«Понятие умышленной вины»

    Принцип ответственности только за деяния, совершенные ви­новно, всегда был присущ нашему уголовному праву. Однако чет­кое законодательное закрепление он впервые получил в ст. 5 УК 1996 г., согласно которой уголовной ответственности подлежит только то общественно опасное деяние (и его общественно опасные последствия), которое совершено виновно.1 Данная норма категори­чески запрещает объективное вменение. Это означает, что уголов­ной ответственности без вины быть не может, что вина является необходимой субъективной предпосылкой уголовной ответствен­ности и наказания. Законодательное закрепление принципа винов­ной ответственности имеет большое политическое, нравственное и юридическое значение. Он неразрывно связан с принципом законности, исключая объективное вменение, беззаконие и произвол.

    Вина – это психическое отношение лица к совершаемому им общественно опасному деянию, предусмотренному уголовным за­коном, и его последствиям.

     Уголовно-правовая наука исходит из того, что человек несет пол­ную ответственность за свои поступки только при условии, что он совершил их, обладая свободой воли, понимаемой как способность выбирать линию социально значимого поведения. Эта способность включает отражательно-познавательный и преобразовательно-во­левой элементы, которые воплощены в уголовно-правовой катего­рии вменяемости, являющейся предпосылкой вины, ибо виновным может признаваться только вменяемое лицо, т.е. способное отда­вать отчет своим действиям и руководить ими.

    Элементами вины как психического отношения являются созна­ние и воля, которые в своей совокупности образуют ее содержание. Таким образом, вина характеризуется двумя слагаемыми элемента­ми: интеллектуальным и волевым. Различные предусмотренные за­коном сочетания интеллектуального и волевого элементов образу­ют две формы вины – умысел и неосторожность, описанные в ст. 25 и 26 УК, по отношению к которым вина является родовым понятием.

    Признать лицо виновным – значит установить, что оно совер­шило преступление либо умышленно, либо по неосторожности. Следовательно, доказывание умышленного или неосторожного ха­рактера совершенного преступления – это форма познания судом реального факта, существующего вне сознания судей и независимо от него. Познание этого факта осуществляется путем оценки со­бранных по делу доказательств, относящихся ко всем обстоятельст­вам совершенного преступления.

    Поскольку преступлением признается только общественно опасное деяние, то лицо, его совершившее, виновно перед общест­вом, перед государством. Эта сторона вины раскрывается в ее соци­альной сущности.

    Вина является категорией социальной, поскольку в ней проявля­ется отношение лица, совершающего преступление, к важнейшим социальным ценностям. Социальную сущность вины составляет проявившееся в конкретном преступлении искаженное отношение к основным ценностям общества, отношение которое при умысле является отрицательным (так называемая антисоциальная установ­ка), а при неосторожности – пренебрежительным (асоциальная установка) либо недостаточно бережным (недостаточно выражен­ная социальная установка).

   Обобщая все изложенное, можно дать следующее развернутое определение вины.

    Вина есть психическое отношение лица в форме умысла или неосторожности к совершаемому им общественно опасному деянию, в котором проявляется антисоциальная асоциальная либо не­достаточно выраженная социальная установка этого лица относи­тельно важнейших ценностей общества.

    Сознание и воля – это элементы психической деятельности че­ловека, совокупность которых образует содержание вины. Нахо­дясь в тесном взаимодействии интеллектуальные и волевые про­цессы не могут противопоставляться друг другу, всякий интеллек­туальный процесс включает и волевые элементы а волевой, в свою очередь, включает интеллектуальные. Вместе с тем между сознани­ем и волей имеется различие. Предметное содержание каждого из них в конкретном преступлении определяется конструкцией соста­ва данного преступления.

    Интеллектуальный элемент вины носит отражательно-позна­вательный характер. Он включает осознание характера объекта и характера совершенного деяния, а также дополнительных объек­тивных признаков (место, время, обстановка и т.п.), если они введены законодателем в состав данного преступления. В преступлениях с материальным составом интеллектуальный элемент включает, кроме того, и предвидение (либо возможность предвидения) обще­ственно опасных последствий.

    Содержание волевого элемента вины также определяется кон­струкцией состава конкретного преступления. Предметом волево­го отношения субъекта является очерченный законодателем круг фактических обстоятельств₁ определяющих юридическую сущ­ность преступного деяния. Сущность волевого процесса при совер­шении умышленных преступлений заключается в сознательной на­правленности действий на достижение поставленной цели, а при неосторожных преступлениях – в неосмотрительности неради­вости, проявленных лицом в поведении, предшествующем наступ­лению вредных последствий. Особенность волевого процесса в не­осторожных преступлениях заключается в том, что лицо не напрягает своих психических усилий, чтобы избежать причинения обще­ственно опасных последствий своего поведения, хотя имеет воз­можность сделать это.

    Различие в интенсивности и определенности интеллектуальных и волевых процессов, протекающих в психике субъекта преступле­ния, лежит в основе деления вины на формы, а в пределах одной и той же формы – на виды. Под формой в философии понимается внутренняя структура связей и взаимодействия элементов, свойств и процессов‚ образующих предмет или явление, способ существо­вания и выражения содержания и его отдельных модификаций. Форма вины определяется соотношением психических элементов (сознание и воля), образующих содержание вины.

    Форма вины – это установленное уголовным законом опреде­ленное взаимоотношение (сочетание) элементов сознания и воли совершающего преступление лица, характеризующее его отноше­ние к деянию. Уголовное законодательство предусматривает две формы вины – умысел и неосторожность. Известное теории и практике подразделение умысла и неосторожности на виды нашло законодательное закрепление. Уголовный кодекс 1996 г. предусмот­рел деление умысла на прямой и косвенный (ст. 25). Вина реально су­ществует только в определенных законодателем формах и видах, вне их вины быть не может.

    Форма вины в конкретных преступлениях либо указывается в диспозициях статей Особенной части УК, либо подразумевается.

    Во многих случаях умышленная форма вины с очевидностью вытекает из цели деяния (например, терроризм, кража, грабеж, диверсия), либо из характера описанных в законе действий (напри­мер, изнасилование, клевета, получение взятки), либо из указания на заведомую незаконность действий или на их злостный характер. В соответствии с прямым предписанием закона (ч. 2 ст., 24 УК) умышленная форма вины подразумевается во всех случаях, когда при описании преступления в законе нет указания на неосторож­ность.

    Юридическое значение формы вины разнообразно.

    Во-первых, форма вины является объективной границей, отде­ляющей преступное поведение от непреступного. Это проявляется в тех случаях, когда закон устанавливает уголовную ответствен­ность только за умышленное совершение общественно опасного деяния.

    Во-вторых, форма вины определяет квалификацию преступления, если законодатель дифференцирует уголовную ответствен­ность за совершение общественно опасных деяний, сходных по объективным признакам, но различающихся по форме вины. Так, форма вины служит разграничительным критерием квалификации убийства (ст. 105 УК) – причинения смерти по неосторожности (ст. 109 УК), причинения тяжкого или средней тяжести вреда здо­ровью (ст. 111, 112 и 118 УК), уничтожения или повреждения иму­щества (ст. 167 и 168 УК).1

    В-третьих, форма вины во многих случаях служит основанием законодательной дифференциации уголовной ответственности: одно и то же деяние наказывается значительно строже при умыш­ленном совершении, чем при неосторожной вине.

    В-четвертых, вид умысла или вид неосторожности, не влияя на квалификацию, может служить важным критерием индивидуали­зации уголовной ответственности и наказания. Преступление по общему правилу представляет более высокую степень опасности, если оно совершено с прямым умыслом нежели с косвенным, поскольку в первом случае преступление прямо нацелено на при­чинение вреда правоохраняемым интересам и ценностям. Точно так же преступное легкомыслие, при котором виновный созна­тельно избирает заведомо опасную для общества линию своего поведения, обычно опаснее небрежности, при которой общест­венно опасный характер совершаемого деяния вообще не осозна­ется виновным.

    В-пятых, форма вины в сочетании со степенью общественной опасности деяния служит критерием законодательной классифи­кации преступлений: в соответствии со ст. 15 УК к категории особо тяжких относятся только умышленные преступления.

    В-шестых, форма вины предопределяет условия отбывания на­казания в виде лишения свободы. Согласно ст. 58 УК, лица, осуж­денные к этому наказанию на срок не свыше 5 лет за преступления совершенные по неосторожности, отбывают наказание в колони­ях-поселениях, а лица, осужденные за умышленные преступле­ния, – в исправительных колониях общего, строгого или особого режима либо в тюрьме.1

    Целый ряд правовых последствий совершения преступления связан исключительно с умышленной формой вины.

    Понятие рецидива преступлений (ч. 1 ст. 18 УК) означает совер­шение умышленного преступления лицом, имеющим судимость заранее совершенное умышленное же преступление. Рецидив при­знается опасным (ч. 2 ст. 18 УК), если лицо, ранее дважды осуждав­шееся к лишению свободы за умышленные преступления, вновь совершает умышленное преступление и осуждается за него к лише­нию свободы, а также если лицо, имеющее судимость за тяжкое (умышленное) преступление, вновь осуждается за совершение тяжкого (умышленного) преступления. Понятие особо опасного ре­цидива (ч. 3 ст. 18 УК) также связано с неоднократным совершением умышленных преступлений, относящихся к особо тяжким, тяжким или средней тяжести.

    Институт условно-досрочного освобождения тоже связан с ка­тегориями преступлений, находящимися в зависимости от форм вины. Лица, отбывающие наказание за неосторожные преступле­ния, могут быть условно-досрочно освобождены от дальнейшего отбывания наказания после фактического отбытия половины или двух третей назначенного срока (п. “а” и “б” ч. 3 ст. 79 УК). А осуж­денные за умышленные преступления подлежат условно-досрочному освобождению при наличии необходимых условий после факти­ческого отбытия половины, двух третей или трех четвертей назна­ченного срока наказания, в зависимости от категории совершенно­го преступления (п. “а”, “б”, “в” ч. 3 ст. 79 УК).