«Ответы на вопросы по социологии»

1. Перечислите глобальные проблемы современности. Почему они называются глобальными?

       Глобальными называются общечеловеческие проблемы, которые проявляются в масштабах всей планеты. Они име­ют ряд общих черт. Во-первых, затрагивают интересы каж­дого человека, государства, региона и человечества в це­лом; во-вторых, решение глобальных проблем требует объ­единения усилий всех людей, всего мирового сообщества. К глобальным проблемам относятся: проблемы войны и ми­ра, энергетическая (шире – сырьевая), экологическая, ликвидация голода и опасности болезней, демографичес­кая, освоение богатств Мирового океана и космического пространства. Глобальные проблемы имеют природный и социальный характер. Это обусловлено двумя объектив­но существующими факторами – отношениями человека (общества) к природе и человека к человеку. 

       Разработка классификации глобальных проблем явилась итогом длительных исследований и обобщения опыта нескольких десятиле­тий их изучения. Классификация помогает глубже понять существо проблем, наметить пути их решения. Исследователями предложено множество вариантов классификации. Целесообразно принять за ос­нову вариант, разработанный отечественными учеными И.Т. Фроло­вым и В.В. Загладиным. Согласно этому варианту все глобальные про­блемы делятся на три большие группы.

       Первую группу составляют те проблемы, которые связаны с отно­шениями между основными социальными общностями человечества, т.е. между группами государств, обладающих сходными политически­ми, экономическими и иными интересами: «Восток–Запад», бога­тые и бедные страны и др. Эти проблемы следует назвать интерсоци­альными. К ним относится проблема предотвращения войны и обеспе­чения мира, а также установления справедливого международного экономического порядка.

       Вторая группа объединяет те проблемы, которые порождены вза­имодействием общества и природы. Они связаны с ограниченностью возможностей окружающей среды выносить нагрузки антропогенного характера. Это такие проблемы, как обеспеченность энергией, топли­вом, сырьевыми ресурсами, пресной водой и т.д. К этой же группе относится и экологическая проблема, т.е. проблема охраны природы от необратимых изменений отрицательного характера, а также задача разумного освоения Мирового океана и космического пространства.

       Третью группу глобальных проблем составляют те, которые связаны с системой «индивид–общество». Они непосредственно касаются отдельного человека и зависят от способности общества предоставить реальные возможности для развития личности. Сюда относятся про­блемы здравоохранения и образования, а также вопросы контроля за численностью народонаселения.

          Длительное время в центре интерсоциальных проблем находилось противостояние двух общественно-экономических систем, двух идео­логий. Мир был расколот на две противостоящие группировки: стра­ны, ориентированные на США и соответствующий им политический порядок, и страны, ориентированные на СССР и соответствующую общественно-политическую систему. Сегодня противостояние двух систем ушло в прошлое. Однако было бы ошибочным полагать, что вместе с ним ушли в прошлое и все интерсоциальные проблемы. Ос­трота их не уменьшилась, но изменился характер проблем. На смену двухполюсному миру пришел мир многополюсный. Вместе с тем су­ществует тенденция его превращения в однополюсный. В мире сегод­ня резко выделяется единственная супердержава, какой являются Соединенные Штаты Америки. Ни одна страна, даже из числа так называемых «великих держав», не может сравниться с США по масш­табам экономического и военного потенциала. Многое теперь зависит от политики США на международной арене, от характера и направ­ленности этой политики. Однако столь же многое зависит от отдель­ных крупных держав (в том числе от России), от региональных объе­динений государств, – от того, смирятся ли они с возможным дикта­том США или найдут в себе силы сохранить свою самостоятельность, не обостряя при этом международной ситуации. Особенности совре­менного положения влияют на характер интерсоциальных проблем.

          Во-первых, на место угрозы мировой войны как следствия столк­новения двух противоположных общественно-политических систем пришло множество локальных конфликтов. Несмотря на свою локаль­ность, каждый из них имеет свою меру глобальности, поскольку чре­ват втягиванием в орбиту конфликта множества сторон, в том числе и не имеющих отношения к его возникновению. Нельзя также полагать, что угроза всеобщей военной катастрофы в современных условиях исключена полностью. Мировой конфликт может быть вызван непред­намеренно, в результате расползания локальных противоречий, утраты контроля над ядерным оружием и т.п. Полностью не исключен и захват ядерных арсеналов со стороны террористических групп.

       Во-вторых, в отсутствие противостояния противоположных об­щественно-политических систем еще более очевидной стала пробле­ма установления справедливого экономического порядка. Она связана с неравномерностью мирового развития. На планете существуют группы стран, резко различающиеся по уровню общественно-экономическо­го развития и соответственно по уровню благосостояния населения. С одной стороны, это сравнительно небольшая группа развитых стран, с другой – большое число государств, в которых экономическое раз­витие характеризуется отсталостью, а качество жизни населения яв­ляется низким. Экономика отсталых стран отличается, как правило, ярко выраженным сырьевым характером, т.е. основывается на добычей экспорте сырьевых ресурсов. По этой причине здесь особенно остро стоят экологические проблемы, как и огромное множество других. Отсталые и среднеразвитые страны составляют подавляющее боль­шинство населения планеты – около пяти миллиардов из шести. Об­щая тенденция современного развития, к сожалению, такова, что разрыв между «золотым миллиардом» и остальной частью человече­ства не сокращается, а возрастает.

    Вторая группа глобальных проблем, связанная с взаимодействием общества и природы, может быть в свою очередь подразделена на несколько подгрупп. Это, во-первых, экологические проблемы; во-вторых, проблемы, связанные с освоением обществом природы, т.е. проблемы сырьевых и энергетических ресурсов; в-третьих, пробле­мы, связанные с относительно новыми глобальными объектами – космическим пространством и Мировым океаном.

    Под экологическими проблемами (первая подгруппа) здесь пони­маются меры против загрязнения окружающей среды. Они включают в себя охрану водного и воздушного бассейнов, охрану почв, сохра­нение растительного и животного мира, сохранение генофонда. Та­ким образом, экология в данном случае понимается в собственном смысле – как раздел знаний о биосфере и комплекс мер, направленных на сохранение биосферы Земли в условиях активно-преобразующего воздействия человека. Человек рассматривается как составная часть биосферы, как одна из ее главных компонент. Термин «эколо­гия» впервые употребил еще в ХIХ в. немецкий ученый Э. Геккель. Едва ли он предполагал, что этот термин станет столь популярным впоследствии – в ХХ в. Буквально «экология» означает «учение о доме, жилище».[1] Э. Геккель полагал, что экология призвана изучать взаимодействие того или иного живого организма с окружающей средой. Сегодня под экологией имеют в виду в первую очередь экологию че­ловека. Именно в этом смысле чаще всего говорят об экологических проблемах. В этой связи от собственно экологических проблем следует отличать проблему ресурсов (сырьевых и энергетических), т.е. вторую подгруппу. Последняя выступает в качестве относительно самостоя­тельной, хотя и имеет тесную связь с экологическими проблемами.    Значительное влияние на обострение экологических проблем оказывает рост численности населения земного шара, т.н. «демографи­ческий взрыв». Вот как прослеживается динамика роста населения на нашей планете десять тысяч лет назад численность человечества составляла около 5 млн. человек, две тысячи лет назад около 200 млн. человек, в 1650 г. – не менее 500 млн., в 1850 г. – 1 млрд., в 1930 – 2 млрд., в 1960 – 3 млрд., в 1975 – 4 млрд., в 1987 – 5 млрд. человек. В настоящее время на Земле проживает более 6 млрд. человек. Демографы предполагают, что в конце ХХI в. численность населения достигнет 11–12 млрд. человек.[2] Для своей жизни люди нуждаются в кислороде, продуктах питания и промышленных товарах. В конечном счете все это сво­им источником имеет природу. Подсчеты показывают, что для каждого человека, чтобы обеспечить его кислородом для дыха­ния, снабдить промышленными товарами на сегодняшнем уровне и прокормить по современным средним американским нормам, нужно иметь 17,5 тыс. кв. м. Это означает, что на 1 км могут жить 57 человек, а на всей Земле – 5,7 млрд. человек. Особая острота мировой демографической ситуации заключа­ется в том, что свыше четырех пятых прироста мирового населе­ния падает на развивающиеся страны. В результате доля этих стран в общей численности населения мира неуклонно растет. В 1960 г. она составляла 67 процентов, в 2000 г. она составит около 80 процентов мирового населения. В итоге столь быстрого роста численности населения развива­ющихся стран и их экономического отставания усиливается неста­бильность в мировой экономике и политике. В этих странах свы­ше 90 процентов общемирового количества голодающих, негра­мотных, неполностью занятых. Энергетические ресурсы принято характеризовать числом лет, в течение которых данного ресурса хватит для производства энергии на современном количественном уровне.  Оказывается, что если брать оценку количества топлива по всем трем категориям (разведенным, возможным и вероятным), то угля хватит на 600 лет, нефти на 90, природного газа – на 50 и урана (при применяемых сейчас реакто­рах на медленных нейтронах) – на 27 лет. Таким образом, все виды топлива по всем категориям будут сожжены за 800 лет.[3]

    Традиционные энергетические ресурсы не только ограничены, их использование загрязняет атмосферу. На сжигание угля, газа и нефти из атмосферы ежегодно изымается 20 млн. тонн кислоро­да, а взамен выбрасываются миллионы тонн углекислого газа и прочих ядовитых веществ. Планета буквально тонет в массе ядо­витых отходов промышленного- производства. Исследования показывают, что антропогенная нагрузка на биосферу достигла критической отметки.

2. Партийные системы и их основные типы

Многообразие исторических, социально-экономи­ческих и политических условий, характеризующих нынешнее мировое сообщество, обусловливает воз­никновение и функционирование различных партийных систем: однопартийных, двухпартийных и многопартийных. В литературе нет однозначного определения понятия «партийная система». Обычно этим понятием обозначают совокупность определен­ных партий и взаимодействий между ними, харак­терных для данного политического режима.[4] Пар­тийные системы различаются по количеству партий и их качественным признакам. Характер отношений между партиями определяется в конечном итоге сущ­ностью политической системы, составными элемен­тами которой они являются. Вместе с тем партий­ные системы могут определять тип политического режима.

Демократическим режимам присущи партии, дей­ствующие по принципам традиционного европейско­го парламентаризма. Здесь легализирована борьба за власть; всеобщие выборы являются основой форми­рования властных институтов; у власти стоят одна партия или коалиция партий, победивших на выбо­рах; правящей партии (или партиям) противостоят оппозиционные; осуществляется правовое регулиро­вание деятельности всех партий. В Конституциях демократических государств определяются главные цели и условия деятельности политических партий, роль их в системе функционирования власти. За фор­мальной демократичностью конституционных норм скрыты механизмы защиты политического господ­ства экономически сильных социальных групп в виде разнообразных ограничений участия в политической жизни партий и других организаций, представляю­щих трудящиеся слои населения.

В условиях авторитарного и тоталитарного режи­мов роль партийной системы сводится к орудию под­держки режима, и она зачастую превращается в ядро репрессивной государственной машины. 

Исторический опыт функционирования однопар­тийных, двухпартийных и многопартийных систем показывает, что утверждение той или иной системы зависит большей частью не от характера политичес­кого строя, а от конкретно-исторической ситуации, складывающейся в стране. Так, в США дважды существовала однопартийная система: сразу после Граж­данской войны, а затем в начале XIX в. С 30-х гг. XIX в. здесь установилась двухпартийная система. Монопартийная, двухпартийная и многопартийные системы существовали и существуют в странах с разными политическими режимами. Следовательно, будет вполне обоснованным подчеркнуть, что уровень демократизации общества не обязательно связан с типом партийной системы. И все же политическая история XX в. свидетельствует, что многопартийность (если она не декоративная) создает более благопри­ятные условия для демократизации политической, да, впрочем, и всей жизни общества. 

В этой связи показательна политическая эволю­ция стран Африки, проанализированная Ю.Н. Юди­ным. В первый период становления самостоятельных государств в странах Африки возникла многопартий­ная система, просуществовавшая недолго. С середи­ны 60-х гг. здесь утверждаются тоталитарные и ав­торитарные режимы, для которых характерны одно­партийные системы либо вообще отсутствие партий. За период с 1964 по 1989 гг. однопартийная система утверждалась на тот или иной срок в 38 странах, а военные режимы, запрещающие партии, – в 20 стра­нах. Одна правящая партия становилась «партией-государством», что привело к глубокому экономичес­кому и политическому кризису. 

На рубеже 80-90-х гг. в африканских странах на­чался процесс отказа от однопартийных систем и переход к многопартийности. В 34 бывших однопар­тийных системах возникли многопартийные. В по­давляющем большинстве из них деятельность парт­ий регулируется законодательством, а в некоторых странах устанавливается определенное число партий (2-3), которые могут быть только общенациональ­ными, а не региональными или религиозными.[5]

Многопартийная и двухпартийные системы могут быть реализованы в различных моделях. В частнос­ти, в виде такой, когда постоянно соперничают в борьбе за власть лишь две главные партии, а другие, если они есть, ощутимого влияния на политическую жизнь не оказывают; двухблоковой модели – в борьбе за власть соперничают два постоянных блока партий (скажем, правых и левых партий); системы много­партийного соглашения – у власти стоит коалиция партии, каждая из которых не может самостоятель­но властвовать; системы национального согласия – когда, хотя и существуют соперничающие партии, только одна партия постоянно доминирует над всей политической системой; системы кооперации пар­тий, характеризующиеся соглашением главных по­литических партий и фактическим исчезновением оп­позиций.

В бывших социалистических странах многопартийность выглядела в основном внешней формой противоположного содержания – господства одной коммунистической партии. В условиях демократи­зации социалистических режимов возможны свои модели многопартийной системы: 1) система партии-гегемона, осуществляющей ведущую роль, опираясь на соглашение с рядом других партий и обществен­но-политических объединений. 2) система партий на­ционального согласия, при которой хотя доминирует партия социалистического выбора, но она вступает в коалицию с поддерживающими ее другими партия­ми и общественно-политическими движениями. Ины­ми словами, осуществляется коалиционный способ функционирования государственной власти. Призна­ется законность оппозиционной партии, представляющей отдельные группы интересов.

О возможности многопартийности в переходный период от капитализма к социализму писал бывший лидер испанских коммунистов С. Каррильо в своей книге «Еврокоммунизм и государство». Он предста­вил ее в виде новой политической формации, блока сил труда и культуры, включающего вместе с Ком­мунистической партией конфедерацию различных политических партий и организаций.

Это, по мнению С. Каррильо, не какая-то времен­ная коалиция, а объединение, основанное на посто­янном стремлении к реализации общих идеалов, пред полагающее самостоятельность и независимость каждой входящей в «формацию» партии и организации.[6]

С точки зрения политологического анализа, пред­ставляет интерес объяснение социально-политичес­ких факторов утверждения различных типов пар­тийных систем и неоднозначного влияния последних на политический процесс.

Если говорить о многопартийности, то эта систе­ма обусловлена комплексом факторов: социальных, национальных, идеологических и религиозных, ис­торических, наконец, институциональных. Многопар­тийность прямо связана и отражает многообразие социальных слоев с пересекающимися интересами и низким уровнем напряженности социальных проти­воречий и конфликтов. Она в немалой степени мо­жет быть обусловлена неоднородным национальным составом населения, предполагающим партийную представленность интересов этнических групп. Воз­никновение многопартийности детерминируется иде­ологическим и религиозным плюрализмом, а также в значительной степени стимулируется пропорцио­нальным представительством и выборами по мажо­ритарной системе (М. Дюверже). Каждый из указан­ных факторов в настоящее время дает о себе знать в российском многопартийном спектре.

Бесспорный плюс многопартийности – оптималь­ная возможность представления многообразия груп­повых интересов в политике и реализации потенциа­ла политической коалиции, необходимой для разре­шения социальных конфликтов. Негативная ее сто­рона – источник известного противодействия агре­гации (обобщению) интересов и стабильности парла­ментского большинства.

Несмотря на многие негативные, антидемократи­ческие стороны однопартийной системы, она вполне оправданна и даже необходима при определенных условиях, в особенности в социально однородном об­ществе. По мнению Шварценберга, однопартийность может выступать средством интеграции нации, слу­жить своеобразным тиглем, в котором выплавляется единство разобщенных социальных и национальных групп. Единственная партия содействует преодоле­нию раскола в обществе, смягчает проявление факторов, разобщающих людей в моральных системах, используется для легитимации авторитета руковод­ства и вовлечения масс в политический процесс.[7]

Не следует недооценивать возможности однопар­тийной системы как инструмента экономической и социальной модернизации и целесообразной полити­ческой мобилизации. Сказанное не учитывается ра­дикальными критиками господства одной партии. Они сосредоточивают внимание только на его отри­цательных аспектах. Конечно, однопартийность – реальный фактор авторитаризма и тоталитаризма. Тем не менее не всегда он реализуется. Народно-рес­публиканская партия, основанная Кемалем Ататюрком, с 1923 по 1946 гг. была единственной в Тур­ции, и она не стала тоталитарной ни по своей идео­логии, ни по структуре.[8]

3. Каковы основные социальные функции культуры? Выскажите свое мнение о проблеме совместимости культуры с рыночными отношениями

Коротко   охарактеризуем   основные   социальные функции культуры. Главная функция феномена культуры – человеко-творческая, или гуманистическая. Все остальные так или иначе связаны с ней и даже вытекают из нее.

Функцию трансляции (передачи) социального опыта нередко называют функцией исторической преемственности, или информационной. Культуру по праву считают социальной памятью человечества. Она опредмечена в знаковых системах: устных преданиях, памятниках литературы и искусства, «языках» науки, философии, религии и др. Однако это не просто «склад» запасов социального опыта, а средство жесткого отбора и активной переда­чи лучших ее образцов. Отсюда всякое нарушение данной функции чревато для общества серьезными, подчас катастрофическими последствиями. Раз­рыв культурной преемственности приводит к аномии, обрекает новые поко­ления на потерю социальной памяти.

Познавательная (гносеологическая) функция связана со способностью культуры концентрировать социальный опыт множества поколений людей. Тем самым она имманентно приобретает способность накапливать богатей­шие знания о мире, создавая тем самым благоприятные возможности для его познания и освоения. Н.А. Бердяев по этому поводу писал: «Она (культура) осуществляет лишь истину в познании, в философских и научных книгах: добро – в нравах, бытии и общественных установлениях; красоту – в книгах, стихах и картинах, в статуях и архитектурных памятни­ках, в концертах и театральных представлениях .....».[9]

Можно утверждать, что общество интеллектуально настолько, насколько им используются богатейшие знания, содержащиеся в культурном генофон­де человечества. Все типы общества существенно различаются прежде всего по этому признаку.

Регулятивная (нормативная) функция культуры связана прежде всего с определением (регулированием) различных сторон, видов общественной и личной деятельности людей. В сфере труда, быта, межличностных отноше­ний культура так или иначе влияет на поведение людей и регулирует их по­ступки, действия и даже выбор тех или иных материальных и духовных цен­ностей. Регулятивная функция культуры опирается на такие нормативные системы, как мораль и право.

Семиотическая, или знаковая, функция, представляя собой определенную знаковую систему культуры, предполагает знание, владение ею. Без изуче­ния соответствующих знаковых систем невозможно овладеть достижениями культуры. Так, язык (устный или письменный) является средством общения людей. Литературный язык представляет важнейшее средство овладения национальной культурой. Специфические языки нужны для познания мира музыки, живописи, театра. Собственными знаковыми системами располага­ют и естественные науки (физика, математика, биология, химия).

Ценностная, или аксиологическая, функция отражает важнейшее качест­венное состояние культуры. Культура как система ценностей формирует у человека вполне определенные ценностные потребности и ориентации. По их уровню и качеству люди чаще всего судят о степени культурности того или иного человека. Нравственное и интеллектуальное содержание, как правило, выступает критерием соответствующей оценки.

Современный этап развития России ха­рактеризуется как кризисный, переломный. В настоящее время социокультурная сфера целиком оказалась зависимой от условий ры­ночной экономики и ее деятельность также не соответствует зап­росам населения. Преодоление кризиса – не столько в улучшении материальной базы, сколько в изменении целей и характера ра­боты социокультурных институтов.

Социально-экономический кризис в стране и необходимость перехода к рыночным отношениям привели к усилению процесса распространения городских моделей и ориентации на западный тип культуры и социально-экономических отношений. В этой ситу­ации усиливается социальная роль культуры в создании предпо­сылок для общественных перемен. Культура призвана давать нрав­ственно-этический анализ различных сторон жизни, соотносить существующие противоречия ситуации перехода к рыночным от­ношениям с общечеловеческими ценностями, показывать возмож­ности общественного прогресса, придавать ему гуманистическую направленность. Социальная роль культуры проявляется и в фор­мировании моделей и стереотипов деятельности различных соци­альных групп и слоев. В настоящее время происходит разрушение сложившихся ориентаций, уже не соответствующих данной эко­номической ситуации. Культура стремится к сохранению положи­тельных норм и ценностей, сформированных ранее, и к созданию новых моделей и стандартов поведения и деятельности, оказывая таким образом регулирующее и социализирующее воздействие на личность.

В новых условиях проявляется расхождение между ценностны­ми ориентациями отдельных групп населения и объективными социально-экономическими условиями их жизни. Это расхожде­ние выражается в противоречии между стремлением к материаль­ному благу и низким экономическим положением семьи, а также между стремлением к высоким духовным ценностям, к духовному развитию и ограниченными возможностями в связи с материаль­ным недостатком и коммерциализацией культуры. Социально-эко­номические изменения охватывают различные стороны жизни людей, становятся всеобщими. Все больше по каналам культуры передаются знания, ценности и нормы, задающие самым широ­ким массам другой образ жизни, противоречащий представлени­ям, моделям и стереотипам большинства. В этих условиях культура становится механизмом адаптации населения к общественным переменам, механизмом регуляции поведения и деятельности, институтом социализации личности.

Такая роль культуры во многом обусловила перемены в кон­тактах населения с ней. Сознание большинства людей оказалось не готово к восприятию распространяемых ценностей и норм. Изуче­ние контактов населения с культурой позволит судить о ее реаль­ном воздействии, глубине и характере изменений, выявить слои населения, наиболее вовлеченные и принимающие или не прини­мающие их. Это даст возможность также выяснить национальную и региональную специфику воздействия традиционных и рацио­нальных способов регулирования поведения и деятельности. Пред­ставители различных слоев и групп населения по-разному ориен­тируются на те или иные способы передачи социокультурной ин­формации, что определяет различное воздействие культуры на личность и ее деятельность.

В связи с этим предполагается учитывать не только взаимодей­ствие между социально-экономическим развитием и характером функционирования культуры, но и проблему социальной диффе­ренциации общества. В условиях перехода к рыночным отношени­ям углубилась социальная дифференциация, произошло разделе­ние на имущих и неимущих. Существует связь между положением человека в обществе и его интересами, ценностями и нормами жизнедеятельности. На основе ценностных ориентаций человек вырабатывает собственную личностную позицию в жизни, отно­шение к обществу, происходящим переменам, к различным со­циальным ситуациям, моделям социокультурной информации. Все это обусловливает необходимость изучения структуры населения с точки зрения общественного положения людей, особенностей их жизненной установки, преобладающих ценностных ориента­ции. Эти характеристики учитывались и раньше, но они стали особенно существенными в связи с новой социально-экономи­ческой ситуацией.