«Задания по судебной медицине и судебной психиатрии»

В уголовном праве России существует ряд положений для применения которых необходимо устанавливать признак добровольности. Помимо добровольного отказа, явки с повинной и добровольного возмещения имущественного ущерба и морального вреда (Последние два положения могут применяться в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, и могут выступать конструктивными признаками ряда норм уголовного законодательства. Например, при освобождении лица от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием по ч. 1 ст. 75 УК РФ.)является значимым установление добровольности и при освобождении лица, совершившего преступление от уголовной ответственности по ряду примечаний к статьям Особенной части УК РФ. В частности, к статьям 126, 204, 206, 208, 222, 223, 228, 275, 276, 278, 291, 307 УК РФ. Из изложенного видно, что по сравнению с ранее действовавшим УК РСФСР 1960 года, число статей, к которым сделаны примечания, закрепляющие освобождение от уголовной ответственности в УК РФ 1996 года, значительно возросло( УК РСФСР 1960 года закреплял примечания к четырем статьям Особенной части). При этом, до сих пор, ни в правоприменительной практике обозначенных норм, ни среди ученых-юристов нет единства мнений относительно понятия добровольности.

Думается, что для установления добровольного отказа, явки с повинной, добровольного возмещения имущественного и морального вреда и для освобождения от уголовной ответственности согласно примечаний к указанным статьям Особенной части УК РФ, добровольность следует понимать в единственном смысле. Следовательно, чтобы понятие добровольности было единообразным, представляется необходимым рассмотреть данный признак в соотношении с нормами, где он нашел закрепление.

Согласно ст. 31 УК РФ добровольным отказом признается прекращение лицом приготовления к преступлению либо прекращение действий (бездействие), непосредственно направленных на совершение преступления, если лицо осознавало возможность доведения преступления до конца. Лицо, добровольно и окончательно отказавшееся от доведения преступления до конца, не подлежит уголовной ответственности.

При установлении добровольного отказа, законодатель выдвигает два основных требования к отказавшемуся от преступления лицу: добровольность и окончательность. Окончательность отказа означает, что указанное лицо не расценивает такой отказ как приостановление совершения преступления, чтобы лучше подготовиться к продолжению его совершения, ни как определенный этап преступной деятельности. Добровольность получила законодательное описание своего содержания, носящее субъективную направленность, в виде следующей формулировки: “если лицо осознавало возможность доведения преступления до конца”. Из этого следует, что в основе добровольного отказа от преступления лежит субъективный критерий добровольности.

Несколько сложней решается данный вопрос при определении явки с повинной. Сложность заключается в том, что законодатель не раскрывает признака добровольности в соответствующей норме, как это сделано в ст. 31 УК РФ.

В соответствии со ст. 142 УПК РФ, заявление о явке с повинной - это добровольное сообщение лица о совершенном преступлении. Заявление о явке с повинной может быть сделано как в письменном, так и в устном виде. Устное заявление принимается и заносится в протокол в порядке, установленном УПК РФ.

Явке с повинной издавна придавалось важное значение в числе смягчающих обстоятельств. Принято было считать, что явка с повинной, с одной стороны, свидетельствует о неустойчивости антисоциальных взглядов преступника, с другой - позволяет судить о том, что преступник осознал порочность своего поведения и готов искупить свою вину.

В литературе содержание явки с повинной понимается по-разному. Наиболее широкое ее понимание дает В. Коломеец. По его мнению, это "обращенное к компетентным учреждениям либо иное официальное заявление лица (лиц) о прекращении и признании, раскрытии своего участия в преступлении (преступлениях), в связи с которыми заявитель не был подозреваемым или обвиняемым, за исключением подозреваемых или обвиняемых, подсудимых и осужденных, которые находились в розыске".

В самом общем виде под явкой с повинной понимают добровольную передачу себя органам правосудия лицом, совершившим преступление. Приведенные определения, как и законодательное оформление не отмечает ее добровольности. Но по данному вопросу существует еще ряд различных мнений. “Явка с повинной - считает М. Ф. Кузнецова, - состоит в добровольной передаче себя органам правосудия лицом, совершившим преступление с последующим правдивым сообщением о совершенном преступлении”. Такого же мнения придерживается и Л. Л. Кругликов.

Большинство ученых дают именно такое определение явки с повинной..

Ряд авторов считает, что явка с повинной не будет иметь места, если правоохранительным органам известен преступник, либо сам факт совершения преступления. Также явка с повинной не будет иметь места, если лицо в связи с совершением преступления находилось в розыске. При этом признают, что явка может служить лишь обстоятельством, смягчающим уголовную ответственность. На наш взгляд, данная позиция неверна, так как исследуемое обстоятельство должно трактоваться в законе единообразно, то есть, если действия виновного учитываются как явка с повинной при смягчении наказания, то и тождественные действия виновного при разрешении вопроса об освобождении его от уголовной ответственности, в частности, в связи с деятельным раскаянием тоже должны быть учтены.

Следует учитывать явку с повинной, на наш взгляд, и в том случае, если о факте совершение преступления известно правоохранительным органам, но преступник неизвестен, либо известен, но имел возможность скрыться от следствия, так как при явке с повинной, в данном случае, виновный значительно облегчает работу правоохранительных органов. Явка с повинной также должна учитываться даже в том случае, если установлено местонахождение виновного и у него нет возможности скрыться, но этот факт ему неизвестен.

Мотивы явки с повинной могут быть различными - раскаяние, сострадание, страх, желание смягчить ответственность. Явиться с повинной можно на любой стадии производства по уголовному делу, а также до возбуждения уголовного дела.

Не случайно в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 40 от 11 июня 1999 г. специально подчеркивается, что при оценке явки с повинной “необходимо проверять, являлось ли заявление… добровольным и не связано ли это с тем, что лицо было задержано в качестве подозреваемого и подтвердило свое участие в преступлении”. С другой стороны - возможна явка с повинной и в ходе следствия, когда последнее еще не располагает доказательствами для привлечения к уголовной ответственности. Такая явка может быть результатом психологического контакта следователя с предполагаемым преступником, результатом его работы по убеждению виновного признаться в содеянном. Но во всяком случае она исключается, если сделана в результате психологического или физического принуждения.

Исходя из вышеизложенного, явке с повинной можно дать следующее определение: явка с повинной - это добровольная передача себя органам государственной власти при наличии у преступника осознания возможности избежать уголовной ответственности, при этом виновный делает правдивое сообщение о совершенном им преступлении (необязательно лично). Из приведенного определения видно, что в основе добровольности явки с повинной лежит субъективный фактор - осознание виновного о возможности реально избежать уголовной ответственности. Он является определяющим в приведенных спорных ситуациях.

Добровольное возмещение имущественного или морального вреда. В формулировке этого смягчающего обстоятельства также закреплен признак добровольности, как и в определении явки с повинной. Но его следует понимать в процессуальном смысле, при этом меньшую роль играет субъективный фактор. В данном случае добровольность может носить временной характер, то есть возмещение вреда может считаться добровольным до вынесения властного решения государственным органом. Например, решение суда об удовлетворении иска потерпевшего. При этом, субъективный момент не обязателен(осознание возможности виновным скрыть имущество от взыскания). Возмещение вреда также будет считаться принудительным, если решение суда реализуют государственные органы, при отказе виновного исполнить решение суда.

Исходя из изложенного, можно проследить сущность добровольности в примечаниях к статьям Особенной части УК РФ. Именно признак добровольности, нашедший свое воплощение в рассмотренных уголовно-правовых нормах, определяет их уголовно-правовую природу и может являться основанием для соответствующей квалификации. Следовательно, можно примечания подразделить на три группы:

1. Носящие характер явки с повинной, которая может иметь место после окончания преступления(примечания к статьям 204, 275, 276, 278, 291, 307). В данных случаях виновные делают добровольные заявления о своей преступной деятельности.
2. Носящие характер добровольного отказа, при этом не являясь им(примечания к статьям 126, 206, 208, 222, 223, 228). В действиях виновных, указанных в приведенных нормах формально не усматривается добровольного отказа, но они добровольно отказываются от продолжения своей преступной деятельности. Следует отметить, что в эту группу вошли примечания к так называемым длящимся преступлениям. Они хоть и считаются оконченными, но при этом, до момента пресечения продолжают совершаться, следовательно, добровольный отказ в обыденном понимании не возможен.
3. Носящие процессуальный характер добровольности (примечания к статьям 194, 198, 199). Применение данной группы примечаний может иметь место лишь до конкретных процессуальных решений. Например, виновный может уплатить налог до вынесения судом решения о его взыскании. При этом, в его действиях может присутствовать вынужденность, поэтому законодатель в указанном примечании не фиксирует признак добровольности.

Примечание к статье 205 УК РФ не входит в данную классификацию, так как оно дублирует статью 31 УК РФ и является добровольным отказом в соответствии с официальной трактовкой. Примечания к статьям 337 и 338 УК РФ также не входят в указанную классификацию, так как о добровольных действиях виновных лиц не идет речи.

Правоприменитель выражает официальную позицию относительно трактовки признака добровольности, который имеет место в примечаниях к некоторым статьям особенной части. Например. Под добровольной сдачей огнестрельного оружия, его основных частей либо комплектующих деталей к нему, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств, предусмотренной примечаниями к статьям 222 и 223 УК РФ, следует понимать выдачу лицом указанных предметов по своей воле или сообщение органам власти о месте их нахождения при реальной возможности дальнейшего хранения вышеуказанных предметов. При этом отмечается, что мотивы такого поведения виновного не имеют значения. Несколько иную позицию Верховный Суд РФ занимает относительно признака добровольности, закрепленного в примечании к статье 228 УК РФ. Под добровольной сдачей наркотических средств или психотропных веществ понимается выдача лицом этих средств или веществ представителям власти при реальной возможности распорядиться ими иным способом. В данной части нет противоречия предыдущей трактовке, но далее идет пояснение с приведением типичной ситуации. В частности как добровольную сдачу наркотических средств или психотропных веществ следует считать выдачу их лицом по предложению следователя перед началом производства в помещении выемки или обыска. Данная часть положения о добровольной выдаче резко противоречит предыдущей, так как в подавляющем большинстве случаев у виновного не будет присутствовать осознание реальной возможности распорядиться иным способом искомыми предметами. Такая конкретизация противоречит и приведенной выше трактовке признака добровольности относительно примечания к статьям 222 и 223 УК РФ, где добровольной не признается вынужденная выдача соответствующих предметов. Действительно, согласно ч. 5 ст. 182 УПК РФ до начала обыска следователь предлагает добровольно выдать подлежащие изъятию предметы, документы и ценности, которые могут иметь значение для уголовного дела. Если они выданы добровольно и нет оснований опасаться их сокрытия, то следователь вправе не производить обыск. В данном законодательном положении имеет место признак добровольности, но несколько иного характера. Он не имеет уголовно-правового значения, но есть уголовно-процессуальная значимость. Если перед началом обыска виновный выдает искомые предметы, то он не освобождается от уголовной ответственности, но основания для уголовно-процессуального принуждения - производства обыска, отпадают. На мой взгляд, в указанном случае присутствует уголовно-процессуальная помощь следствию и признак добровольности имеет уголовно-процессуальный характер. Следовательно, при формулировании данной части статьи необязательно было включать признак добровольности, так как он носит несколько иной субъективный характер - осознание возможности избежать каких-либо негативных воздействий со стороны правоохранительных органов. Данный признак не нашел отражения в статье 183 УПК РФ, где зафиксировано, что следователь, до начала выемки, предлагает выдать предметы и документы, подлежащие изъятию, а в случае отказа производит выемку принудительно, то есть самостоятельно. Из этого следует, что указанные следственные действия сами по себе уже носят принудительный характер и по сути виновный может выдать, нужные следствию предметы только принудительно, по крайней мере, в подавляющем большинстве случаев. Если по предложению следователь виновный осуществляет выдачу соответствующих предметов и она является добровольной, то возникает следующий вопрос: “Какую выдачу считать принудительной?”

На основании изложенного можно сформулировать следующие рекомендации:

1. Во всех случаях, где требуется установления признака добровольности, следует уделять пристальное внимание его субъективному критерию - осознанию виновного принципиальной возможности уклониться от соответствующих действий либо правоограничений;
2. Отличать признак “добровольности” в материальном и процессуальном смысле, для этого нужно обращать внимание на установление субъективного критерия.

3. Процессуальный характер добровольности может выражаться в двух формах: в форме оказания помощи в процессуальных действиях следствию( данная форма не имеет уголовно-правового значения) и в форме, существующей до определенного официального юридического решения. Например, возмещение ущерба, причиненного преступлением до решения суда о взыскании указанного ущерба.

Что отвечает менталитету российского общества и христианской морали, выразившимся, в частности, в поговорке “повинную голову меч не сечет”.

См.: Курс советского уголовного права. Т. 2. Л., 1970. С. 334.

Там же. С. 36

Уголовное право. Общая часть. М.,1996. С. 372.

Советское уголовное право. Часть Общая. М., 1962 г., С.98; см. также : Ком. к УК РСФСР. М.: 1971, С. 101; Научный ком. к УК РСФСР. Свердловск, 1964. С.93 и др.

Кругликов Л.Л. Смягчающие и отягчающие обстоятельства в советском уголовном праве. Ярославль, 1979. С. 36.

Савельева В.С. Уголовное право РФ. Общая часть. М., 1996. С. 431; Рарог А.И. Уголовное право России. Т.1. Общая часть. М., 1998, С. 465; и Комментарий к УК РФ. Общая часть. М., 1996. С. 210; Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть. М., 1996. С. 449; Сабитов Р.А. Квалификация поведения лица после совершения преступления. Омск, 1986. С. 17 и др.

Савельева В.С. Уголовное право РФ, Общая часть. М., 1996. С. 431; Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть. М., 1996. С. 449.

Рарог А.И. Уголовное право России. Т.1. Общая часть. М., 1998. С. 465.

Погосян Т.Ю. Уголовное право, Общая часть. М., 1997; Савельева В.С. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть. М., 1996. С. 431.

О практике назначения судами уголовного наказания. Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 40 от 11.06.99// Российская газета. 1999. 7 июля.

Процессуальный характер добровольности может выражаться в двух формах: в форме оказания помощи в процессуальных действиях следствию( данная форма не имеет уголовно-правового значения) и в форме, существующей до определенного официального юридического решения.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 12 марта 2002 года № 5 “О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств”// Российская газета. № 48(2916) от 19 марта 2002.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 мая 1998 года № 9 “О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами”. Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. - М., 1999 г.