Вступи в группу https://vk.com/pravostudentshop

«Решаю задачи по праву на studentshop.ru»

Решение задач по юриспруденции [праву] от 50 р.

Опыт решения задач по юриспруденции 20 лет!

 

 

 

 


«Эволюция экономической мысли в период зарождения рыночной экономики и предпринимательства (меркантилисты, физиократы, английская классическая школа, ранние представители социализма и т.д.)»

/ История экономических учений
Конспект, 

Оглавление

Меркантилизм

    Термин “меркантилизм” (от итальянского mercante – торговец, купец) ввел в обо­рот в ХVIII веке английский экономист Адам Смит. Этим термином принято обозна­чать систему экономических взглядов, которая, По-видимому была достаточно ши­роко распространена в Европе во втором тысячелетии нашей эры и в письменном виде дошла до нас благодаря некоторым публикациям английских, итальянских и французских авторов ХVI–ХVII веков. Меркантилизм был распространен и в других странах, но только в работах англичан Вильяма Стаффорда (1554–1612), Томаса Мена (1571–1641), француза Антуана Монкретьена (1575–1622), шотландца Джона Лоу (1677–1729), итальянцев Гаспара Скаруффи (1519–1584), Антонио Джевонези (1712–1769) и некоторых других экономистов меркантилистские воззрения приобрели за­вершенные очертания.

    Проживая в разных странах и порой не подозревая о существовании друг друга, эти авторы высказывали удивительно сходные взгляды, что позволяет трактовать меркантилизм не только как теорию, но и как часть определенной культурно-поли­тической традиции.

    До эпохи Возрождения в европейской культуре было широко распространено представление о герое-завоевателе как воплощении всяческих добродетелей, идеале для подражания. Удачный набег на чужую, а порой и на свою собственную террито­рию, грабеж и разорение по морали того времени рассматривались как вполне при­емлемый и законный способ обогащения. Эта традиция, вышедшая из античности, успешно функционировала и в средние века.

    Эпоха Возрождения породила новые подходы ко многим социально-культурным процессам, в том числе к представлению о богатстве и источниках его происхожде­ния. Изменились социальные идеалы; герой того времени – уже не воин-завоева­тель, а удачливый купец, ремесленник, художник (вспомним хотя бы профессиональ­ный статус героев новелл Боккаччо). Теоретической концепцией, которая в дальнейшем и обосновала такой сдвиг в общественном сознании, стал меркантилизм.

    Наши экономические учебники чаще всего фиксировали лишь внешнюю часть концепции меркантилизма, делая вывод о том, что меркантилизм как теоретическая школа ошибочно рассматривал богатство в виде денежного металла с источником роста в сфере внешней торговли. Конечно, меркантилизм как специализированная часть общественного сознания той эпохи отражал новые стереотипы мышления, ко­торые фиксировали деньги как главный, а порой и единственный компонент мате­риального благополучия и богатства. Но в то же время концепция меркантилизма не была такой примитивной, как ее трактовали советские учебники политической эко­номии, ей была присуща известная сложность.

    Дело в том, что меркантилизм был значительным прорывом в культурной тради­ции феодально-раздробленной Европы и явился экономико-теоретическим обосно­ванием процесса создания и функционирования национальных государств на прин­ципах политического абсолютизма. В соответствии с этими процессами люди, проживающие на территории того или иного государства, стали рассматриваться как единый общественный организм (нация, народ). Народы конкурируют друг с другом, вступая в хозяйственные отношения. Наиболее распространенной формой экономических отношений между государствами того времени была внешняя торговля. Одна нация продавала другой нации те товары, которые были у нее в избытке, при­обретая те товары, которых ей недоставало. Деньги того времени – это прежде всего благородные металлы, и именно в них осуществлялась оценка стоимости товаров и проводились расчеты по торговым операциям. Поэтому естественно, что положитель­ный результат внешней торговли ассоциировался с превышением вывоза над ввозом и фиксировался понятием активного торгового баланса.

    Кроме того, меркантилизм впервые определил управленческие функции госуда­ря, правителя. Если в античной традиции, которая продолжала сохраняться и в период раннего средневековья, государь рассматривался как властитель, завоеватель сво­их подданных, который имел все права на их имущество и даже на жизнь, то меркантилизм рассматривал правителя как верховного управляющего, отца нации, который был обязан проводить экономическую политику; ведущую к обогащению нации в целом. Экономической политикой государства, которая, по мнению мер­кантилистов, вел к росту национального богатства, был протекционизм, смысл ко­торого состоял во всемерной поддержке отечественного купечества на внешних рын­ках и в ограничениях, проводимых по отношению к иностранным купцам на внутреннем рынке. Благодаря такой политике должна была возрастать конкурентоспособность нации и увеличиваться производство продукции, ориентированной на экспорт. Показателем же эффективности государственной политики, мудрости правительства становился активный торговый баланс (превышение экспорта над импортом) и приток золота в страну.

    Различают ранний и поздний меркантилизм. Ранний меркантилизм возник до эпохи Великих географических открытий, и его центральной идеей была идея “де­нежного баланса”. В этот период шел процесс создания централизованных государств, экспедиции феодальной раздробленности в Европе. Частые войны требовали созда­ния регулярных армий и вели к необходимости постоянного пополнения государст­венной казны. Поэтому экономическая политика правительства в этот период носи­ла ярко выраженный фискальный характер. Успешный сбор налогов мог быть обеспечен лишь за счет создания такой системы, при которой частным лицам было запрещено вывозить драгоценные металлы за пределы государства. Иностранные куп­цы обязаны были всю полученную от реализации своих товаров выручку истратить на приобретение местных товаров, эмиссия денег была объявлена государственной монополией. Чтобы привлечь деньги из-за границы, правительства прибегали к “пор­че” монет путем уменьшения их веса или снижения пробы при сохранении номина­ла, что вело к обесценению денег. Считалось, что в результате обесценения иностранцы смогут приобрести больше местных товаров на свои деньги и поэтому будут заинтересованы в перечеканке своих денег в обесценившиеся деньги другой страны.

    В результате Великих географических открытий в Европу, прежде всего через Испанию, хлынуло дешевое серебро и золото. Казалось бы, достигнут экономичес­кий идеал. Но чем больше денежного металла поступало на европейские рынки, тем быстрее шел процесс их обесценения. Начался постоянный рост цен на товары, ко­торый постепенно усиливал экономические позиции производительных слоев обще­ства (ремесленников, крестьян) и ослаблял позиции дворянского, военного сословия, получавшего жалованье в виде обесценивающихся денег.

    Поздний меркантилизм во главу угла ставит идею торгового баланса, фискальная направленность экономической политики сменяется политикой, в основу которой легли соображения хозяйственного характера. Считалось, что государство становится тем богаче, чем больше разница между стоимостью вывезенных и ввезенных товаров. Такое положение могло быть обеспечено двумя способами. Во-первых, поощрялся вывоз готовой продукции и ограничивался вывоз сырья и ввоз предметов роскоши. Во-вторых, стимулировалось развитие посреднической торговли, для которой разрешался вывоз денег за границу. При этом считалось необходимым покупать как можно дешевле в одних странах и продавать как можно дороже в других. В рамках этого подхода устанавливались высокие импортные пошлины, выплачива­лись экспортные премии, правительства стремились к обеспечению безопасности внешнеторговых коммуникаций, предоставляли различные привилегии торговым компаниям, выдавали государственные субсидии для развития экспортоориентиро­ванных и импортозаменяющих производств.

    В целом меркантилистская политика государств была достаточно продуктивной для многих стран, но постепенно вела к серьезной конфронтации между конкурирующими на внешнем рынке странами, приводила к взаимным ограничениям в торговле. Другим недостатком политики в духе меркантилизма было постепенное замедление, а затем и упадок производств, ориентированных на внутренние рынки. Так, последовательная меркантилистская политика во Франции в период Ришелье и Кольбера вела к ухудшению положения в области сельского хозяйства и ремесла, ориентированного на местные нужды, порождала постоянный рост налогового давления на большую часть французского общества. Для обеспечения все возрастающих государственных расходов рано или поздно правительство было вынуждено перехо­дить к использованию бумажно-денежного обращения, что на данном этапе приводило к быстрому обесценению бумажных денег и расстройству хозяйственной системы. Таким образом, уже в XVIII веке логически завершенный меркантилизм стал тормозом экономического развития и вступил в противоречие с реальными потребностями хозяйственных систем в Европе. В то же время необходимо отметить, что многие понятия и принципы меркантилистской доктрины успешно пережили свое время и широко применяются в современной теории и практике.

 

Физиократы

    Термин “физиократизм” (власть природы) был введен в оборот Адамом Смитом. Сами французские физиократы называли себя экономистами. Теория физиократиз­ма развивалась в Германии, Польше, Швеции и других странах, но только во Франции эта система воззрений приобрела наиболее развитую форму и существовала в виде теоретической школы. Основателем физиократического учения был Франсуа Кенэ (1694-1774), наиболее крупными представителями Виктор де Мирабо (1715-1789), Дюпон де Неймур (1739–1817) и Жак Тюрго (1727–1781).

    Физиократизм был естественной реакцией французских интеллигентов на недо­статки меркантилистской политики кольбертизма. Физиократы считали богатством не деньги, а “произведения земли”. Сельскохозяйственное производство, а не торговля и промышленность, с их точки зрения, является источником богатства общества, что и определяется “естественным” законом, установленным самим Богом. Для физиократов богатство нации прирастает в том случае, если существует и постоянно воспроизводится разница между продукцией, которая производится в сель­ском хозяйстве, и продукцией, которая была использована для производства этой продукции в течение года, то есть так называемая земельная рента в натуральной фор­ме. Ф. Кенэ называл эту разницу “чистым продуктом” и считал единственным “про­изводительным классом” в обществе класс землевладельцев. Кенэ утверждал, что “сре­ди всех средств для приобретения имущества нет ни одного, которое было бы для человека лучше, выгоднее, приятнее и приличнее, даже достойнее для свободного человека, чем земледелие”.

    Главное произведение Ф. Кенэ “Экономическая таблица” (1758) содержит схему разделения общества на три основных класса:

1) производительный класс земледельцев;

2) класс земельных собственников;

3) “бесплодный класс” – люди, занятые не в сельском хозяйстве.

    Все три общественных класса находятся в определенном экономическом взаи­модействии. Через механизм покупки и продажи продукции происходит процесс рас­пределения и перераспределения “чистого продукта” и создаются необходимые пред­посылки для постоянного возобновления производственного процесса, то есть воспроизводства. Ф. Кенэ видит этот процесс, состоящим из следующих стадий:

– фермеры-земледельцы арендуют за деньги у земельных собственников землю и выращивают на ней урожай;

– собственники скупают продукты у земледельцев и промышленные изделия у ремесленников, в результате чего часть полученных ими за аренду земли денег пере­ходит к сельским хозяевам и ремесленникам;

– фермеры закупают промышленные товары у промышленников;

– промышленники закупают сельскохозяйственные товары у фермеров.

    В итоге фермеры вновь получают денежные средства для аренды земли.

    Таким образом, хозяйственный процесс представлялся физиократам как естест­венная гармония, которая может быть даже описана строго математически. Впослед­ствии эта идея получила дальнейшее развитие в различных попытках построения ма­тематически точных моделей производства и распределения продукции и в современной экономической науке существует в виде многочисленных отраслевых и продуктовых балансов, межотраслевых моделей, формализованных вариантов тео­рий макроэкономического равновесия и экономического роста.

    Составной частью экономической теории физиократизма является идея невме­шательства правительства в естественный ход экономической жизни. Если исходить из схемы, предложенной Ф. Кенэ, места для какой-либо сознательной, активной по­литики правительства в области экономики просто не остается. Точнее, по мнению Ф. Кенэ, государство должно установить такие законы, которые бы соответствовали “естественным законам” природы, и на этом экономические функции государства можно будет считать исчерпанными.

    Попытку практической реализации экономической концепции физиократов предпринял француз Жак Тюрго, который в 1774 году был назначен вначале морским министром, а затем, в период 1774–1776 годов, занял пост генерального кон­тролера финансов. Находясь на этом посту Ж. Тюрго провел ряд реформ физиокра­тического характера, острие которых было направлено на снижение роли француз­ского государства в экономической жизни страны. Были отменены ограничения на хлебную торговлю, упразднены цеховые корпорации и гильдии, крестьянские нату­ральные повинности в пользу государства были заменены денежным налогом, были сокращены государственные расходы. Пожалуй, самым важным элементом реформ Ж. Тюрго было налогообложение дворянского сословия, которое до этого вообще не платило налогов. В перспективе планировалось полностью отказаться от сбора нало­гов с крестьян, заменив их единым поземельным налогом с дворян. Такая политика, естественно, сопровождалась серьезной оппозицией со стороны привилегированных сословий; начались придворные интриги, в результате реформатор был вынужден уйти в отставки После его ухода Людовик ХVI отменил все нововведения Ж. Тюрго, и Франция начала свое безудержное движение к социальным потрясениям Великой французской революции.

    Ж. Тюрго прославился не только как видный государственный деятель, но стал известен и как один из крупнейших теоретиков. Главное его сочинение “Размышле­ния о создании и распределении богатств” (1776) содержит не только уже известные нам положения физиократической школы в духе Ф. Кенэ, но и ряд новых для этого учения положений. Так, в его работе содержится положение о том, что чистый про­дукт производится не только в сельском хозяйстве, но и в промышленности; классо­вая структура общества по Тюрго более сложна, чем по Кенэ, за счет того, что внутри каждого класса существует дифференциация; “бесплодный класс” Ж. Тюрго делит на класс предпринимателей и наемных работников. Кроме этого, он закладывает науч­ную основу анализа заработной платы наемных работников, которую сводит к мини­муму средств существования в результате конкуренции между лицами наемных про­фессий на рынке труда. Серьезным вкладом Ж. Тюрго в развитие экономической науки была формулировка “закона уменьшения земельного продукта”, согласно которому увеличение приложения труда к земле приводит к тому, что каждая последующая за­трата труда оказывается менее производительной, то есть действует закон убываю­щего плодородия почв, который в современной экономической теории трактуется в виде закона убывающей производительности.

    Таким образом, если практическая реализация физиократического учения была явно неудачной, то теоретический вклад этой школы трудно переоценить. Во всяком случае, хорошо известно, что именно знакомство с трудами французских физиокра­тов, а также личное знакомство и общение с ними стимулировало интерес к эконо­мической проблематике основателя английской классической экономической шко­лы Адама Смита.

 

Классическая школа

    Классическая школа политической экономии относится к числу зрелых направ­лений экономической мысли, оставивших глубокий след в истории экономических учений. Экономические идеи классической школы не потеряли своего значения до наших дней. Классическое направление зародилось в ХVII веке и расцвело в ХVIII ив начале ХIХ века.

    Величайшая заслуга классиков состоит в том, что они поставили в центр эконо­мики и экономических исследований труд как созидательную силу и стоимость как воплощение ценности, положив тем самым начало трудовой теории стоимости. Клас­сическая школа стала провозвестницей идей экономической свободы, либерального направления в экономике. Представители классической школы выработали научное представление о прибавочной стоимости, прибыли, налогах, земельной ренте. В не­драх классической школы, по сути, зародилась экономическая наука.

    Первым представителем и прародителем классической школы следует считать английского экономиста Уильяма Петти (1623–1687), которого К. Маркс назвал “от­цом политической экономии и в некотором роде изобретателем статистики”. Петти принадлежат научные разработки в области налогообложения, таможенных пошлин. Источником экономического богатства он считал сферу производства, что сближает его с авторами трудовой теории стоимости.

    Классическая школа представлена несколькими основоположниками и рядом талантливых их популяризаторов и толкователей. Если не вдаваться в более тонкий анализ, то вся так называемая классическая экономическая школа может быть пред­ставлена по крайней мере четырьмя именами: Адам Смит (1723–1790), Давид Рикар­до (1772–1823),Томас Мальтус (1766–1834), Джон Стюарт Милль (1806–1873).

    Как и их предшественники, основатели классической школы рассматривали эко­номическую науку как учение о богатстве и способах его увеличения. Фундаменталь­ный труд А. Смита, увидевший свет в 1776 году так и назывался: “Исследование о природе и причинах богатства народов”. А. Смит исходит из того, что богатство на­ции воплощено в продукции, которая потребляется народом, населяющим данную страну. Чем больше соотношение между количеством потребляемой продукции и численностью населения страны, тем выше уровень материального богатства. Само же соотношение в свою очередь зависит от таких двух факторов, как производитель­ность труда и пропорции деления общества на производительный и непроизводи­тельный класс. Первый фактор, по А. Смиту, следует рассматривать как наиболее зна­чимый. Производительность труда определяется так называемым разделением труда и уровнем накопления капитала. Следовательно, прогресс общества, рост богатства за­висят в конечном счете от уровня накопления капитала и способов его использования.

    Разделение труда, представляющее функциональную специализацию работни­ков в рамках отдельного предприятия, рассматривается как естественный и непре­менный путь развития производства. Чем выше степень специализации производств, тем сильнее связи между ними, тем значительнее склонность к рыночному обмену. Интересно, что если, по Аристотелю, в процессе обмена обязательно выигрывает либо продавец, либо покупатель, то, по А. Смиту обмен одинаково выгоден продавцу и покупателю. В основе цены сделки, согласно А. Смиту лежит так называемая стоимость, которая представляет собой не что иное, как количество труда, затрачен­ного на производство товара. Таким образом, чем выше степень разделения труда и уровень накопления капитала, тем больше продукции может быть произведено. Воз­никает естественный вопрос: каким образом в хозяйстве должен идти процесс пере­распределения капитала между различными отраслями? А. Смит не видит в этом про­блемы. Если на рынке цена товара оказывается выше ее “естественной цены”, которая определяется по затратам труда, количество продавцов, желающих производить и продавать этот товар, возрастет и капитал будет накопляться на предприятиях, про­изводящих именно этот товар. Таким образом, “невидимая рука” рынка сама отрегу­лирует процесс накопления капитала в нужных размерах и нужном направлении.

    Интересно, что при такой трактовке хозяйственной жизни всякие действия пра­вительств по экономическому регулированию следует оценивать лишь негативно, так как они нарушают эффективную работу “невидимой руки” рынка и приводят к замедлению процесса накопления капитала и как результат – к снижению производительности труда. “Для того чтобы поднять государство с самой низкой ступени варварства до высшей ступени благосостояния, нужны лишь мир, легкие налоги и терпимость в управлении; все остальное сделает естественный ход вещей”, - писал А. Смит. Отсюда со времени А. Смита и до наших дней пользуется популярностью девиз проведения экономической политики по принципу “lаissеs fаiг”, что означает “пусть все идет само собой, естественным образом, без внешнего принуждения”. Смит был сторонником механизма рыночного саморегулирования на основе свободных цен, складывающихся в зависимости от спроса и предложения.

    О том, насколько многогранным было проникновение А. Смита в экономичес­кую теорию, свидетельствует содержание его фундаментального труда “Исследование о природе и причинах богатства народов”, состоящего из пяти книг:

1. “Причины увеличении производительности труда и порядок, в соответствии с которым его продукт естественным образом распределяется между классами народа”.

2. “О природе капитала, его накоплении и применении”.

3. “О развитии благосостояния у разных народов”.

4. “О системах политической экономии (очерк истории экономических учений)”.

5. “О доходах государя или государства (учение о финансах)”.

    Адам Смит не только вписал свое имя золотыми буквами в историю экономической науки, но и вошел в нее как первооткрыватель, заслуживший титул “отца экономики”. Значение экономической концепции, предложенной А. Смитом, настолько велико, что остается лишь сослаться на высказывание по этому поводу историка Генри Бокля, автора “Истории цивилизации в Англии”. Он писал: “Об Адаме Смите можно сказать, не боясь опровержения, что этот одинокий шотландец изданием одного сочинения больше сделал для благоденствия человечества, чем было когда-либо сделал, но совокупно взятыми способностями всех государственных людей и законодателей, о которых сохранились достоверные сведения в истории”.

    Яркий, своеобразный вклад в экономическую науку внес представитель класси­ческой школы англичанин Т. Мальтус. Трактат Т. Мальтуса “Опыт о законе народона­селения”, опубликованный в 1798 году, произвел и производит на читающую публику такое мощное впечатление, что дискуссии об этой работе ведутся по настоящее время. Диапазон оценок в этих дискуссиях предельно широк: от “гениальное предвидение” до “антинаучный бред”.

    Т. Мальтус был не первым, кто писал о демографических проблемах, но, пожалуй, был первым, кто попытался предложить теорию, описывающую закономерности из­менения численности населения. Что касается его системы доказательств и статистических иллюстраций, то к ним уже в те времена была предъявлена масса претензий. В ХVIII-ХIХ веках теория Т. Мальтуса стала известна главным образом благодаря тому что ее автор впервые предложил опровержение широко распространенного те­зиса о том, что путем социального реформирования человеческое общество может быть усовершенствовано. Для экономической же науки трактат Т. Мальтуса ценен теми аналитическими выводами, которые были впоследствии использованы другими тео­ретиками классической и некоторых других школ.

    Как нам известно, А. Смит исходил из того, что материальное богатство общества представляет собой соотношение между объемом предметов потребления и числен­ностью населения. Главное внимание основатель классической школы уделял изуче­нию закономерностей и условий роста объема производства, вопросы же, связанные с закономерностями изменения численности населения, им практически не рассма­тривались. Эту задачу и взял на себя Т. Мальтус.

    С точки зрения Т. Мальтуса, существует противоречие между “инстинктом про­должения рода” и ограниченностью земель, пригодных для сельскохозяйственного производства. Инстинкты заставляют человечество размножаться с очень высокой скоростью, “в геометрической прогрессии”. В свою очередь земледелие, а только оно производит необходимые для людей продукты питания, способно производить эти продукты с гораздо меньшей скоростью, “в арифметической прогрессии”. Следова­тельно, любое увеличение объема производства продуктов питания будет раньше или позже поглощено увеличением численности населения. Таким образом, причиной бедности является соотношение темпов прироста населения и темпов прироста жиз­ненных благ. Любая попытка улучшить условия жизни путем социального реформи­рования сводится тем самым на нет возрастающей людской массой.

    Относительно низкие темпы прироста продуктов питания Т. Мальтус связывает с действием так называемого закона убывающего плодородия почв. Смысл этого зако­на состоит в том, что количество земельных угодий, пригодных для сельскохозяйст­венного производства, ограничено. Объем производства может расти лишь за счет экстенсивных факторов, и каждый следующий земельный участок включается в хо­зяйственный оборот все с большим количеством затрат, естественное плодородие каждого следующего земельного участка ниже, чем предыдущего, а поэтому общий уровень плодородия всего земельного фонда в целом имеет тенденцию к снижению. Прогресс в области технологии сельскохозяйственного производства вообще идет очень медленно и не способен компенсировать снижение плодородия.

    Таким образом, наделяя людей способностью к безграничному размножению, природа через экономические процессы налагает на род человеческий ограничите­ли, которые регулируют рост численности. Среди этих ограничителей Т. Мальтус вы­деляет: ограничители морального характера и слабость здоровья, которые приводят к снижению рождаемости, а также порочную жизнь и нищету, которые приводят к росту смертности. Снижение же рождаемости и рост смертности в конечном итоге определяются ограниченностью средств к существованию.

    Из такой постановки проблемы в принципе можно сделать совершенно различ­ные выводы. Некоторые комментаторы и толкователи Т. Мальтуса увидели в его теории человеконенавистническую доктрину, которая оправдывает нищету и призывает к войнам как методу ликвидации излишнего населения. Другие считают что Т. Маль­тус заложил теоретические основы политики “планирования семьи”, которая широ­ко используется в последние тридцать лет во многих государствах мира. Сам же Т. Мальтус лишь всячески подчеркивал только одно – необходимо каждому человеку заботиться о себе самому и полностью отвечать за свою непредусмотрительность.

    Еще один представитель классической школы – Д. Рикардо – не получил систе­матического образования и был профессиональным биржевиком. Сколотив прилич­ное состояние, он увлекся философскими и экономическими теориями и только в 30 лет опубликовал свою первую работу. Самым крупным произведением Д. Рикардо ста­ла опубликованная в 1817 году работа “Начала политической экономии и налогового обложения”. Став в 1819 году членом парламента, он принимал участие в разработке многих законодательных актов экономического характера.

    Являясь строгим последователем А. Смита и Т. Мальтуса, Д. Рикардо внес сущест­венный вклад в разработку и уточнение различных специфических проблем экономической теории, о которых в рамках данного конспекта говорить нет смысла. Скажем лишь об одном. Исходя из трудовой теории стоимости и общей концепции классиче­ского анализа, им была предложена теория “сравнительных издержек” (сравнитель­ных преимуществ), которая стала теоретической основой политики “фритредерства” (свободной торговли) и в современных вариантах используется для обоснования и разработки так называемой политики “открытой экономики”.

    Общий смысл этой концепции состоит в том, что, если правительства различных стран не налагают каких-либо ограничений на внешнюю торговлю друг с другом (по­шлины, законодательные запреты на экспорт или импорт и т.д.), экономика каждой страны начинает постепенно специализироваться на производстве тех товаров, изго­товление которых требует меньших затрат рабочего времени. Это приводит к более эффективному использованию ресурсов и обеспечивает более высокий объем про­изводства, чем до специализации. Продавая. часть дополнительно произведенной про­дукции, нация может приобретать больше тех товаров, которые сама не производит. При этом все участники внешней торговли оказываются в выигрыше. Следователь­но, свободная торговля позволяет странам потреблять не меньшее (а возможно, и большее) количество товаров, чем до специализации, минимизируя расходы рабоче­го времени, необходимые для создания данного объема товаров.

    Практическая проблема, которая вытекала из теории “относительных издержек”, состояла в том, чтобы, во-первых, законодательными методами снять большинство ограничений на внешнюю торговлю в Великобритании и, во-вторых, убедить или заставить сделать то же самое правительства других стран,. с которыми торгуют анг­лийские предприниматели. Нельзя сказать, что правительство Великобритании пре­успело в практической реализации теории Д. Рикардо, так как оно само периодичес­ки вводило ограничения на импорт различных товаров, идя на поводу у различных слоев общества. Но на официальном уровне по отношению к другим государствам Европы фритредерство стало своеобразным знаменем английской политики в ХIХ веке.

    Четвертый представитель классической школы Дж. С. Милль – получил пора­зительное по объему и содержанию образование и свои первые работы по экономи­ческой теории опубликовал уже в 16 лет. Современники называли его мыслящей ма­шиной. Дж. С. Милль служил вначале в Ост-Индской компании, затем был членом парламента, однако все свободное время, а он работал по 14 часов в сутки, уделял интеллектуальной деятельности. Им было опубликовано множество работ по фило­софии, социологии и экономике. Венцом его научной деятельности стала объемная книга “Принципы политической экономии” (1848), которая во второй половине ХIХ века была энциклопедией и основным учебным пособием по экономической теории в большинстве стран мира.

    Сам Милль старался всячески избегать упоминаний о своем вкладе в разработку экономической теории классического толка и видел свою задачу лишь в написании обновленного, более систематизированного варианта работ своих предшественни­ков с учетом нового уровня научных знаний и передовых для его времени идей. По­этому многими теоретиками “Принципы политической экономии” Милля рассмат­риваются в лучшем случае как талантливая компиляция. В действительности же им было высказано много очень тонких и ценных идей, мыслей, замечаний по поводу классического наследия и заложены основы ряда фундаментальных понятий и поло­жений, которых не было у предшественников и которые стали активно использо­ваться в экономических теориях уже в ХХ веке. Необходимо отметить, что наследие классической школы гораздо разнообразнее и может быть представлено еще добрым десятком имен теоретиков этого направле­ния, однако в рамках настоящего раздела мы лишь кратко характеризуем направление в целом. Заинтересованный человек может познакомиться с более детальным анализом классического направления, обратившись к другим, более фундаментальным исследованиям.

    Переходя к следующему разделу, необходимо отметить, что во второй половине ХIХ века единый поток экономической теории как бы разделился на два самостоя­тельных потока. С одной стороны, выделилось такое направление экономического анализа, которое впоследствии получило обобщенное название марксизма. С другой стороны, появляется так называемая маржинальная теория, которая затем превра­щается в крупнейшую неоклассическую школу.

    Чтобы не нарушать логики изложения, поскольку экономическая концепция марксизма во многом опирается на классическую теорию, вначале дадим общую ха­рактеристику коммунистической экономической теории.

 

Утопический социализм

    Социалистические и коммунистические идеи зрели в обществе начиная с ХVI века. Но наиболее благодатная для их развития почва сложилась к концу ХVIII – началу ХIХ века, когда в полной мере проявились такие неблаговидные черты воз­никшей капиталистической экономической системы, как накопление капитала в руках немногих, углубление частной собственности, поляризация богатства, бедственное положение пролетариев. Все это вызвало критику капитализма. Не видя, ка­ким образом можно усовершенствовать сложившиеся экономические отношения, которые представлялись несправедливыми, многие выдающиеся умы человечества выступили. Поборниками утопических общественно-политических и экономических систем, основанных на принципах коллективизма, справедливости, равенства, брат­ства и тем самым якобы лишенных пороков буржуазного строя.

    Взгляды социалистов-утопистов не опирались на сколь-нибудь строгие теории, не имели под собой экономической основы, это были мечтания и рассуждения фи­лософов, руководствовавшихся благими намерениями, идеализированными представ­лениями.

    Утопизм как социально-экономическое учение возник еще в ХV веке. К числу его первых представителей относится английский гуманист и писатель Томас Мор, написавший книгу “Утопия”, содержащую описание идеального строя в фантастиче­ской стране Утопии, где нет частной собственности, производство и быт обобществ­лены, труд является всеобщей обязанностью, а распределение осуществляется по потребностям.

    Итальянский философ и политический деятель, поэт, монах-доминиканец, про­ведший 27 лет в тюрьмах (где в основном и творил), Томмазо Кампанелла (1568–1639) написал книгу “Город Солнца”. В этом чудо-городе была идеальная община. Люди жили без семей и частной собственности, детей воспитывало государство, обязательный труд длился 4 часа в день, наука и просвещение процветали. Увы, все это существовало только в воображении гениального автора.

    Француз Габриэль Бонно де Мабли (1709–1785) считал основным экономическим злом крупное землевладение. Исходя из предпосылки, что хорошие граждане важнее обильных урожаев, он предлагал не останавливаться перед угрозами потери экономической эффективности во имя социальной справедливости.

    Пользующийся мировой известностью французский философ Жан Жак Руссо (1712–1778) в своем сочинении “Рассуждения о начале и основаниях неравенства...” доказывал, что главный источник экономических и социальных бед концентрация собственности в руках немногих, и отстаивал право народа на насильственное устранение несправедливости.

    Одним из первых критиков капитализма был и швейцарский экономист Жан Шарль Леонар Симонд де Сисмонди (1773–1842). Сисмонди способствовал утверждению в общественном мнении нового понимания древнеримского термина “проле­тариат” как неимущего, угнетенного слоя работников. Он видел в политической экономии науку о совершенствовании социального механизма ради счастья людей.

    На вершине утопического социализма стоят французы Клод Анри Сен-Симон (1760–1825), Шарль Фурье (1772–1837) и англичанин Роберт Оуэн (1771–1858). Все они предрекали гибель капитализма, настаивали на необходимости изменения общественной системы во имя создания новой общественной формации, которую Сен­-Симон называл индустриализмом, Фурье – гармонией, а Оуэн – коммунизмом.

    Фурье считал первичной ячейкой будущего общества “фалангу”, в которой сочетаются промышленное и сельскохозяйственное производство. Он полагал, что в бу­дущем обществе труд станет потребностью и наслаждением, а противоположность между умственным и физическим трудом исчезнет.

    Сен-Симон полагал, что в будущем обществе “индустриалов” буржуазия и про­летарии образуют единый класс. Основные черты предлагаемой им системы Сен-­Симон видел в обязательном труде, единстве науки и производства, научном плани­ровании хозяйства, распределении общественного продукта.

    Оуэн предлагал создать самоуправляющиеся “поселки общности и сотрудниче­ства”, лишенные частной собственности, классов, эксплуатации и других антагонистов. Он даже попытался осуществить свои филантропические замыслы на прядиль­ной фабрике, где служил управляющим. Оуэн исходил из необходимости построения проповедуемых систем мирным путем, посредством распространения идей равенст­ва и социальной справедливости, без революций и войн. К такому выводу пришел и Руссо в конце своей жизни.

 



0
рублей


© Магазин контрольных, курсовых и дипломных работ, 2008-2019 гг.

e-mail: studentshopadm@ya.ru

об АВТОРЕ работ

 

Вступи в группу https://vk.com/pravostudentshop

«Решаю задачи по праву на studentshop.ru»

Решение задач по юриспруденции [праву] от 50 р.

Опыт решения задач по юриспруденции 20 лет!