Показать возросшую роль инвестиций в человеческий капитал, как фактор экономического роста

    Основные направления тех преобразований, относительно человеческого фактора, ко­торые несет НТР, состоят в следующем: автоматизация производства, замена машин принципиаль­но новыми техническими системами, которые изменяют по­ложение и роль человека в процессе производства – он вы­деляется из процесса производства, становится рядом с ним и над ним, выполняя функции наладки и регулирования

    НТР изменяет и самого работника: предъявляет качествен­но новые и более высокие требования к его образованию, к про­фессиональным навыкам, отношению к делу, способности быстро переключаться на новые виды деятельности, творчес­кому подходу к выполняемой работе и т.д.

    В настоящее время период научно-технической революции, несмотря на неуклонное расширение в народном хозяйстве развитых стран сферы применения вы­сокой технологии, характеризуется значительным возрастанием экономи­ческой значимости живого труда, всех связанных с его расширенным воспроизводством механизмов, включая рынок труда. Чему есть достаточно убедительные свидетельства. О наиболее наглядных из них - ниже.

    Первое. Согласно результатам исследований, проведенных амери­канскими экономическими статистиками, до 70-75% среднегодового прироста совокупной производительности труда в различных отраслях современной промышленности США обеспечиваются живым трудом.

    Второе. В CШA к началу 90-х гг. стоимость единичной рабочей си­лы в среднем составляла 469,5 тыс. долл., совокупной (стоимость еди­ничной, умноженная на 94,5 млн. - численность самодеятельного населе­ния) - 44,5 трлн. долл. Последний показатель в сущности представляет собой приблизительную стоимостную величину человеческого капитала на начало текущего десятилетия. Следовательно, эта величина в США в 3,5 раза превышала в указанный период стоимость националь­ного материального капитала (сумма всех активов финансовых и нефи­нансовых корпораций оценивалась в 12,8 трлн долл.).

    Без большого преувеличения можно предположить, что и в других странах с развитой рыночной экономикой соотношение этих показате­лей не отличается сколько-нибудь заметно от приведенного либо при­ближается к нему. Отсюда, следует, как представляется, однозначный вывод: решающей стороной современного производства выступает ра­ботник. Таким образом, от эффективности функционирования системы формирования, совершенствования, распределения и использования его трудового и творческого потенциала непосредственно зависит социаль­ное и экономическое развитие предприятия.

    Третье. Практически во всех развитых странах Запада, по данным их национальной статистики, занятость и эффективность производства в тех видах трудовой деятельности, которые отличаются повышенными требованиями к качеству рабочей силы, прежде всего, к общеобразова­тельной и специальной профессиональной и квалификационной подго­товке ее носителей-работников, растут более высокими темпами, чем в среднем в народном хозяйстве и большинстве традиционных отраслей.

    Существует немало достаточно весомых аргументов в пользу сле­дующего вывода: высший предел эффективности современного производ­ства определяется преимущественно качественным состоянием исполь­зуемой рабочей силы. То есть объемом накопленных совокупным работ­ником общетеоретических знаний, его профессиональным составом, квалификационным уровнем. В том числе благодаря тому, что с повышением этих качественных параметров на предприятиях создается возможность более четкой дифференциации, специализации выполняемых работни­ком трудовых функций, а, в случае необходимости, их совмещения с дру­гими. Иными словами, в нынешних условиях формирование совокупно­го работника происходит в качественно новом контексте, складываю­щемся под воздействием как макро-, так и микроструктурных сдвигов.

    Уровень квалификации работников относится к важнейшим компонентам трудового потенциала. Во всех развитых странах существенно вырос удельный вес квалифицированных рабочих и резко упала доля занятых ручным неквалифицированным тру­дом. Растут затраты как государства, так и фирм на профес­сиональную подготовку кадров. В частности, фирма «Джене­рал электрик» расходует на это ежегодно более 100 млн. долл. В целом фирмы США тратят на профессиональную подготовку более 30 млрд. долл. в год, что превышает соответствующие затраты государства.

    В России квалификация рабочих растет явно недостаточ­ными темпами. До сих пор высока доля малоквалифицирован­ного ручного труда, им занято около 30% работающих. Вследствие недостаточной квалификации рабочих, инженеров, ру­ководителей производства наша страна вынуждена тратить значительные валютные средства на оплату строительства со­временных предприятий, гостиниц и общественных зданий ино­странными фирмами.

    Недостаточный профессионализм рабочих, инженеров и ру­ководителей является не только очевидным тормозом техни­ческого прогресса и роста эффективности. При высокой насыщенности территории страны химическими предприятиями, электростанциями, нефте- и газопроводами низкая квалифи­кация персонала превращается в основной фактор риска, возможности аварий с тяжелейшими последствиями. После Чер­нобыльской катастрофы население активно выступает против АЭС. Атомная энергетика России после 1991 г. практически не развивается.

    Вместе с тем в настоящее время доля АЭС в общей выра­ботке электроэнергии России составляет около 10%, т.е. на­много меньше, чем в большинстве развитых стран. Во Франции, которая не обделена гидроресурсами и топливом, эта доля превышает 60%. Благодаря АЭС во Франции самая низкая в мире себестоимость электроэнергии. В энергетике таких густонаселенных странах, как Германия и Япония, доля АЭС зна­чительно выше, чем в России.

    Как показывает мировой опыт, повышение безопасности АЭС России может быть достигнуто только в результате по­вышения технической и общей культуры, профессионализма и ответственности всех, кто строит и эксплуатирует сложные технические системы.

    Поскольку базой профессионализма является общая куль­тура и уровень образованности населения, степень отставания России от мировых стандартов квалификации работников при­мерно соответствует отставанию в области образования. Стати­стика показывает что отставание тем больше, чем выше слож­ность труда. Иначе говоря, по профессионализму российский рабочий меньше отличается от американского или японского, чем российский инженер, и особенно руководитель, от своих зарубежных коллег.

    Некоторые зарубежные исследователи высказывают и более кате­горичное мнение. Знания и навыки, приобретенные работником в ре­зультате прохождения им общего обучения и профессиональной подго­товки, считают они, по сути дела, уже заняли такое место среди прочих сил, обеспечивающих рост производительности труда, что при их недо­статке главная цель предприятия - его бесперебойное эффективное функционирование оказывается практически недостижимой. Вне зави­симости от объема средств, инвестированных в производственное обо­рудование и технологию. Вместе с тем, необходимо отметить: развитие субъективного элемента производительных сил работника и их объек­тивной составляющей - производственного оборудования взаимообусловлено. Степень этой взаимообусловленности неуклонно возрастает по мере научно-технического совершенствования производства. И это по­нятно: новая техника не может использоваться с полной отдачей без со­ответствующего ей по качеству работника, а последний – без соответствующей ему по качеству техники. 

Рассмотрим этот вопрос также на примере образования. Образование выполняет, по меньшей мере, две важнейшие функции: разви­тие личности (в широком смысле, включая и социализацию личности, и ее духовное, нравственное, художественное развитие) и экономическую (воспро­изводство квалифицированной рабочей силы). Взаимосвязь этих функций в це­лях и содержании образования и, следовательно, создание соответствующих ресурсных условий выступает как необходимая предпосылка общественного прогресса во всех его проявлениях. Основной постулат при этом – инвестиции в человека, в человеческий фактор наиболее эффективны и потому должны иметь высший приоритет. В ряду отечественных представителей экономической науки в целом и экономики образования в частности, внесших большой вклад в развитие этого направления в целом и метода «редуцирования труда», стоят С.Г. Струмилин, В.А. Жамин, С.Л. Костанян, Е.И. Жильцов, А.Б. Дайновский, Д.И. Чупрунов и другие.

Попытки определения экономической эффективности образования через зарплату рабочих были впервые предприняты С.Г. Струмилиным в 20-х годах. Сопоставляя зарплату рабочих и производительность труда с образованием, он пришел к выводу, что «простая грамотность, достигаемая за один год обучения, повышает продуктивность рабочего на 30%. В среднем за ряд лет год школьного образования давал примерно в 2,6 раза большую прибавку квали­фикации, чем год заводской выучки» (Струмилин С.Г. Собр. соч., Т. 5. С. 266).

По мысли С.Г. Струмилина, эффект затрат сказывается в увеличении зара­ботной платы у работников более высокого образовательного уровня. Сравнивая заработную плату инженеров, техников, квалифицированных рабочих с зарпла­той необученных рабочих, С.Г. Струмилин выявил ее прирост за счет повыше­ний образования. Так, зарплата необученного рабочего в 1924–1925 гг. состави­ла 141 руб. в год. Простая грамотность повышала ее на 42 руб. (т.е. на 30%). На­чальное образование повышало заработок почти на 80%, или на 112 руб. в год. Таким образом, к 1934 г. 57,6 млн. рабочих, ликвидировав свою неграмотность, получили увеличение в зарплате и, следовательно, создали прирост националь­ного дохода на 2,4 млрд. руб. (42 руб. × 57,6 млн. человек).

За это время окончили начальную школу 23,8 млн. человек, дополнительная зарплата каждого из них была 112 руб. Они создали прирост национального дохода 2,65 млрд. руб.

Следовательно, только за счет общего образования прирост национального дохода, или эффект образования, превысил 5 млрд. руб. Таким же образом рас­считывался прирост национального дохода за счет более высокого образования инженеров и техников. При этом более сложный труд этих категорий работни­ков также через зарплату приводился к простому труду необученного рабочего.

По этой методике С.Г. Струмилин получил следующие цифры прироста нацио­нального дохода за счет образования (в млрд. руб.): в 1940 г. – 5,39, в 1950 г. – 1,31, в 1960 г. – 37,72.

Текущие затраты в сфере просвещения составили соответственно 3,13; 4,25; 10,30 млрд. руб. Соотнеся затраты с приростом дохода, можно определить об­щий показатель экономической, эффективности образования для каждого от­дельного десятилетия. Следует иметь в виду, что реальный «отзыв» народного хозяйства на деятельность системы народного образования должен определять­ся с лагом в 15–25 лет после соответствующих затрат. Дальнейшее развитие идеи С.Г. Струмилина получили в работах ряда других исследователей, напри­мер, В.А. Жамина, Г.А. Егиазаряна и других.

В.А. Жамин предложил следующую формулу для определения рентабельнос­ти образования:

где Е_о – расходы образования на каждый рубль прироста национального дохода;

З_о – затраты на образование;

Н – прирост национального дохода.

Обратная величина  характеризует прирост национального дохода на 1 руб. затрат на образование.

 

 

 

 

Раскрыть роль государства в регулировании экономического роста

    Механизм государственного регулирования не является раз и навсегда дан­ным и неизменным. Эволюция его предопределяется потребностями технологи­ческого развития и экономического роста, перегруппировкой политических сил и изменениями проводимой ими экономической и социальной политики, степенью развитости рыночных отношений хозяйствования.

    В любом случае государственное регулирование должно быть эффективным, т.е. максимально использовать предпринимательскую энергию для углубления партнерства и капитализации бизнеса. Оно эффективно в том случае, когда под­держивает те сферы, которые не регулируются или слабо регулируются рыночными механизмами – здравоохранение, образование, макроэкономическая стабиль­ность, защита неимущих и т.д.

    По такому пути развиваются экономические и социальные процессы в Россий­ской Федерации, где за годы реформ 80-90-х годов заложены основы финансово-экономического регулирования экономики. Перспективы российской экономики связываются с гарантией прав собственности и справедливой конкурентоспособ­ности для эффективного функционирования рыночной экономики. Государство осуществляет контроль над денежной массой, снижением инфляции, а также обес­печением структурных сдвигов в производстве и экспорте продукции.

    Активизацию инвестиционного процесса государство предполагает достичь путем удешевления кредитных ресурсов в условиях новой экономической конъ­юнктуры.

    Социальная и военная реформы позволят в перспективе сократить нагрузку на государственный бюджет и увеличить расходы на образование, здравоохране­ние, культуру и пенсии.

    Предполагается, что бюджет как метод экономического воздействия будет сти­мулировать экономический рост. Это достигается тем, что средства налогоплатель­щиков предоставляются корпоративному сектору исключительно на конкурсной основе. Уменьшится количество налогов и налогооблагаемой базы, произойдет вы­равнивание налоговой нагрузки.

    Анализируя опыт государственного регулирования в развитых рыночных го­сударствах и странах транзитивной экономики, можно отметить функциональ­ные регулирующие тенденции в экономике.

    Основные функции государственного регулирования реализуются, во-первых, в направлении достижения и сохранения национальных конкурентных преимуществ экономики. Страна достигает конкурентного преимущества благодаря экономиче­ским факторам и наличию уникальных институциональных механизмов, способ­ных непрерывно повышать уровень использования факторов производства: ресур­сов, рабочей силы, капитала, предпринимательства.

    Общепризнаной задачей правительства становится разработка политики ново­введений, стимулирование усовершенствований в технике, выгодных для нацио­нальной экономики. Это позволяет повысить эффективность производства, дикто­вать высокие цены благодаря высокому качеству, осваивать новые наукоемкие отрасли и отдельные территории.

    Во-вторых, новым является использование различных инструментов и прежде всего контрактной системы – совокупности разных форм в организации сис­темы государственных заказов и закупок с целью вовлечения частного бизнеса в решение приоритетных проблем общества, в реализацию государственных про­грамм. Так, во Франции накоплен опыт «плановых контрактов», «контрактов о ценах», регулирования деятельности государственных акционерных предприя­тий, госзаказов для частного сектора. Контракты заключаются на конкурсной основе, чаще всего через торги. В США используется федеральная контрактная система, которая перераспределяет государственные финансовые ресурсы на на­учно-технические, социальные, военные цели.

    В-третьих, активизируется деятельность государства по расширению воз­можностей обеспечения конкурентных преимуществ национальной экономики на мировых рынках путем создания благоприятных условий хозяйствования нацио­нальных предпринимателей, стимулирования использования негосударственной поддержки частного бизнеса, конкурентоспособности фирм в тех сферах, где част­ные инвестиции способствуют решению крупномасштабных стратегических задач и связаны с высоким риском либо не обеспечивают достаточной прибыли.

    В-четвертых, существенно значимой функцией государственного регулирова­ния становится общая координация экономических процессов, стимулирование развития экономики в соответствии с выбранными правительством ориентирами. Осуществляется разработка долгосрочной экономической стратегии промышлен­ной политики через систему планово-прогнозных институционных структур (Фран­ция, Япония, КНР).

    В-пятых, для достижения конъюнктурных преимуществ государство проекти­рует динамику личного и производственного спроса в стране. Правительство ма­нипулирует государственными расходами, налогами, стоимостью кредита, рег­ламентирует конкуренцию, развивает государственный сектор.

    В-шестых, в области социальной стратегии и реализующей ее социальной по­литики сферой государственного регулирования становятся доходы, цены, заня­тость, трудовые отношения, охрана труда, качество товаров и услуг. Этим пре­следуется смягчение социального неравенства, поддержание баланса интересов, достижение общего консенсуса, стимулирование экономической активности раз­личных групп населения.

    В-седьмых, адаптация экономического регулирования к изменяющимся усло­виям хозяйствования выражается в диверсификации деятельности государства по регулированию экономики. Современные рыночные структуры обусловливают необходимость диверсификации экономической и социальной политики. В запад­ной экономической литературе используется для характеристики этого процесса термин policy diversiby. В современной экономике развитых индустриальных стран одновременно идут процессы дерегулирования и децентрализации. Дерегулирова­ние означает сокращение масштабов прямого государственного вмешательства в процессы общественного воспроизводства. Государственное регулирование до­полняется корпоративным, что дает кумулятивный и компенсационный эффект. Процесс децентрализации состоит в переносе решения многих проблем с макро­уровня на мегауровень отдельных регионов и микроуровень отдельных фирм. Ха­рактерно, что субъектами государственного регулирования становятся регио­нальные, муниципальные и коммунальные органы управления. Уменьшается роль прямых форм административного регулирования и повышается значение различ­ных рычагов косвенного воздействия государства.

    Экономическое регулирование на уровне территории уменьшает неравномер­ности социально-экономического развития регионов, снимает социальную напря­женность в депрессивных регионах, стимулирует эффективное использование эко­номического потенциала территории.

 

В чем суть теории сравнительных преимуществ? Как принцип сравнительных преимуществ можно применить к процессу международной специализации и торговли

    Д. Рикардо сформулировал теорию сравнительных пре­имуществ, введя понятие альтернативной иены.

    Альтернативная цена – это отношение рабочего време­ни, необходимого для производства единицы одного това­ра, к рабочему времени, необходимому для производства единицы другого товара.

    Пример. Допустим, что производство 25 м сукна в Анг­лии требует труда 100 рабочих в течение года. На данное количество сукна Англия потратит 50 л португальского вина, собственное производство которого потребовало бы труда 120 рабочих в течение года. На производство тех же количеств сукна и вина Португалия затрачивает труд соот­ветственно 90 и 80 человек в течение года.

Таблица 1. Затраты труда на производство товара (количество человек)

Товар	Англия	Португалия
Сукно, 25 м	100 человек	90 человек
Вино, 50 л	120 человек	80 человек

Абсолютные издержки в Англии выше, чем в Португа­лии, и по сукну, и по вину. Однако сравнительные издер­жки Португалии по сукну больше, чем Англии. Они опре­деляются отношением абсолютных издержек на производство единицы сукна к абсолютным издержкам на производство единицы вина. В Португалии они составляют 90/25 ± 80/50 = 9/4 = 2,25.

    Англии же сравнительные издержки по сукну относи­тельно меньше и составляют 100/25÷120/50 = 5/3 = 1,666.

    Следовательно, Англии выгодно экспортировать сукно б Португалию, закупая там вино.

    Точно так же сравнительные издержки по вину состав­ляют 4/9 = 0,4 в Португалии и 3/5 = 0,6 в Англии.

    Таким образом, необходимым условием существования международной торговли выступает производство в раз­личных странах одних и тех же товаров с различными из­держками. Каждой стране целесообразно, согласно взгля­дам Рикардо, специализироваться на производстве таких товаров, по которым она имеет сравнительно более низкие затраты труда и капитала.

    Теория сравнительных преимуществ разъясняет, что если страны специализируются на производстве тех товаров, ко­торые они могут производить с относительно более низки­ми издержками по сравнению с другими странами, то тор­говля будет взаимовыгодной для обеих стран, независимо от того, является ли производство одной из них абсолютно более эффективным, чем другой.

    Теория сравнительных преимуществ имела определен­ные недостатки, способствовавшие в дальнейшем ее отми­ранию. Среди них:

1) эта теория исходит из наличия лишь двух стран и двух товаров;

2) подразумевает господство свободной торговли;

3) исходит из постоянных затрат производства;

4) предполагает отсутствие транспортных затрат;

5)  не учитывает действие НТР, технических изменений;

6) исходит из наличия полной взаимозаменяемости ресур­сов при их альтернативном использовании. Тем  не  менее значение  этой  теории  трудно  переоце­нить: именно она впервые описала баланс совокупного спроса и предложения, доказала, что страна получает вы­игрыш от торговли,  не  нанося ущерб другим  странам,  а изыскивая возможности развития торговли внутри страны и отказавшись от введения торговых барьеров. Кроме того, именно теория сравнительных преимуществ подвела науч­ную основу под развитие дальнейших теорий.

    В 30-е годы XX в. шведские экономисты Э. Хекшер и Б. Олин развили теорию Д. Рикардо, обосновав необходи­мость определять сравнительное преимущество при внеш­ней торговле исходя из оценки факторов производства, их соотношений и взаимосвязи.

    Согласно модели Хекшера – Олина:

1) торговля основана на сравнительных преимуществах стран;

2) причиной сравнительных преимуществ является раз­личие в наделенное™ стран факторами производства.

    Разница в относительных ценах на товары в различных странах, а следовательно, и торговля между ними объяс­няются различной наделенностыо факторами производства.

    Таким образом, теорию Хекшера – Олина можно сфор­мулировать следующим образом: каждая страна экспорти­рует те товары, для производства которых она обладает относительно избыточными факторами производства, и импортирует те товары, для производства которых она ис­пытывает относительный недостаток факторов производ­ства.

    Например, Япония существенно зависит от импорта «первичного сырья» (продукции сельского хозяйства, ры­боловства, лесной и добывающей промышленности), по­скольку не может сама производить их в количестве, дос­таточном для удовлетворения высокого спроса, соответ­ствующего уровню жизни в этой стране. Оплатить этот импорт Японии помогает особое преимущество в экспорте технически емкой продукции, производимой с использо­ванием избыточного в этой стране фактора – научного персонала.

    Общей слабой стороной всех классических теорий явля­ется то, что для того, чтобы они подтверждались практи­кой необходимо соблюдение многочисленных ограничений и допущений. Поэтому экономисты XX века осуществляют поиск новых теорий, объясняющих различные аспекты меж­дународной торговли (м.т.), основываясь на классических теориях, развивая или опровергая их.

    Развитие теории сравнительных преимуществ Д. Рикар­до пошло по нескольким направлениям: наиболее попу­лярной стала теория соотношения факторов производства Хекшера – Олина, обосновавшая необходимость опреде­лять сравнительное преимущество при внешней торговле исходя из оценки факторов производства, их соотношений и взаимосвязи. Эти теории относятся к группе новейших теорий неоклассической школы. На современном этапе нео­классическая школа сосуществует с неотехнологической, получившей развитие с середины XX века на основе НТР. Возникшие на основе НТР теории м.т. полностью отверга­ли базовые понятия классических теорий и предлагали иные подходы к объяснению м.т.

    Неотехнологическая школа связывает основные преиму­щества с монопольной позицией фирмы (и страны)-новатора. Отсюда и новая оптимальная стратегия для отдельных фирм: выпускать не то, что относительно дешевле, а то, что необходимо всем или многим, но что больше пока никто выпускать не может.

    Изменилось и отношение к государству: экономисты неотехнологического направления считают, что государство может и должно поддерживать производство высокотехно­логичных экспортных товаров и не мешать свертыванию производства других, устаревших.

    К неотехнологическим относятся следующие теории:

1) теория технологического разрыва М. Познера (1961  г.);

2) теория эффекта масштаба Кэмпа (1964 г.) и несовер­шенной конкуренции П. Кругмана (1979 г.);

3) теория жизненного цикла товара Р. Вернона (1966 г.);

4) теория внутриотраслевой торговли Б. Баласса (1967 г.);

5) теория конкурентного преимущества нации М. Портера

(1986 г.).

    Наиболее значительными в 90-е годы были исследова­ния М. Портера, которому удалось в своей теории конкурент­ных преимуществ нации примирить взгляды классических и неоклассических экономистов со взглядами представителей неотехнологической школы. На основе изучения практики компаний 10 ведущих индустриальных стран, на которые приходится почти половина мирового экспорта, он выдви­нул концепцию «международной конкурентоспособности наций».

    Конкурентоспособность страны в международном обмене определяется взаимодействием и взаимосвязью четырех основ­ных компонентов (детерминант конкурентного преимущества):

• факторные условия, т.е. те конкретные факторы произ­водства, которые нужны для успешной конкуренции в данной отрасли;

• условия спроса на товары и услуги, т.е. каков спрос на внутреннем рынке на продукцию и услуги, предлагае­мые отраслью;

• стратегия фирм данной страны, их структура и соперни­чество, т. е. каковы условия в стране, определяющие то, как создаются и управляются фирмы, и каков характер конкуренции на внутреннем рынке;

• характер родственных и поддерживающих отраслей, име­ющихся в стране, т. е. наличие или отсутствие в стране родственных или поддерживающих отраслей, конкурен­тоспособных на мировом рынке.

    На современном этапе, в связи с бурным развитием международной торговли услугами, существующие теории международной торговли адаптируют к торговле услугами. Кроме того, появляются новые теории, конкретно направ­ленные на объяснение выгод от участия стран в этом про­цессе.

 

Объяснить, каковы источники кризиса мировой задолженности? Каковы пути его преодоления

    Одна из серьезных проблем в функционировании глобальной экономической системы – кризис международной задолженности. Такие кризисы начинаются с того, что какая-нибудь страна или группа стран объявляют о невозможности выплачивать свои внешние долги или об аннулировании своего долга. Если у должника нет желания погасить свою задолженность, то добиться от не­го возобновления выплат очень сложно, а часто и просто невоз­можно. Объясняется это тем, что в роли заемщика выступает суве­ренный экономический агент, нередко правительство иностранно­го государства. Предъявить к такому заемщику санкции, которые применяются к обычному неплательщику той или иной страны, невозможно. В этом проявляется специфика международных эко­номических отношений.

    Факты банкротства нарушают равновесие международного рынка кредита, осложняют процессы кредитования и заимствова­ния. Когда отдельные нарушения принимают массовый характер, начинается очередной кризис мировой задолженности.

    Коротко остановимся на фундаментальных причинах, приво­дящих к кризису мировой задолженности. Внешние заимствова­ния, как уже отмечалось, увеличивают ресурсы экономического развития, но за полученные кредиты рано или поздно нужно рассчитываться. Обслуживание внешнего долга имеет два аспекта:

1) выплату основной суммы кредита;

2) уплату процентов по кредиту.

    Взятые вместе, эти выплаты представляют собой прямой вычет из дохода и сбережений страны должника.

    Если страна наращивает объем внешних заимствований и (или) повышаются процентные ставки по кредитам, то расходы по обслу­живанию внешнего долга растут. В нормальных условиях внешний долг обслуживается за счет валютных поступлений от экспорта то­варов и услуг. Иногда для своевременного погашения внешней за­долженности страна вынуждена не только наращивать экспорт своей продукции, но и сокращать расходы на импорт зарубежных товаров. В ряде случаев внешний долг обслуживается путем новых заимствований за рубежом.

    Любая страна с высоким уровнем задолженности рано или поздно сталкивается с обострением проблемы внешнего долга. Возникновение сильной мотивации к отказу от платежей по внешнему долгу связано с состоянием сальдо заемных операций, или базового трансферта.

    Это сальдо отражает соотношение чистого притока (оттока) ка­питала и суммы внешнего заимствования. Чистый приток (отток) капитала равен валовому притоку капитала за вычетом амортиза­ции (выплаты основной суммы кредита). Отсюда количественно сальдо заемных операций, или базовый трансферт, можно исчис­лить разницей между чистым притоком капитала и суммой про­цента на весь внешний долг.

    Обострение проблемы обслуживания внешнего долга может произойти под влиянием многих обстоятельств. Среди них важнейшими являются:

– аккумулированный долг страны становится чрезмерно боль­шим;

– снижается приток долгосрочного капитала, привлекаемого на льготных условиях, и растет привлечение краткосрочных креди­тов на рыночных условиях, результатом чего является рост процент­ной ставки;

– трудности в регулировании платежного баланса из-за ухуд­шения условий торговли;

– общий спад производства или отрицательный внешний шок (резкое изменение цен, процентных ставок или обменного курса);

– страна утрачивает доверие иностранных кредиторов, объем кредитов уменьшается;

– бегство капитала из страны в силу сложившейся экономи­ческой и политической ситуации.

    Когда правительство приходит к выводу, что выполнение всех обязательств по обслуживанию внешнего долга не обеспечивает в дальнейшем чистого притока капитала, то, для того чтобы избе­жать оттока ресурсов из страны, оно отказывается либо от части, либо от всех платежей по долгам. Причем свое решение правитель­ство обычно аргументирует сложностью экономической ситуации в стране, что встречает понимание у большинства населения. К то­му же набирает долги, как правило, одно правительство, а отдавать их приходится другому.

    В настоящее время страны с высоким уровнем задолженности имеют единственную возможность избежать банкротства – обра­титься к стабилизационной программе МВФ, политика стабилиза­ции предполагает:

– отмену или либерализацию валютного и импортного контроля;

– снижение обменного курса местной валюты;

– проведение жесткой внутренней антиинфляционной прог­раммы, включая контроль за кредитами банков, правительствен­ный контроль за дефицитом государственного бюджета путем уре­зания расходов и увеличения налогов и цен. отказ от индексации ставок заработной платы, поощрение свободы рынков;

– открытие экономики мировому хозяйству и поощрение ино­странных инвестиций.

    В связи с этим возникает вопрос: почему многие государства сумели предотвратить для себя кризис внешней задолженности, в то время как другие страны, находившиеся в сходных условиях, этого кризиса не избежали?

    Широко распространенный подход 60–70-х годов, заключав­шийся в признании в качестве основного инструмента развития планирование и постановку целей центральными органами госу­дарства, в том числе внешнего заимствования, согласно которому совокупное административное государственное регулирование способно обеспечить плавное развитие, в ряде стран мира не оп­равдал себя именно в параллели «внешнее финансирование – внутреннее развитие». Это особенно ярко проявилось в середине 80-х годов, когда некоторые страны Латинской Америки и Африки обнаружили явное несоответствие между темпами внешнего за­имствования и внутреннего экономического роста. Выяснилось, что централизованное распределение не обеспечило необходимых предпосылок внутреннего развития, т. е. подавляющее большин­ство проектов с использованием привлеченных заемных средств не смогло генерировать в условиях нерыночной среды достаточную норму прибыли даже для обслуживания основного долга. Результа­том такой политики внутри этих стран стало обогащение узких групп людей, имеющих доступ к дефицитной иностранной валюте, а извне – широко известные «долговые кризисы» 80-х годов.

    «Благополучные» же страны мало зависели от колебаний цен на наиболее распространенные в мире сырьевые товары (поскольку их не экспортировали, а импортировали в больших количествах). По­этому одной из основных целей внешнего заимствования для этих стран стало поддержание бездефицитности платежных балансов. Когда в середине 80-х годов начался мировой подъем производства и торговли, они сумели за счет внешнего заимствования в короткие сроки резко увеличить экспортный потенциал за счет производства промышленных товаров высокой степени переработки.

    Закономерным следствием широкого привлечения развиваю­щимися странами внешних заемных средств для финансирования своего экономического развития и покрытия дефицитов платеж­ных балансов является накопление задолженности этих стран развитым государствам, международным кредитно-финансовым институтам и частным банкам.

 

Что такое платежный баланс, какова его структура

    Для того чтобы более детально рассматривать установление равновесия на ва­лютном рынке, необходимо проанализировать все источники получения и кана­лы расходования валюты государством (т.е. факторы спроса-предложения). Эти операции отражаются в платежном балансе страны.

    Платежный баланс характеризует соотношение между валютными поступле­ниями в страну и платежами, которые государство осуществляет за границей за определенный промежуток времени. При этом наиболее трудной задачей явля­ется учет всех без исключения операций. Состояние платежного баланса активно воздействует на текущий рыночный курс национальной валюты, который через обратные связи влияет на экспортно-импортные потоки, движение капиталов, в целом на структуру экономики.

    Впервые платежный баланс для СССР и России был рассчитан за 1990 и 1991 гг. с выделением трех групп стран, с которыми СССР имел различные системы расче­тов – в переводном рубле (со странами СЭВ), в свободно конвертируемой валюте и путем валютного клиринга. Баланс рассчитывается на основе ранее «закрытой» информации о неторговых операциях, платежах по обслуживанию внешнего долга и динамике валютных резервов.

    Платежный баланс состоит из трех частей: баланса (счета) текущих операций, баланса (счета) движения капиталов и баланса (счета) движения золотовалютных резервов. Операции на внешнем рынке, приводящие к притоку денежных средств на валютный рынок страны, приходуются со знаком плюс, в противоположном случае – со знаком минус. Итоговый результат трех частей в сумме дает ноль. Это объясняется тем, что каждому направлению расхо­дования средств должен соответствовать какой-либо источник. Рассмотрим каж­дый раздел платежного баланса в отдельности. Счет текущих операций показывает движение валютных средств, связанное с текущим или прошлым движением материальных и нематериальных активов, прежде всего с экспортом и импортом товаров. В случае, когда импорт больше экспорта, торговый баланс сводится с дефицитом. Кроме обмена товарами су­ществуют неторговые операции – доходы и расходы, связанные с предоставлени­ем различных видов услуг (туризм, страхование, перевозки, средства связи и т.д.), а также денежные поступления или расходы по платежам за рубеж. Чистые доходы на инвестиции представляют собой избыток платежей по процентам и дивидендам, осуществленным иностранцами на вложенный за рубежом капитал, над соответ­ствующими платежами, выплачиваемыми в стране иностранным инвесторам. Та­ким образом, величина сальдо по данной статье зависит от общей величины выве­зенного капитала и инвестиций иностранцев.

    Если суммировать все операции по текущему счету, то получим платежный баланс внешнеторговых операций (текущий). Его дефицит означает, что импорт­ные операции по текущему счету создали спрос на объем валюты больший, чем смог обеспечить экспортный сектор экономики.

    Счет движения капиталов отражает финансовые операции, связанные с куплей-продажей финансовых активов и получением кредитов и займов. По вре­мени размещения активов можно выделить приток-отток краткосрочного и долгосрочного капитала. К первому направлению относятся текущие счета инос­транцев в данной стране, а также принадлежащие им высоколиквидные акти­вы (например, казначейские векселя). Ко второму – покупка ценных бумаг на­циональных компаний и институтов, долгосрочные займы, прямые портфельные инвестиции. Приток капитала обозначается знаком плюс и свидетельствует о приобретении национальных финансовых активов иностранцами. Он тождествен притоку иностранной валюты. Отток капитала – это процесс приобретения иност­ранных активов фирмами и домохозяйствами. Он приводит к утечке валюты из страны.

    Активное сальдо баланса движения капиталов возникает при превышении притока капитала над оттоком. Это приводит и к притоку валюты. В противо­положном случае образуется пассивное сальдо и отток валюты.

    Третья часть платежного баланса – счет официальных резервов. На нем от­ражаются операции по купле-продаже иностранной валюты, золота и других ак­тивов, осуществляемые Центральным банком и правительственными органами. Целью этих операций является не извлечение прибыли, а урегулирование не­сбалансированности платежных балансов, поддержание курсов определенных валют и прочие цели. За счет официальных резервов покрывается дефицит или пассивное сальдо по двум предыдущим статьям платежного баланса – счета текущих операций и движения капиталов. Происходит это путем продажи Цент­ральным банком накопленных запасов иностранной валюты, золота и получения государством валютных кредитов в других банках (последнее использовано в на­шей таблице). Уменьшение резервов Центрального банка приводит к увеличению предложения валюты на рынке и отражается в балансе со знаком плюс. Активное сальдо по счетам текущих операций и движения капиталов приводит к росту офи­циальных валютных резервов и отображается в балансе со знаком минус. В ре­зультате итоговый баланс дает по всем позициям ноль.

    В реальной жизни экономисты и политики часто говорят о том, что платеж­ный баланс сведен с положительным или отрицательным сальдо. Этот результат относится к сальдо по двум счетам: текущих операций и движения капиталов. Он показывает направление движения валюты (в страну или из страны), полученной от ведения международной торговли и финансовых операций. Если платежный баланс дефицитен, то страна получила меньше иностранной валюты, чем израс­ходовала. Размер дефицита равен сокращению официальных резервов. Активное сальдо означает, что государство заработало больше валюты, чем потратило, в результате произошло увеличение запасов валютных резервов.

1.

ВНП – 8000 долл.

Потребительские расходы – 4200

Чистые инвестиции – 1000

Экспорт – 380

Импорт – 280

Амортизация – 300

 

Объем валовых инвестиций А_д = 1000 + 300 = 1300

Гос. закупки G = 8000 – 4200 – 1300 – 100 = 8000 – 5600 = 2400

ЧНП = 8000 – 300 = 7700

Сумма доходов владельцев ресурсов = ВНП – амортизация = 7700

Величина совокупности доходов и расходов равна 8000 долл.

 

2.

Численность населения – 15 млн. чел.

Количество занятых – 9 млн. чел.

Уровень безработицы – 10%

Естественный уровень безработицы – 6%

ВНП_номин – 200 млрд. руб.

 

15 × 0,1 = 1,5 млн. безработных

9 + 1,5 = 10,5 млн.

10 – 6 = 4%

4 × 2,5 = 10%

 

Отставание составит 10% или 20 млрд. рублей.

 

3.

а) при условии гибких цен и ставок заработной платы при снижении спроса равновесие установится в точке пересечения кривых спроса, имеющих более низкие значения как на оси цены, так и на оси ВНП, т.к. данное обстоятельство приводит к снижению цены, заработной платы. ВНП продукт оси на уровне полной занятости.

б) при сокращении спроса может восстановиться первоначальное равновесие, по крайней мере, за короткий период времени. Сложность состоит в том, что цены на многие товары – как на продукты, так и на ресурсы – становятся «нерешительными», или негибкими, в направлении понижения. Данный инерционный эффект называется эффектом Храповика.

    Экономика не возвращается в первоначальное состояние равновесия в точке а. Скорее сохранится новый, более высокий уровень цен Р₂ и поэтому сокращение совокупного спроса сдвинет экономику к состоянию равновесия в точке С. Уровень цен останется в точке Р₂, а реальный объем ВНП снизится обратно в Q₂.

 

4.

    С точки зрения классической теории занятости рынок автоматически корректирует цены, заработную плату, процентные ставки и в экономике восстанавливается уровень производства, соответствующий полной занятости.

    Резкое сокращение производства и занятости приводит к снижению цен, заработной платы и процентных ставок. Более низкие цены влекут за собой увеличение потребительских расходов, более низкая заработная плата – рост занятости, а более низкие процентные ставки – увеличение расходов по инвестиции. Любой избыток товаров и рабочей силы вскоре исчезает.

    Представители классической макроэкономики отрицали, что недостать расходов может носить долговременный характер. Под недостаточностью они понимали такой уровень расходов, когда их не хватает для покупки продукции, произведенной при полной занятости. Это отрицание было отчасти основано на законе Сэя.

    В основе закона Сэя лежит идея о том, что сам процесс производства товаров приносит доход, равный их стоимости. Производство любого объема производства автоматически обеспечивает доход, необходимый для закупки всей продукции на рынке, т.е. доход, необходимый для закупки всего того, что было произведено. Таким образом, предложение само создает себе спрос. Спрос должен быть равен предложению.

 

5.

MPS = 1 – 0,75 = 0,25 – предельная склонность к сбережению.

Y = 200 млн.

ΔY = 200 млн.

ΔY =

ΔI = ΔY × MPS

ΔI = 200 × 0,25

ΔI = 50 млн. – инвестиции в экономику, что удвоить ВНП.

I = 10 + 30 = 40 млн. (объем плановых инвестиций), если с/с % – 15

 

6.

    Уровень ВНП, если предельная склонность к сбережению 0,25, увеличится на 7,5 млн. долл.

    Увеличение государственных расходов на закупку товаров и услуг называется стимулирующей фискальной политикой, т.е. это политика, направленная на экономический рост, увеличения совокупного спроса, одновременно сокращается безработица и увеличивается ВНП.

 

7.

    К косвенным методам воздействия на цены относятся «дифляционные» ме­роприятия монетарной и фискальной политики. Первоначально они применя­лись в рамках антициклической политики (метод точной настройки конъюнкту­ры). По мере усиления инфляции Центральный банк вводит ограничения на рост денежной массы, объем предоставляемых кредитов, повышение учетной ставки и норм обязательных резервов продажи государственных ценных бумаг на от­крытом рынке.

   Реакция государства на разрастающуюся инфляцию может быть двоякой:

1) формирование условий наименее болезненной адаптации к ней населения;

2) выработка системы мер, способных ей противоборствовать. В этом слу­чае государство пытается погасить негативные экономические эффекты, свя­занные с инфляцией. Например, затормозить вызванное инфляцией падение курса национальной валюты или усилить заинтересованность бизнеса в инве­стировании, которая подавлялась ранее нарастанием цен. Одновременно со смягчением последней от инфляции должна быть продумана система мер, гасящих источники инфляции.

    Умеренная инфляция (до 10% в год) не считается опасной, поэтому совре­менные правительства в этом случае выбирают тактику непротивоборства с ней, пытаясь заглушить ее негативные последствия для населения.

    При сильной инфляции, погасить которую за короткий срок невозможно, государство вынуждено оценивать величины ожидаемых потерь из-за ухудше­ния рыночной конъюнктуры. Эти потери в значительной степени несут потребители, у которых снижается жизненный уровень. Поэтому правительство обычно про­водит политику амортизации ударов инфляции. Она включает два направления:

·        индексация потерь доходов;

·        компенсация потерь от инфляции.

    Коэффициент индексации должен строиться с учетом темпов инфляции. Поскольку инфляция не прекращается, время от времени приходится прово­дить индексацию. Достоинством адаптивной антиинфляционной политики яв­ляется смягчение социальной напряженности, установление предела падения жизненного уровня. Но достигаются эти результаты тяжелой ценой. Затягивает­ся период выхода из инфляционной волны. Компенсации проводятся в государ­ственном секторе за счет бюджета, который уже находится, в состоянии дефи­цита. Дефицит бюджета углубляется. Причины инфляции не устраняются, вре­менно сглаживаются лишь ее последствия.

    Борьба с инфляцией имеет место лишь тогда, когда снимаются вызвавшие ее причины. Инфляция связана с деформациями на товарных и денежных рынках, которые приводят к устойчивому превышению совокупного спроса над совокупным предложением. Поэтому антиинфляционная политика государства должна обязательно включать два блока:

1) регулирование совокупного спроса;

2) регулирование совокупного предложения.    

    Эволюция рыночного мировоззрения сформировала два направления анти­инфляционной политики: кейнсианское и монетаристское.

    Кейнс считал, что поднять уровень предложения можно, создав эффектив­ный спрос, который для предпринимателей должен стать внешней активизиру­ющей силой. Другим рычагом роста предложения должны стать дополнительные инвестиции, подстегнутые дешевым кредитом. Эффективный спрос правительство создает тем, что оно предоставляет крупным частным фирмам весомый госу­дарственный заказ. Фирмы, связанные со смежниками, дают им тоже соответ­ствующие заказы. В результате создается мультипликационный эффект, приво­дится в движение большой комплекс предприятий. Спад сокращается, безра­ботица снижается. Предложение, подстегнутое заказами и дешевым кредитом, растет, что приводит в конечном счете к падению цен, к сокращению инфля­ции.

    Особенностью кейнсианских рецептов является углубление бюджетного де­фицита. Государственный заказ частному бизнесу представляет собой дополнительный государственный расход. Общественные работы, которые Кейнс рекомендовал в качестве условия выживаемости для безработных, также ста­новились дополнительным расходом.

    Дефицит государственного бюджета как неизбежное следствие кейнсианс­ких программ, ни в коем случае не должен покрываться дополнительной эмиссией денег. Последняя – самая разрушительная форма инфляции, ибо мгновенно распространяется и имеет самый большой спектр действия. Кейнс считал целесообразным другой путь – прибегнуть к государственным займам, которые можно будет погасить в дальнейшем, когда страна переборет эконо­мические болезни.                                   

    Монетаристские антиинфляционные концепции появились несколько позже, когда кейнсианское регулирование экономики, было достаточно апробировано.

    Монетаристы во главе с М. Фридменом (Чикаго) обратили внимание на то, что кейнсианские рецепты не дают кризису до конца выполнить свою очищающую функцию – освободить на какой-то срок экономику от хозяй­ственных диспропорций и восстановить в стране экономическое равновесие. Поэтому страна, следуя за кейнсианской политикой, досрочно выходит из кризиса, но при этом старые диспропорции в значительной мере сохраняются. В дальнейшем на них накладываются новые, и за сравнительно короткий срок экономика вновь вползает в кризис и инфляцию. Поэтому кейнсианцы при­чины инфляции окончательно устранить не могут.

    Недостаточность кейнсианских программ с годами делалась более очевидной в связи с тем, что во многих странах стал значительно расти государственный долг, и увеличивать его не представлялось возможным.

    Кроме того, преждевременный выход страны из кризиса по кейнсианским рецептам оборачивается сокращением периода устойчивого сбалансированного роста. В США в послевоенное время вплоть до 70-х годов кризисы повторялись через каждые 4 года, в то время как раньше их периодичность измерялась более длительным сроком.

    В странах с неразвитой инфраструктурой экономика не может задействовать мультипликационный эффект любого регулятора, используемого банком или государством, так как нет возможности использовать оздоравливающий переда­точный механизм взаимодействия предприятий.

    В начале 70-х годов инфляция приняла острые формы, в отдельных странах она стала перерастать в гиперинфляцию. В этих условиях ждать, когда задей­ствуют стимулы предложения, невозможно. Необходимы срочные, «пожар­ные» меры, гасящие ее источники. Такая политика опирается на сокращение совокупного спроса.

    Новое течение, предлагающее радикальный способ борьбы с инфляцией, получило название «монетаризм». Его родоначальник – М. Фридмен, предста­витель чикагской школы, он был советником Рейгана при проведении им ста­билизационной программы. Ее реализация позволила всего за 6 месяцев не только выйти из кризиса, но и войти в фазу подъема, который продолжался как ни­когда долго, более 10 лет. Заслуги М. Фридмена отмечены Нобелевской премией.

    М. Фридмен считает, что инфляция есть чисто денежный феномен, выз­ванный необоснованным вмешательством государства в ход экономических процессов! В условиях дефицита государственного бюджета последний нельзя перегружать. Следует искать рецепты, которые не требовали бы от государства дополнительных расходов. Монетаристы акцентировали внимание на антиинфляционном блоке, связанном с ростом предложения, который не требовал дополнительных инвестиций.

    Для этой цели они рекомендуют продавать все, что можно – ресурсы, ин­формацию и т.д., вести решительное наступление на монополизм в экономике, поощрять мелкий и средний бизнес. Если в, стране большой государственный сектор, возможна разумная приватизация. Рынки следует либерализовать, уб­рать всяческие барьеры притоку капиталов,

    Безусловно, факторы, воздействующие на рост предложения, должны дать эффект не сразу, а по истечении довольно значительного срока. Поэтому про­цесс подтягивания предложения относится к долгосрочной антиинфляционной стратегии. Самое мощное наступление на инфляцию связано с ограничением спроса. Эти меры быстро ударят по инфляционной волне, поэтому использова­ние этого блока относится к мерам тактического свойства.

    Сократить совокупный спрос можно и денежной реформой конфискационного плана. Ее цель – уменьшить количество денег у населения. Это сразу зна­чительно сократит спрос. Такое действие относится к самым сильным средствам. Но возможны и не столь радикальные меры, уменьшающие возможность насе­ления предъявлять спрос. Это замораживание сбережений, которое снижает уровень их ликвидности, поощрение покупок недвижимости и драгоценностей. В этом случае сбережения не должны усиливать давление спроса на потребительском рынке.

    Сокращение совокупного потребительского спроса связывается с уменьше­нием бюджетного дефицита, прежде всего за счет освобождения от чрезмерных социальных программ и поддержания дотациями и субсидиями неэффективно­го производства.

    Задействовано два антиинфляционных блока: стимулирование совокупного предложения и сокращение совокупного спроса.

    Монетаристы считают, что меры, сдерживающие спрос, тяжело переносятся населением. Поэтому антиинфляционная программа должна дать эффект за от­носительно небольшой срок, иначе она станет слишком изнурительной. Монетаристы применяют рецепты, противоречащие теории Кейнса. Они пред­лагают ввести дорогой кредит. В этом случае для малоэффективного производ­ства он становится недоступным и такое производство разоряется. На рынок выходят самые сильные производители, которых правительство поощряет более низкой ставкой налогов. Они быстро наполняют рынок, цены начинают падать. Монетаристские рецепты были широко использованы в США (рейганомика), в Великобритании (тэтчеризм) и в других странах. В развитых странах борьба с инфляцией таким методом привела к последующему сравнительно длительно­му и эффективному подъему.

    Итак, монетарные программы осуществляются в три этапа:

q       на первом проводится конфискационная денежная реформа;

q       на втором сокращается бюджетный дефицит и удорожается кредит;

q       на третьем снижаются налоговые ставки. 

    На первом и втором этапах используются рычаги, снижающие совокупный спрос, на третьем – рычаги, стимулирующие рост товарной массы. Особенностью монетарных программ является приверженность концепции открытой экономики.

    Безусловно, подобные рецепты стабилизации отличаются сильным радика­лизмом. Однако успехи от их применения требуют больших жертв и испыта­ний. Первые шаги реформы углубляют спад и усиливают безработицу. Жиз­ненные лишения, которые давят на население, становятся гораздо ощутимее в странах с невысоким жизненным уровнем. Возможности его дальнейшего падения легко уходят вниз от планки прожиточного минимума, что делает сомнительным выживание такого вида рыночной экономики. Усиливается со­циальная нестабильность, что ведет к частой смене правительств и возмож­ным политическим переворотам. На таком фоне ухудшается криминальная обстановка, что угнетающе действует на экономический рост. Инвестиции не вкладываются, иностранный капитал из страны уходит, что еще больше со­кращает предложение, усугубляя ситуацию. Монетарные программы в таком случае не приводят к желаемому эффекту даже и в том случае, если удается перебороть гиперинфляцию: падение спроса так понижает емкость рынка, что организация нового производства становится невыгодной, ибо новая продук­ция может не найти спроса. В такую ситуацию попала Боливия. По-видимому, для таких стран антиинфляционная программа не должна опираться на рецеп­ты, резко усиливающие спад производства. Нужно искать другие комбинации мероприятий, обуздывающие инфляцию. Считается возможным на короткий срок проводить политику замораживания цен и заработной платы. В этом слу­чае правительство получает передышку, что позволяет основательнее отрабо­тать соразмерность различных рычагов и с их помощью подавить уже откры­тую инфляцию. Надолго задерживаться на политике замораживания цен и заработной платы не рекомендуется, ибо подобная политика переводит от­крытую инфляцию в ее подавленную форму, разрушая механизм саморегуля­ции, и снижает возможности справиться с проблемой.

    Инфляции последних лет протекают на фоне чрезмерного бюджетного дефи­цита, который инфляцию и порождает, и резко усиливает. Поэтому необходимо этот дефицит устранять. Здесь возможны два пути: увеличить доходную часть бюджета за счет роста налогов или сократить расходы государства. Если нельзя отказаться от государственных расходов, приходится ужесточать налоговый пресс, однако эту меру можно использовать лишь в очень короткий период. В условиях дефицитной экономики бремя налога легко перекладывается на цену, что только подхлестывает инфляцию. В долгосрочной перспективе большие налоги угнетают инвестиции, что тормозит рост предложения. Борьба с инфляцией становится бес­перспективной, тем более что государство лишается возможностей роста налого­вых поступлений в бюджет из-за замедления инвестиционных процессов.

    Современные правительства в борьбе с инфляцией ориентируются больше на другое направление, уменьшающее бюджетный дефицит, – сокращение го­сударственных расходов. Для нашей страны это прежде всего сокращение воен­ных расходов, дотаций для неэффективного производства и, к сожалению, со­циальных программ.

 

8.

    Составными частями кредитно-денежной политики являются эмиссионная политика и стабильность национальной валюты. 

    Эмиссионная политика, кроме определения необходимого коли­чества денег в обороте, имеет еще одно направление – увеличение доходов бюджета. Вторая составляющая требует особой осторожно­сти, ибо при переходе определенных количественных границ де­нежная система подвержена инфляции, т.е. реальному обесцене­нию доходов бюджета (мы опускаем другие последствия инфля­ции). Если по каким-то причинам государство не в состоянии регу­лировать свою денежную систему (как это произошло в России), то нарушается экономическая безопасность страны, поскольку на­циональная валюта не в состоянии противостоять экспансии более сильных валют и национальные богатства могут быть утеряны (вследствие взаимных зачетов, путем скупки акций и т.п.). 

    Кредитная система обеспечивает функционирование внутрихо­зяйственных расчетов и ссудного капитала. Ссудный капитал явля­ется важнейшим условием осуществления воспроизводственного процесса, обеспечивая возможность заимствований как для по­полнения оборотных средств, так и для инвестиций. Кредитный сектор экономики служит и для выравнивания средней нормы прибыли. Величина процентной ставки может негативным обра­зом сказаться на экономической активности в обществе. Действи­тельно, если рентабельность производственного сектора в нор­мальных рыночных условиях колеблется между 8 и 12%, что нена­много превышает ставки банков за предоставление кредита (от 2,5% – в Японии, 6,3% – во Франции, 8,25% – в США, до 10,6% – в Италии), то Россия оригинальна и в размере банковско­го процента: ставка рефинансирования Центрального банка Рос­сийской Федерации за период реформирования достигала 100% в 1993 г. и даже 210% в 1994 г. С июля 1998 г. ставка рефинансирова­ния стабилизировалась на уровне 60%. Действие такой высокой ставки рефинансирования сказывается самым негативным обра­зом, а именно: 

·        невозврат кредитов; 

·        рост цен на продукцию производственного сектора и секто­ра услуг; 

·        уменьшение рентабельности у заемщиков, вследствие чего сокращение налогооблагаемой базы;

·        свертывание производства;

·        сужение внутреннего потребительского рынка ввиду паде­ния доходов субъектов воспроизводственного процесса.

    Ставка рефинансирования – это плата за кредит, предоставляемый Центральным банком Российской Федерации коммерческим банкам.

    Объяснения Центрального банка РФ, что при помощи такой по­литики обеспечивается устойчивость рубля, не выдерживают кри­тики, поскольку инфляция зависит от других факторов – от эмиссионной политики, соответствия товарной и денежной мас­сы, от ценовой политики. Удешевление кредита приведет к оздо­ровлению производства, к повышению товарной массы, к сниже­нию цен на товары и услуги и, как следствие, к росту доходов субъ­ектов воспроизводственного процесса, к росту налогооблагаемой базы и, в конечном счете, к увеличению доходов бюджета. Пока же кредитная политика в России направлена лишь на сужение воз­можностей экономики к воспроизводству.

 

9.

    Снижение учетной ставки побуждает коммерческие банки взять в федеральных резервных банках дополнительные займы, что приведет к увеличению займов банка. Денежное предложение не увеличивается.

Активы – 800

+Резервы – 800

    Политика дешевых денег – снижение учетных ставок, с тем, чтобы побудить коммерческие банки к расширению своих резервов посредством заимствования у федеральных резервных банков.

    В ее задачи входит удешевление кредита и облегчения доступа к нему, с тем чтобы увеличить совокупный спрос и занятость.

    Политика дорогих денег увеличения учетной ставки снижает интерес коммерческих банков к наращиванию своих резервов посредством заимствования у федеральных резервных банков.

    Ее цель – ограничить денежное предложение, для того, чтобы сократить расходы и сдержать инфляцию.

    Средства политики «дорогих денег»:

1) продажа ценных бумаг;

2) повышение резервной нормы;

3) повышение учетной ставки.

 

10.

1)  долл. – количество денег, необходимых для обращения

2)  долл. – количество денег, необходимых при увеличении ВНП на 160

3)  долл. – количество денег, необходимых при уменьшении ВНП на 160

 

1)

Спрос на деньги
№	Для сд-к	Общий спрос
1	500	520
2	500	540
3	500	560
4	500	580
5	500	600
6	500	620

12 – равновесная ставка, %

 

2)

Спрос на деньги
№	Для сд-к	Общий спрос
1	580	600
2	580	620
3	580	640
4	580	660
5	580	680
6	580	701

 

3)

Спрос на деньги
№	Для сд-к	Общий спрос
1	458	478
2	458	498
3	458	518
4	458	538
5	458	558
6	458	578

 

    Равновесная ставка % – пересечение кривой сов. Спроса и кривой предложения.

    Изменение спроса на деньги сопровождается пропорциональному изменению предложения денег.

    Рост процентных ставок приводит к сокращению инвестиционных и потребительских расходов, снижая тем самым совокупный спрос и в конечном итоге темпы эк. роста и реальный объем производства, уровень занятости.

    Понижение % ставок, напротив, способствует росту инвестиционных и потребительских расходов и увеличению совокупного спроса, увеличению экономического роста и реального объема производства (ЧНП).

    При увеличении ВНП на 160 долл. при денежном предложении 560 долл. приводит к увеличению спроса на деньги и нехватки ее в экономике и как следствие, к росту процентной ставки.

    При уменьшении ВНП на 160 долл. приводит к избытку денег и как следствие к снижению равновесной ставки.