действия. Таким образом, операции – это более крупные единицы деятельности, чем действия.

Главное свойство операций состоит в том, что они мало осознаются или совсем не осознаются. Этим операции отличаются от действий, которые предполагают и сознаваемую цель и сознательный контроль за протеканием действия. По суще­ству, уровень операций – это уровень автоматических действий и навыков. Под навыками понимаются автоматизированные компоненты сознательной деятель­ности, вырабатывающиеся в процессе ее выполнения. В отличие от тех движений, которые с самого начала протекают автоматически, как, например, рефлекторные движения, навыки становятся автоматическими в результате более или менее длительного упражнения. Поэтому операции бывают двух видов: к операциям перво­го вида относятся те, которые возникли путем адаптации и приспособления к усло­виям обитания и деятельности, а к операциям второго вида — сознательные дей­ствия, благодаря автоматизации ставшие навыками и перемещенные в область неосознаваемых процессов. При этом первые практически не осознаются, в то вре­мя как вторые находятся на грани сознания.

Исходя из вышеизложенного можно сделать вывод о том, что трудно выделить четкую грань между операциями и действиями. Например, при выпечке блинов вы, не задумываясь, переворачиваете блин с одной стороны на другую, – это опера­ция. Но если вы при выполнении этой деятельности начинаете себя контролировать и думать, как сделать лучше, то сталкиваетесь с необходимостью выполнения целого ряда действий. В этом случае переворачивание блина превращается в цель целой серии действий, что само по себе не может рассматриваться в качестве опе­рации. Следовательно, одним из наиболее информативных признаков, разгра­ничивающих действия и операции, является соотношение между степенью осо­знания выполняемой деятельности. В некоторых случаях этот индикатор не дей­ствует, поэтому приходится искать другой объективный поведенческий или физиологический признак.

Теперь перейдем к третьему, самому нижнему уровню структуры деятельно­сти – психофизиологическим функциям. Под психофизиологическими функция­ми в теории деятельности понимаются физиологические механизмы обеспечения психических процессов. Поскольку человек является биосоциальным существом протекание психических процессов неотделимо от процессов физиологического уровня, обеспечивающих возможность осуществления психических процессов. Существует ряд возможностей организма, без которых большинство психических функций не может осуществляться. К таким возможностям в первую очередь следу­ет отнести способности к ощущению, моторные способности, возможность фикса­ции следов прошлых воздействий. Сюда же необходимо отнести ряд врожденных механизмов, закрепленных в морфологии нервной системы, а также те, которые созревают в течение первых месяцев жизни. Все эти способности и механизмы достаются человеку при его рождении, т. е. они имеют генетическую обусловлен­ность.

Психофизиологические функции обеспечивают и необходимые предпосылки для осуществления психических функций, и средства деятельности. Например, когда мы стараемся что-то запомнить, то используем специальные приемы для более быстрого и качественного запоминания. Однако запоминания не произо­шло бы, если бы мы не обладали мнемическими функциями, заключающимися в способности запоминать. Мнемическая функция является врожденной. С мо­мента рождения ребенок начинает запоминать огромное количество информации. Первоначально это простейшая информация, затем, в процессе развития, возра­стает не только объем запоминаемой информации, но изменяются и качественные параметры запоминания. Вместе с тем существует болезнь памяти, при которой запоминание становится совершенно невозможным (корсаковский синдром), по­скольку мнемическая функция оказывается разрушенной. При этой болезни со­вершенно не запоминаются события, даже те, которые случились несколько ми­нут назад. Поэтому даже при попытке такого больного специально выучить ка­кой-либо текст забывается не только текст, но и сам факт того, что такая попытка предпринималась. Следовательно, психофизиологические функции составляют органический фундамент процессов деятельности. Без них невозможны не только конкретные действия, но и постановка задач на их осуществление.

Рассмотрев операционно-технические аспекты деятельности, мы должны за­дать себе вопрос о том, почему совершается то или иное действие, откуда берутся цели? Для того чтобы ответить на этот вопрос, необходимо обратиться к таким понятиям, как потребности и мотивы.

Потребность – это исходная  форма активности живых организмов. Потребность можно описать как периодически возникающее состояние напряжения в организме живых существ. Возникновение данного состояния у человека вызвано нехваткой в организме какого-либо вещества или отсутствием необходимого для индивида предмета. Это состояние объективной нужды организма в чем-то, что лежит вне его и составляет необходимое условие его нормального функциониро­вания, называется потребностью.

Потребности человека могут быть разделены на биологические, или органи­ческие (потребность в пище, воде, кислороде и др.), и социальные. К социальным потребностям следует отнести в первую очередь потребность в контактах с себе подобными и потребность во внешних впечатлениях, или познавательную потреб­ность. Эти потребности начинают проявляться у человека в самом раннем возра­сте и сохраняются на протяжении всей его жизни.

Как связаны потребности с деятельностью? Для того чтобы ответить на этот вопрос, необходимо выделить два этапа в процессе развития каждой потребности. Первый этап — это период до первой встречи с предметом, который удовлетворя­ет потребность. Второй этап — после этой встречи.

Как правило, на первом этапе потребность для субъекта оказывается скрыта, «не расшифрована». Человек может испытывать чувство какого-то напряжения, но при этом не отдавать себе отчета в том, чем это состояние вызвано. Со стороны поведения состояние человека в этот период выражено в беспокойстве или посто­янном поиске чего-либо. В ходе поисковой деятельности обычно происходит встреча потребности с ее предметом, которой и завершается первый этап «жизни» потребности. Процесс «узнавания» потребностью своего предмета получил назва­ние опредмечивания потребности.

В акте опредмечивания рождается мотив. Мотив и определяется как предмет потребности, или опредмеченная потребность. Именно через мотив потребность получает свою конкретизацию, становится понятной субъекту. Вслед за опредме­чиванием потребности и появлением мотива поведение человека резко меняется. Если ранее оно было ненаправленным, то с появлением мотива оно получает свое направление, потому что мотив — это то, ради чего совершается действие. Как пра­вило, ради чего-то человек совершает много отдельных действий. И вот эта сово­купность действий, вызванных одним мотивом, и называется деятельностью, а конкретнее — особенной деятельностью, или особенным видом деятельности. Таким образом, благодаря мотиву мы вышли на высший уровень структуры дея­тельности в теории А. Н. Леонтьева — на уровень особенной деятельности.

Следует отметить, что деятельность совершается, как правило, не ради одного мотива. Любая особенная деятельность может быть вызвана целым комплексом мотивов. Полимотивированность человеческих действий - типичное явление. Например, ученик в школе может стремиться к успехам в учебе не только ради желания получать знания, но и ради материального вознаграждения со стороны Родителей за хорошие оценки или ради поступления в высшее учебное заведение. Все же, несмотря на полимотивированность человеческой деятельности, один из мотивов всегда является ведущими, а другие — второстепенными. Эти второсте­пенные мотивы представляют собой мотивы-стимулы, которые не столько «запускают», сколько дополнительно стимулируют данную деятельность.

Мотивы порождают действия путем формирования цели. Как мы уже отмети­ли, цели всегда осознаются человеком, но сами мотивы могут быть разделены на два больших класса: осознаваемые и неосознаваемые мотивы деятельности. На­пример, к классу осознаваемых мотивов относятся жизненные цели. Это мотивы-цели. Существование таких мотивов характерно для большинства взрослых. К другому классу относится гораздо большее число мотивов. Следует подчерк­нуть, что до определенного возраста любые мотивы являются неосознаваемыми. Подобное утверждение вызывает закономерный вопрос: если мотивы неосознава­емы, то насколько они представлены в сознании? Значит ли это, что они вообще никак не представлены в сознании?

Неосознаваемые мотивы проявляются в сознании в особой форме. По крайней мере, таких форм две. Это эмоции и личностные смыслы.

В теории деятельности эмоции определяются как отражение отношения ре­зультата деятельности к ее мотиву. Если с точки зрения мотива деятельность про­ходит успешно, возникают положительные эмоции, если не успешно — отрица­тельные. Таким образом, эмоции выступают в качестве первичных регуляторов деятельности человека. Следует отметить, что об эмоциях как разновидности управляющих состоянием человека механизмов говорит не только А. Н. Леонть­ев. Об этом писали 3. Фрейд, У. Кэннон, У. Джемс, Г. Ланге.

Личностный смысл — это другая форма проявления мотивов в сознании. Под личностным смыслом понимается переживание повышенной субъективной зна­чимости предмета, действия или события, оказавшихся в поле действия ведущего мотива. Следует отметить, что именно ведущий мотив обладает смыслообразующей функцией. Мотивы-стимулы не выполняют смыслообразующую функцию, а лишь играют роль дополнительных побудителей и порождают только эмоции.

С проблемой мотивации деятельности связаны по крайней мере еще два весь­ма значимых вопроса. Это, во-первых, вопрос о связи мотива и личности и, во-вто­рых, вопрос о механизмах развития мотивов. Остановимся на первом вопросе.

Известно, что о личности мы судим по деятельности и поведению человека. Однако, как мы уже выяснили, деятельность человека зависит от обусловливаю­щих ее мотивов. Поскольку деятельность человека характеризуется полимотиви­рованностью, то мы можем говорить о существовании системы мотивов. Причем система мотивов одного человека будет отличаться от системы мотивов другого человека, поскольку люди отличаются друг от друга своей направленностью в дея­тельности. Система мотивов человека имеет иерархическую структуру. Эта струк­тура у разных людей будет различна. В одном случае у человека будет один жиз­ненно важный ведущий мотив. В других случаях может быть один, два и более ведущих мотивов. Ведущие мотивы могут различаться не только по своей сути, но и иметь различную силу. Для характеристики личности важно, какие мотивы ис­пользуются в качестве фундамента всей системы мотивов. Это может быть всего один эгоистический мотив или целая система мотивов альтруистической направ­ленности и т. д. Таким образом, мотивы, выступая в качестве источника деятель­ности человека, характеризуют его личность.

Другой вопрос — это вопрос о том, как образуются новые мотивы. При анализе деятельности единственный путь — это движение от потребности к мотиву, затем к цели и деятельности. В реальной жизни постоянно происходит обратный процесс – в ходе деятельности формируются новые мотивы и потребности. Так, ребенок рождается с ограниченным кругом потребностей и притом, в основном, органических. Но в процессе деятельности круг потребностей, а следовательно и мотивов значительно расширяется. Необходимо подчеркнуть, что механизмы образования мотивов в современной психологической науке полностью не изучены. В психологической теории деятельности более подробно изучен один такой механизм — это механизм сдвига мотива на цель (механизм превращения цели в мо­тив) Суть его состоит в том, что цель, ранее побуждаемая к ее осуществлению мотивом, со временем приобретает самостоятельную побудительную силу, т. е. сама становится мотивом. Это происходит только в том случае, если достижение цели сопровождается позитивными эмоциями.

Из приведенного выше описания механизма формирования мотивов следует весьма значимый вывод в отношении развития психики. Если мы на предыдущих примерах показали, что мотив является побуждением к деятельности, т. е. форми­рует направленность деятельности и определенным образам ее регулирует, то мож­но сделать вывод о том, что мотив определяет и своеобразие личности, поскольку о человеке мы судим исходя из его поступков и результатов деятельности. Но если появление, или рождение, новых мотивов, определяющих закономерности прояв­ления личностных черт, связано с деятельностью, то из этого следует, что деятель­ность влияет на развитие личности. Таким образом, характер деятельности, которой занимается человек, в значительной мере определяет вероятные пути его даль­нейшего развития, т. е. мы приходим к основополагающей формулировке диалек­тического материализма о том, что бытие определяет сознание. Именно на этих принципах и строится психологическая теория деятельности.

Существует еще один аспект деятельности, о котором мы не говорили, но имен­но он сыграл огромную роль в том, что психологическая теория деятельности на протяжении десятилетий являлась ведущей в советской психологии. До сих пор мы говорили лишь о практической деятельности, т.е. видимой для сторонних на­блюдателей, но есть и другой вид деятельности — внутренняя деятельность. В чем состоят функции внутренней деятельности? Прежде всего в том, что внутренние действия подготавливают внешние действия. Они помогают экономить челове­ческие усилия, давая возможность достаточно быстро выбрать нужное действие. Кроме этого, они дают возможность человеку избежать ошибок.

Внутренняя деятельность характеризуется двумя основными чертами. Во-пер­вых, внутренняя деятельность имеет принципиально то же строение, что и внеш­няя деятельность, которая отличается от нее только формой протекания. Это означает, что внутренняя деятельность, как и внешняя, побуждается мотивами, сопровождается эмоциональными переживаниями, имеет свой операционально-технический состав. Отличие внутренней деятельности от внешней заключается в том, что действия производятся не с реальными предметами, а с их образами, вместо реального продукта получается мысленный результат.

Во-вторых, внутренняя деятельность произошла из внешней, практической путем процесса интериоризации, т. е. путем переноса соответствующих действий во внутренний план. Для успешного мысленного воспроизведения какого-то Действия необходимо его сначала освоить на практике и получить реальный ре­зультат.

Следует отметить, что через понятие внутренней деятельности авторы теории деятельности вышли на проблему сознания и анализ психических процессов. По мнению авторов теории деятельности, психические процессы могут быть про­анализированы с позиции деятельности, поскольку любой психический процесс осуществляется с определенной целью, имеет свои задачи и операционно-техническую структуру. Например, восприятие вкуса дегустатором имеет свои перцеп­тивные цели и задачи, связанные с нахождением различий и оценкой соответствия вкусовых качеств. Другой пример перцептивной задачи — обнаружение. С этой задачей мы сталкиваемся постоянно в повседневной жизни, решая глазомерные задачи, опознавая лица, голоса и т. д. Для решения всех этих задач производятся перцептивные действия, которые можно охарактеризовать соответственно как действия различения, обнаружения, измерения, опознания и др. Более того, как выяснилось, представления о структуре деятельности применимы также к анали­зу всех остальных психических процессов. Поэтому не случайно советская психо­логия на протяжении нескольких десятилетий занималась разработкой деятельностного подхода в психологии.

Как мы уже отмечали, с позиции деятельностного подхода психология — это наука о законах порождения, функционирования и строения психического отраже­ния индивидом объективной реальности в процессе деятельности человека. В этом определении деятельность принимается как исходная реальность, с которой име­ет дело психология, а психика рассматривается как производная от нее и одновре­менно как ее неотъемлемая сторона. Тем самым утверждается, что психика не мо­жет рассматриваться вне деятельности, равно как и деятельность — без психики. Таким образом, в упрощенной форме с позиции деятельностного подхода предме­том психологии является психически управляемая деятельность.

В заключение следует остановиться на методологическом значении психоло­гической теории деятельности. Дело в том, что большинство научных работ и ис­следований отечественных психологов строится на принципах деятельностного подхода. В них изучаются психические аспекты деятельности людей или законо­мерности деятельности с учетом психологических особенностей людей. Результаты этих исследований подтвердили целесообразность развития теории деятельности и использования методологии деятельностного подхода. Более того, деятельностный подход устранил необходимость решать такие философско-теоретические и методологические проблемы, как первичность бытия и сознания, психофизиоло­гическую проблему и др. Ни у кого не вызывает сомнения, что деятельность чело­века реальна, но в то же время она обусловлена и субъективными (психическими) факторами. Поэтому, изучая факты реально существующей деятельности, мы мо­жем исследовать ее субъективные аспекты. Следовательно, психика и закономер­ности ее развития вполне могут изучаться в рамках деятельностного подхода.

Таким образом, мы можем сделать несколько выводов. Во-первых, психика и деятельность человека неразрывно связаны между собой, поэтому изучение пси­хики и исследование закономерностей ее развития целесообразно строить на принципах деятельностного подхода. Во-вторых, деятельность, которой занима­ется человек, в значительной степени определяет развитие его мотивов и жизнен­ных ценностей, определяющих общую направленность субъекта. Следовательно, особенные виды деятельности влияют на закономерности психического развития человека.


[1] Тимощук А.С. Концепции современного естествознания для юриста: учебное пособие. – Владимир, 2005. – С.57.

[2] Тимощук А.С. Концепции современного естествознания для юриста: учебное пособие. – Владимир, 2005. – С.60.

[3] Маклаков А.Г. Общая психология: Учебник для вузов. – СПб.: Питер, 2005. – С. 83.

 

[4] Немов Р.С. Психология: Учеб. для студ. высш. пед. учеб. заведений: в 3 кн. – 4-е изд. – М.: Гуманит. Изд. Центр Владос, 2002. – Кн. 1: Общие основы психологии. – С.245.

 

 



0
рублей


© Магазин контрольных, курсовых и дипломных работ, 2008-2019 гг.

e-mail: studentshopadm@ya.ru

об АВТОРЕ работ

 

Вступи в группу https://vk.com/pravostudentshop

«Решаю задачи по праву на studentshop.ru»

Решение задач по юриспруденции [праву] от 50 р.

Опыт решения задач по юриспруденции 20 лет!