Вступи в группу https://vk.com/pravostudentshop

«Решаю задачи по праву на studentshop.ru»

Решение задач по юриспруденции [праву] от 50 р.

Опыт решения задач по юриспруденции 20 лет!

 

 

 

 


«БРАК В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»

/ Семейное право
Конспект, 

Оглавление

Глава I. Понятие брака. Условия вступления в брак 

    Брак определяется как оформленный в законном порядке свободный, добровольный и равноправный союз мужчины и женщины с целью создания семьи, в результате которого возникают взаимные личные и имущественные права и обязанности супругов. Когда мы говорим, что  брак –  это наиболее  полное общение супругов: материальное, физическое и духовное, то  мы предполагаем, что между  супругами возникает  бесчисленное множество  личных  отношений,  содержание  которых   они  определяют для себя сами. Все эти отношения  не регулируются  правом, а, значит,  и соглашения,  устанавливающие их  содержание, лежат во внеправовой сфере. Поэтому  невозможно сказать,  что отношения, возникающие из брака, как в  своей юридической,  так и в своей неюридической части, заранее определены законом, в то время  как  отношения,  вытекающие из  гражданского договора, определяются  этим  договором.  Напротив,  содержание  супружеских  отношений  может  варьироваться  еще в  большей мере, чем  содержание  других  договорных  отношений,  но изменение этих прав и обязанностей производится  не актом  вступления в брак,  а  с  помощью  специальных юридических  актов: брачных договоров и других соглашений между супругами.              

    По  нашему  мнению,  все  вышесказанное  позволяет сделать вывод о том, что соглашение о заключении брака по  своей правовой природе не отличается от  гражданского договора. Признание  этого  факта  ничуть  не  принижает  этического значения брака. Безусловно, это  соглашение играет  и внеправовую роль, и  в этой  части оно  рассматривается вступающими в  брак  по-разному.  В  зависимости  от своих  убеждений они могут  расценивать  его как  клятву перед  богом или  как моральное  обязательство, или  как чисто  имущественную сделку.

    Новое  семейное  законодательство  так  же,  как  и  КоБС 1969 года,  придает   юридическое  значение   только  зарегистрированному   браку.  Незарегистрированный   брак  по-прежнему   не  порождает никаких правовых последствий.                            

   Брак,   заключенный   по   религиозному   обряду  или   в  соответствии  с  обычаями  той  или  иной  народности, также  не имеет правового   значения.   Заключение   брака  по   религиозному  обряду  возможно  как  до,  так  и  после  государственной регистрации  брака.  Правовое регулирование такого заключения, включая  условия  и  препятствия  к  заключению  брака   по  религиозному  обряду и  саму  процедуру  заключения   брака,  осуществляется   нормами   канонического   права   соответствующей  религии.

    Светское  законодательство  эти  вопросы  не  регулирует.  Из правила  о  непридании  такому  браку  юридической   силы  существует одно  исключение.  Правовое   значение  придается   браку,  заключенному   по   религиозному  обряду   на  территории   СССР,  временно    оккупированной    в    период    Великой    Отечественной войны,  до  момента  восстановления  органов ЗАГСа  (п. 7  ст. 169 СК).  Такие   браки  считаются   законными  независимо   от  того, были   они  в   последующем  зарегистрированы   в  государственных

 органах или нет.                                                 

    Порядок   регистрации   брака   регулируется   статьей   11  СК. Регистрация  осуществляется  органами   ЗАГСа  в   порядке,  установленном  для  регистрации  актов  гражданского   состояния.  Регистрация  производится  только   при  личном   присутствии  вступающих  в  брак.  Регистрация  брака  через  представителя  не допускается. Заключению  брака  обычно  предшествует   период  ожидания сроком в один месяц. Его  значение заключается  в том,  что в течение этого месяца будущие супруги могут  проверить серьезность своих намерений лица, вступающие  в брак,  подают заявление в органы ЗАГСа,  при этом  им назначается  день церемонии  регистрации  брака.   При  наличии   уважительных  причин месячный срок может быть сокращен или  увеличен, но  не более чем  на один месяц. Новое законодательство  впервые  предусматривает возможность  заключения  брака  непосредственно в  момент подачи заявления. Такая регистрация  возможна при  наличии особых обстоятельств. Их перечень, приведенный  в части  3 пункта 1 статьи 11  СК, не  является исчерпывающим.  В частности, необходимость  срочной регистрации  брака может  быть связана с непосредственной угрозой жизни  одного из  супругов, например  при  несчастном  случае,  ранении,  смертельной болезни. Такая  же  ситуация  может  возникнуть  при  рождении ребенка или беременности невесты, особенно в тех местностях,  где все еще сильны местные обычаи.                                   

    В случае  отказа  органов  ЗАГСа  от  регистрации  брака  будущие  супруги вправе  обратиться в  суд. Следует  признать за ними и право обжаловать в судебном  порядке отказ  в сокращении  или  увеличении  срока  ожидания,  поскольку последствия такого отказа практически те же, что  и последствия  отказа в регистрации брака.                                          

    В  новом  Семейном  кодексе  сохраняются   различия  между условиями  заключения  брака и  препятствиями к  вступлению в брак. Условия вступления в бракэто обстоятельства, необходимые для  того, чтобы  брак мог  быть зарегистрирован  и был признан  действительным.  Препятствия    это обстоятельства, при  наличии  которых  заключение  брака не  допускается. Они являются  правопрепятствующими     юридическими    фактами.

    Первые  являются  положительными  условиями,  вторые     отрицательными.  Правовое значение  и тех  и других  в принципе одинаково. При отсутствии условий или при наличии препятствий заключение брака  неправомерно, а  заключенный брак может быть признан недействительным в судебном порядке.               

     Условиями  вступления в  брак являются  взаимное согласие лиц, вступающих и  брак и  достижение ими  брачного возраста. (ст. 12 СК). Препятствиями к заключению брака,  в соответствии со статьей 14 СК, признается наличие другого зарегистрированного брака, близкое родство будущих супругов, недееспособность  одного  из вступающих  брак. Не  допускается также заключение брака между усыновленными и усыновителями.                

    Взаимное  согласие  на   вступление  в   брак  представляет собой согласованное  встречное волеизъявление  будущих  супругов,  направленное  на возникновение  брачного  правоотношения. По  своей правовой  природе оно является договором. Как и во всяком  договоре, воля  лиц, вступающих  в  брак,  должна  формироваться свободно.  Наличие насилия,  обмана,  угрозы,  заблуждения  или  иных неправомерных воздействий  приводит  к недействительности  брака. Волеизъявление должно  соответствовать воле.  Согласие на  вступление в брак  изъявляется  устно  и непосредственно  лицом, вступающим в  брак,  в  процессе регистрации  брака и  подтверждается его подписью.  В  случае  расхождения  между волей  и волеизъявлением так же, как и в гражданском праве,  предпочтение отдается воле.  Расхождение  между  волей  и  волеизъявлением возможно, например, когда один из супругов заявляет о своем  согласии на вступление в брак, хотя в  действительности его  согласие было вынужденным.                                                    

    Российское  законодательство  не   предусматривает  необходимость  получения  согласия  третьих лиц,  например родителей будущих супругов, на  заключение ими  брака. Не  требуется согласия  родителей  и  на  вступление  в  брак несовершеннолетними.                                                        

    Достижение  брачного возраста  необходимо   прежде  всего потому, что  для вступления  в брак  необходима определенная степень физической и  психической зрелости.  Поэтому законодатель устанавливает  достаточно  высокий  возрастной  предел для вступления в брак – 18 лет. Этот  возраст совпадает  и с возрастом  гражданского  совершеннолетия.  В  ходе  разработки нового  Кодекса  высказывались  предложения  о  снижении брачного возраста, однако они были отклонены,  так как  такое снижение  привело  бы  к поощрению  заключения более  ранних браков,  которые,  как  показывают статистические  данные, весьма нестабильны  и,  кроме  того,  часто  препятствуют  завершению супругами образования. Тем не менее не  следует переоценивать влияние   законодательства   в  этой   области.  Невозможность вступления  в  зарегистрированный  брак  до достижения  18 лет не  служит  препятствием  к  вступлению в  фактические брачные отношения. В пункте 2  статьи  13  СК  предусмотрена  возможность снижения брачного возраста лицам,  достигшим 16  лет, при  наличии уважительных  причин.  Снижение  производится   органами  местной администрации по месту заключения брака. Перечня причин, признаваемых  уважительными  для снижения брачного возраста, в законодательстве не дается. Чаще всего этими причинами является  фактическое создание  несовершеннолетними  семьи, беременность  или  рождение ребенка.  Однако возможны  и другие причины: в частности, неизлечимая болезнь одного  из супругов,  призыв на  военную службу  и т.д. Отказ  в снижении брачного возраста может быть обжалован в суд.               

    Федеральное   законодательство  не   предусматривает  возможности  снижения  брачного возраста  для лиц,  не достигших 16 лет. Это связано с тем, что, во-первых, случаи ходатайства ими о снижении достаточно  редки, во-вторых,  вызывает сомнения их способность к созданию  семьи. Кроме  того, вступление в  брак в  результате снижения  брачного возраста  приводит к приобретению   полной  гражданской   дееспособности,  которой эти лица не  всегда могут  должным образом  воспользоваться в столь раннем возрасте. С  другой стороны,  биологические способности  человеческого организма  к рождению  детей развиваются раньше  16 лет.  В случае  беременности несовершеннолетней, например в возрасте 13 лет, существуют  две возможности: разрешить ей вступить в брак или запретить вступление  в брак до  достижения  шестнадцатилетия.  Этот  вопрос   может  быть решен только в  строго индивидуальном  порядке, потому  что и в том и в другом случае существует серьезная  опасность нарушения прав несовершеннолетней матери и ее ребенка.          

    Разрешение снижения  брачного возраста  ниже 16  лет отнесено   к  компетенции   субъектов  Российской   Федерации.  В части 2 пункта 2 статьи 13  предусмотрено, что  субъекты Российской  Федерации  вправе  издать  законы,  определяющие порядок и условия  снижения брачного  возраста при  наличии исключительных  обстоятельств  для  лиц,  не достигших  16 лет.

    Однако  перенесение  этой  проблемы  на местный  уровень тоже может  породить нежелательные  последствия. С  одной стороны, в регионах, где традицией поощряется вступление в брак в раннем  возрасте, возможно принятие законов,  чрезвычайно упрощающих  процедуру  снижения  брачного  возраста,   что  может привести  к  массовому  нарушению прав несовершеннолетних. С другой стороны, при отсутствии такой возможности  браки с несовершеннолетними  будут совершаться  в соответствии  с местными  обычаями, что  приведет к  их еще  меньшей правовой защищенности. Другая опасность заключается в том, что  в ряде субъектов  Федерации  такие  законы  могут  вообще  не приниматься, что не даст возможность заключения брака даже при наличии особых обстоятельств.                                       

    Безусловным   препятствием  к   вступлению  в   брак  является состояние  хотя  бы  одного  их  супругов  в  другом  нерасторгнутом браке. Состояние   в   фактических   брачных  отношениях   не  является препятствием  к   заключению  брака.   В  данном   случае  речь идет о законодательном закреплении   принципа   моногамии.     Происхождение   этого   запрета   связано с   европейской  культурной и религиозной традицией,   практически    на   протяжении всей своей истории  признававшей   только   моногамные   браки. Население России, исповедующее ислам  и   имеющее  исторические   и   религиозные   традиции, допускающие полигамные  браки, тем не менее также оказывается  подчиненным   принципу  моногамии.  С  одной  стороны,  это  может  рассматриваться   как  навязывание чуждой  ему  европейской  модели  брака,  с  другой  стороны,   трудно  представить себе  современное   гражданское  общество,  строящее  свое   брачно-семейное  законодательство на  основе канонических   норм   различных религий. Проблема, по-видимому,  упирается в  решение  вопроса  о  том,  в какой  мере моногамный  брак  можно  рассматривать в наше время в  качестве  универсальной ценности, имеющей внерелигиозное значение.               

    Не   допускается  регистрация   брака  между   лицами,  состоящими   в   близких   степенях   родства.   Запрещается   заключение брака   между   родителями   и   детьми  и   другими  родственниками по   прямой   восходящей   и   нисходящей   линии.   Невозможно  заключение   брака   также   между   родными   братьями   и   сестрами как  полнородными  (имеющими  общих   отца  и   мать),  так   и  неполнородными    (имеющими    только    одного    общего   родителя). Этот   запрет   имеет   биологическое  происхождение.   Браки  между близкими     родственниками     существенно     повышают     вероятность   передачи   по   наследству  многих   наследственных  заболеваний.   Эта   закономерность  была   замечена  людьми   задолго  до того,  как  она  получила  свое  объяснение  в  современной  генетике.  В  процессе  своего  развития  запрет   близкородственных  браков,     имеющий    первоначально естественное происхождение, под   влиянием   религии   был   распространен  и   на  свойственников.  В  современном   российском  законодательстве  никакого  запрета  на браки  между лицами,  состоящими в  отношениях свойства, нет, поскольку между ними нет  кровного родства.  С другой  стороны, этот  запрет следует  признать существующим  и в отношении  лиц,  состоящих  в  юридически  неоформленных  родственных  отношениях,  поскольку  риск  передачи  наследственных заболеваний в этих случаях также высок.                 

    Запрещаются и браки между усыновленными и усыновителями. Этот запрет носит не  биологическое, а  социальное происхождение.  Он связан  с тем  обстоятельством, что  с течением времени  естественный  запрет на заключение браков между близкими  родственниками  приобрел  характер   этической  нормы.  Брак  между  родителями  и детьми  стал невозможным  и по соображениям  морали.  Усыновление,  имеющее  своей  целью создать  отношения,  имитирующие  родительские,  также  попадает под  действие  этого морального  запрета. Поэтому  в законодательстве и сохранено  правило о  запрете подобных  браков. Однако  между  усыновленным  и  усыновителем  не  всегда складываются   отношения,   напоминающие   отношения   родителей  и детей. Если усыновленный с самого начала знает,  что усыновитель  не  является  его  родителем,  подобных  отношений между ними не возникает. В  такой ситуации  не существует  и моральных  препятствий  к  заключению  брака  между ними.  В данном случае  усыновленный  и  усыновитель  должны  сначала ходатайствовать об отмене усыновления, а после этого они  вправе свободно зарегистрировать брак.                                

    Невозможно и вступление в брак лица, признанного судом недееспособным вследствие психического расстройства. Это ограничение имеет два обоснования. Во-первых,  лицо, страдающее  психическим  расстройством,  не способно  дать осознанное согласие на вступление в брак. Во-вторых, такой  брак является крайне   нежелательным   по   медико-генетическим  соображениям,  поскольку многие  душевные заболевания  могут передаваться по наследству. В  качестве препятствия  к  заключению  брака рассматривается  только формальное  признание  лица   недееспособным  по   решению  суда.

    Перечень  препятствий к  заключению брака  является исчерпывающим. Отказ в регистрации брака  по каким  бы то  ни было иным  основаниям:  в связи  с расовыми,  национальными, религиозными,  социальными  и  иными  различиями     запрещен  и рассматривается как грубое нарушение прав человека.         

    Не  допускается и  отказ в  регистрации брака  по медицинским показаниям. Это связано с тем, что, если  даже запретить вступление  в брак  лицам, страдающим  заболеваниями, передающимися по наследству,  это не  приведет к  решению проблемы. Данные  заболевания  опасны для  потомства, но  появление потомства возможно не  только в  браке. В  цивилизованном демократическом  обществе  невозможно  запретить   указанным  лицам иметь детей, поскольку это приведет  к нарушению  их важнейших прав.                                                

 


Глава II. Недействительность брака и последствия этого 

    Основания  для   признания  брака   недействительным  перечислены  в  статье  27  СК.  Брак признается недействительным при отсутствии условий вступления  в брак:  добровольного согласия супругов  и достижения  ими брачного  возраста. Наличие препятствий к заключению брака также является  основанием к признанию  его  недействительным.   Признается  недействительным брак, заключенный лицами,  одно из  которых уже  состоит в другом  зарегистрированном  браке;  при  наличии   между  ними запрещенных степеней родства; брак, заключенный  между усыновленным  и  усыновителем;  брак  заключенный  с недееспособным. Кроме того, основанием  для признания  брака недействительным  является сокрытие  одним из  супругов наличия  у него ВИЧ-инфекции   или венерического заболевания. Недействительным  признается  также  брак,  заключенный  без  намерения создать семью, так называемый фиктивный брак.                    

    Признание  брака  недействительным  является   санкцией  за нарушение   семейного  законодательства,   допущенное  лицами, вступающими в  брак (или  одним из  них), при  его заключении. В тех случаях, когда оба супруга или  один из них действовали виновно,  признание  брака  недействительным  следует рассматривать  как  меру  ответственности. Однако  возможна ситуация, когда  оба  супруга  действовали  невиновно.   Например,  если один  из  супругов  считал  свой предыдущий  брак прекращенным в результате смерти своего первого супруга, который в действительности  оказался  жив.  То  же  самое возможно,  если лица, вступающие  в  брак, не  знали о  наличии между  ними близкого родства. Несмотря на отсутствие вины с обеих сторон,  брак все равно будет  признан недействительным.  В этом  случае признание  брака  недействительным  будет  представлять собой меру защиты, применяемую  за  объективно  противоправное  поведение.                                                         

    Признание  брака  недействительным  действует  с  обратной силой, то есть  брак является  недействительным с момента его заключения.  Признание брака  недействительным по  своей правовой  природе  идентично  признанию  недействительной  оспоримой сделки. Так же, как и  при совершении  оспоримой сделки, при  заключении  недействительного  брака  правоотношение существует до вынесения судом решения о признании брака недействительным.  До этого  момента действует  презумпция действительности  брака.  Одного  только  наличия обстоятельств, служащих  основанием  для  признания   брака  недействительным,  недостаточно,  они  не влекут  автоматически недействительность брака. Необходимо, чтобы суд  вынес решение  о признании  его  недействительным. Признание брака  недействительным является  одним из  случаев признания недействительной оспоримой  сделки. Однако,  согласно господствующей  в  семейно-правовой  литературе точке зрения, брак по-прежнему  не  признается  договором,  а к  признанию брака недействительным  не  применяются  нормы  о  признании недействительными  гражданско-правовых сделок.  

    Признание  брака недействительным осуществляется не на основании  норм Гражданского  кодекса  о  признании  недействительными  оспоримых  сделок,  а  на  основании  специальных  норм Семейного кодекса (глава 5). Однако практически все основания  для признания   недействительными  сделок   применимы  и   к  браку. Кроме того,  брачное  законодательство  содержит специальные основания  признания  брака  недействительным,  которые неизвестны  гражданскому  законодательству о  сделках  (наличие близкого родства, другого нерасторгнутого брака  и некоторые другие). Все эти  специальные основания,  предусмотренные Семейным кодексом,  могут рассматриваться  в рамках  общего понятия  недействительности  сделки, не  соответствующей требованиям  закона.  Таким образом,  гражданское законодательство о  признании недействительными сделок и семейное законодательство  о  недействительности  брака опять-таки  можно рассматривать  сквозь призму  соотношения общего  и специального законодательства.                                           

    Существенное  значение  для  признания   брака  недействительным имеют  пороки воли  лиц, вступающих  в брак.  В брачном  законодательстве все  возможные пороки  воли, составляющие  в  гражданском законодательстве  самостоятельные составы оспоримых  сделок,  рассматриваются  как   отсутствие  добровольного  согласия  на вступление  в брак.  Отсутствие добровольного согласия возможно в случае насилия,  угрозы, обмана, заблуждения,  невозможности  в  силу  своего  состояния понимать значение своих действий или руководить ими.           

    Насилие может быть физическим и психическим – угроза. И в том и в другом случае оно должно  быть реальным  и действенным. Однако для определения, в какой степени  насилие повлияло на принятие решения о  заключения брака,  должен применяться  не объективный,  а субъективный  критерий. Необходимо выяснять,  как эти  обстоятельства повлияли  на данного конкретного участника правоотношений, а  не на  любого среднего человека. Оценка  заблуждения, обмана  или угрозы  именно поэтому  чрезвычайно сложна.  Например, серьезной должна быть  признана угроза  разглашения сведений  о прерывании беременности, потере невинности  или неверности  в отношении  женщины,  находящейся  под   воздействием  традиционных представлений, несмотря на то, что  большинство современных российских граждан не посчитали  бы такую  угрозу достаточно серьезной.                                            Чаще  всего  принуждение  к заключению  брака осуществляется в отношении женщин в местностях,  где в  соответствии с религиозными  традициями брак  заключается без  согласия невесты.  Признание  брака  недействительным по  этому основанию  чрезвычайно сложно,  поскольку потерпевшие,  как правило, не обращаются в суды за  защитой своих  прав. Прокурор, который имеет право в этом случае предъявить иск о признании брака недействительным,  также чаще  всего не  имеет возможности выявить факты принуждения к вступлению в брак.       

    Обман и заблуждение  отличаются друг  от друга  тем, что обман – это намеренное введение в заблуждение  лица, вступающего в  брак, тогда  как заблуждение  может возникнуть  и в результате не зависящих от  сторон причин,  действия третьих лиц  или  вины самого  заблуждающегося супруга.  Таким образом, заблуждение  является понятием  более широким,  чем обман.  Заблуждение должно  касаться личности  другого супруга или юридического значения акта  вступления в  брак. Заблуждение относительно личности  другого супруга  может заключаться не только в том, что произведена регистрация брака вместо одного лица с другим. Существенным может быть признано и заблуждение  относительно моральных  качеств одного  их супругов,  например  брак с  проституткой, лицом,  осужденным за преступление.  

    Заблуждение  относительно профессии,  социального  или имущественного  положения другого  супруга обычно  не  признается  существенным. Заблуждение относительно состояния здоровья другого супруга  может в  некоторых случаях  иметь  существенное значение.  Прежде всего  это касается ВИЧ-инфекции  и   венерических  заболеваний.   Хотя  сокрытие этих  заболеваний  и  служит  самостоятельным   основанием  к признанию  брака  недействительным,  с точки  зрения правовой природы  их можно  также отнести  к разряду  существенных заблуждений  относительно  личности  другого  супруга.  Решения проблемы  о  том,  какое  заблуждение  является существенным, осложняется тем, что в нашей стране почти  отсутствует судебная  практика  по этому  вопросу. В  практике других  стран в качестве  существенного  рассматривается  заблуждение относительно способности  супруга к  брачной жизни,  к производству потомства, гомосексуализм.                                 

    Нахождение лица в момент заключения  брака в  таком состоянии, что оно  не могло  отдавать отчет  в своих  действиях и руководить  ими,  может  быть  вызвано  различными причинами. Это  может  быть  психическое  расстройство,  алкогольное или наркотическое опьянение, тяжелое заболевание.                

    Во  всех  случаях  отсутствия  добровольного  согласия  на вступление в брак  инициатива признания  брака недействительным  может  принадлежать  только супругу,  чье право  на дачу согласия было нарушено. Поскольку в ряде случаев  этот супруг может  столкнуться  со  значительными  трудностями  при самостоятельном  предъявлении  иска,  правом  выступить  в защиту его интересов наделен также прокурор. В силу  принципа диспозитивности  гражданского процесса прокурор вправе предъявить иск о признании брака недействительным только  с согласия  супруга,  чье согласие  не было  добровольно. Исключение составляют только случаи,  когда это  лицо не  может отдавать отчет в своих действиях и руководить ими, хотя и  не признано недееспособным.  При  ином  решении  этой  проблемы  воля потерпевшего  супруга  будет  игнорироваться дважды:  при регистрации  брака  и  при  предъявлении  иска о  признании брака недействительным.                                               Недостижение  одним  их  супругов брачного  возраста является  основанием для  признания брака  недействительным, если возраст несовершеннолетнему  супругу не  был снижен  в предусмотренном законом порядке.                                   

    Признание  недействительным  брака,  заключенного  с  несовершеннолетним, различается  в зависимости  от того,  достиг в момент  предъявления  иска  несовершеннолетний  супруг  совершеннолетия или нет. Если  несовершеннолетний  супруг  к   моменту  предъявления иска  еще  не достиг  совершеннолетия, правом  на предъявление иска обладает он  сам, его  родители, опекуны  или попечители, органы  опеки  и  попечительства и  прокурор. По  смыслу пункта 1 статьи 28 СК эти лица имеют право предъявить  иск независимо  от  желания  самого несовершеннолетнего  супруга. Однако согласие  несовершеннолетнего  на  признание  брака недействительным  все  же  имеет правовое  значение. Согласно  пункту 2 статьи 29, суд может отказать в иске о признании  брака недействительным,  если  этого  требуют  интересы  несовершеннолетнего супруга  или если  этот супруг  не согласен  с признанием брака недействительным. Признание брака недействительным может  противоречить  интересам  несовершеннолетнего   в  случае  беременности,  рождения  ребенка,  возникновения  чувства привязанности  к другому  супругу. Во  всех этих  случаях признание  брака  недействительным  привело  бы  к необоснованному   и  существенному   нарушению  прав   супругов.  Признание брака   недействительным   против   воли   несовершеннолетнего супруга  возможно  только при  реальной угрозе  здоровью несовершеннолетнего  в  случае сохранения  брака или  наличии иных чрезвычайных   обстоятельств   (вовлечение  несовершеннолетнего  в  преступную  среду,  приобщение к  наркотикам, принуждение к занятию проституцией и т.д.).                         

    Если  несовершеннолетний  супруг  к   моменту  предъявления иска  о  признании  брака недействительным  достиг совершеннолетия,  право  на  предъявление  иска  принадлежит  только ему (п. 1 ст. 28). Из этого правила следует предусмотреть одно исключение.  В  случае  недееспособности супруга  после достижения  им  совершеннолетия  право  на  предъявление  иска должно быть предоставлено его опекуну или прокурору.                

    К  рассмотрению  дел о  расторжении брака  с лицом,  не достигшим  брачного  возраста,  во всех случаях  привлекаются орган опеки и попечительства и прокурор. Наличие  другого  нерасторгнутого  брака  предполагает, как уже  отмечалось  ранее, существование  только зарегистрированного брака. Нерасторгнутым  считается и  брак в  отношении которого вынесено решение суда о расторжении  брака, но  не была произведена  регистрация  развода в  органах ЗАГСа,  если расторжение брака в суде было произведено до 1 мая 1996 года.    Правом  на  предъявление  иска  о  признании недействительным  такого  брака  наделены  супруг,  не  знавший  о  наличии предыдущего нерасторгнутого   брака,  супруг   по  предыдущему нерасторгнутому браку, прокурор,  орган опеки  и попечительства, а также иные  лица, права  которых были  нарушены заключением  брака.  Другими  лицами,  чьи  интересы   были  нарушены заключением брака, могут  быть дети  или внуки  от предыдущего брака,  поскольку  таким  образом  нарушаются  их наследственные  права.  Орган  опеки  и  попечительства  имеет  право  на предъявление иска, только  если лица,  в интересах  которых он предъявляет  иск  (потерпевший  супруг,  наследник), недееспособны. Это прямо не предусмотрено  в тексте  части 3  пункта 1 статьи  28  СК, но  такое заключение  можно сделать  исходя из компетенции  органов  опеки и  попечительства: они  не защищают интересы полностью дееспособных лиц в суде.               

    Близкое родство супругов на  практике встречается  редко и, как правило, в тех случаях, когда сами супруги по тем или иным причинам  не  знали  о  наличии  этого  препятствия.  Право на предъявление иска  в этом  случае имеют  супруг, не  знавший о наличии  близкого  родства,  прокурор,  орган опеки  и попечительства, если один  из этих  супругов недееспособен,  а также третьи   лица,   права   которых  были   нарушены  заключением брака.                                                       

    Признание   недействительным   брака   между   усыновленным и  усыновителем может  быть произведено  по инициативе тех же лиц, что и при наличии близкого родства.                          Недееспособность  одного из  супругов также  является основанием  к   признанию  брака   недействительным.  Недееспособность  должна  быть установлена  решением суда.  Правом требовать  признания  такого  брака недействительным  обладают опекун  недееспособного  супруга,  орган опеки  и попечительства, прокурор  и третьи  лица, чьи  права были  нарушены заключением брака, а  также сам  недееспособный супруг  после выздоровления и признания его дееспособным.                         

    Несмотря на отсутствие прямого указания в законе, следует считать,  что  признание брака  недействительным в  случае заключения  его  с  недееспособным лицом  является правом,  а не обязанностью  суда.  При  решении  этого  вопроса  суд  должен руководствоваться  интересами   недееспособного.  Недееспособность  в  принципе  не  является  препятствием  к  состоянию в браке, поэтому, если  интересы недееспособного  требуют сохранения  брака,  в признании  брака   недействительным  должно быть отказано.              

    Наиболее часто встречающимся основанием   признания брака   недействительным   является    заключение   фиктивного брака.  Фиктивным  называется  брак,  заключенный  без намерения создать семью. Правовая природа его та же, что и  у мнимой сделки. И в том, и в другом случае юридические действия совершаются без намерения породить  предусмотренные для  них законом правовые  последствия.   Действующее  законодательство (п. 1 ст. 27) позволяет рассматривать в качестве  фиктивного и брак, в котором оба супруга не имели намерения  создать семью, и брак, в котором такое намерение отсутствовало только у одного  из  супругов.  При  заключении фиктивного  брака супруги (или один из них) всегда  преследуют определенные  цели: уклонение  от  уплаты  налога  на  наследство, получение  права на жилое  помещение,  получение российского  гражданства и  т. д. Основным  признаком  фиктивности  брака  являются   не  мотивы его заключения, а отсутствие  намерения создать  семью. Поэтому,  если лица  вступили в  брак, преследуя  имущественные или иные выгоды, и  создали при  этом семью,  такой брак  не может рассматриваться в  качестве фиктивного.  В данном  случае речь может  идти лишь  о браке,  заключенном по  корыстным мотивам. Мотивы  заключения  брака  не  имеют правового  значения, поэтому такой брак является действительным.                     

    Последствием   признания  брака   недействительным  является  аннулирование  всех  правовых  последствий брака.  В этом заключается основное значение  института признания  брака недействительным: он  дает возможность  не только,  как развод, прекратить  правоотношения,  вытекающие  из брака  на будущее время,  но  и восстановить  положение, существовавшее  до заключения брака.                                             

    Супруги  теряют  право  именоваться общей  фамилией, право на общее  гражданство, право на пользование  жилищем другого супруга, право на алименты и другие права К  имуществу, приобретенному совместно супругами, брак которых признан   недействительным,  применяются   не  нормы семейного  законодательства  о совместной  собственности супругов, а нормы гражданского законодательства о долевой собственности.  Брачный  договор,  заключенный  такими  супругами, признается  недействительным.  Признание брачного договора недействительным в  данном случае объясняется  специфическим  характером этого  договора. Он  предполагает специальный субъектный состав и может быть заключен только  лицами, состоящими  в  браке  или  намеревающимися  вступить в  брак. В последнем случае он вступает в силу только с момента заключения брака, которое является отлагательным  условием. Следовательно,  наличие  брака  всегда является  необходимым элементом брачного договора, без которого он не может существовать. Поэтому  признание  брака  недействительным  влечет  за собой недействительность и брачного договора.                     

    Однако  в  некоторых  случаях  аннулирование  всех правовых последствий  привело  бы  к  нарушению  интересов добросовестного  супруга.  Иногда  применение   гражданско-правовых  норм о  долевой собственности  приводит к  тому, что  данный супруг не  сможет  получить часть  совместно нажитого  имущества, потому что он не сможет доказать свой вклад в  его приобретение. Аннулирование   права  на   алименты  может   лишить  нетрудоспособного   нуждающегося   добросовестного   супруга  возможности  получения  средств к существованию.  Неблагоприятные последствия  для  него  может  иметь  и  признание  недействительным  брачного  договора.  В  результате  невиновный супруг вынужден будет страдать не только из-за того, что  он оказался вовлеченным  в  заключение  недействительного  брака  и вынужден участвовать в судебном процессе, что  само по  себе болезненно, но еще  и  пострадает  от признания  брака недействительным.   Такая   ситуация   противоречит   представлениям  о справедливости,  являющимся   одним  из   принципов  семейного права.  Чтобы  избежать  подобной  ситуации,  в пункте 4 статьи 30 СК содержится правило  о том,  что суд  вправе признать за  добросовестным  супругом  право  на   алименты,  применить к  имуществу  супругов  нормы  семейного  законодательства  об общей  совместной  собственности,  признать   брачный  договор действительным   полностью   или  частично.   Применение  этой нормы  является  правом,  а не  обязанностью суда.  Если нормы об  общей  совместной  собственности  более  благоприятны  для невиновного  супруга,  суд выносит  решение об  их применении. Если,  напротив,  это  выгодно  виновному супругу,  суд применяет  нормы  гражданского  права  о  долевой  собственности. В брачном  договоре  признаются  действительными  только  те его положения,  которые  благоприятны  для   добросовестного  супруга.  То  же  касается и  алиментов. Если  нетрудоспособным и нуждающимся  в  получении  содержания   является  добросовестный  супруг,  суд  сохраняет  алиментную обязанность.  Если на алименты  претендует  виновная  сторона,  право  на  получение алиментов аннулируется.   Добросовестный    супруг   вправе также  сохранить  фамилию  другого  супруга,  принятую  им при регистрации брака (п. 5 ст. 30).                            

    Кроме того, добросовестный супруг вправе требовать от  другого супруга возмещения морального и материального вреда, причиненного  ему в результате заключения  и признанияне действительным   недействительного  брака. Это  положение является  новым  для семейного  законодательства. Традиционно считалось,  что  личный  характер  семейных  отношений исключает возможность предъявления  подобных исков.  Однако представляется, что это не  должно препятствовать  защите интересов  лица,  которому  причинен  материальный   или  моральный ущерб. Такая точка зрения и  получила закрепление  в семейном законодательстве.                                           

    Признание  брака  недействительным  не  влияет   на  права детей, рожденных в таком браке. Это означает, что в отношении данных  детей  сохраняется  презумпция отцовства  мужа матери ребенка, если он родился во время брака или в течение трехсот дней со  дня признания его недействительным.  Эта презумпция может  быть  опровергнута. В  частности, при  заключении фиктивного брака,  когда оба  супруга действовали  без намерения создать  семью и  никогда реально  не вступали  в супружеские отношения,  возможно  оспаривание  отцовства  по  этому основанию.                                                      

                                                            

 

 


Глава III. Прекращение брака в РФ

    Прекращение брака отличается от признания брака недействительным тем, что при разводе брак прекращается на будущее время, в то время как признание брака недействительным обладает обратной силой и  прекращает правовые  последствия брака с момента его заключения.                                   

    Долгое  время  продолжает  считаться, что  расторжение брака, во-первых, аморально, а во-вторых, распад семьи  в результате развода крайне нежелателен для  общества, и  поэтому светское государство вправе  контролировать процесс  развода. Неблагоприятное влияние  разводов на  жизнь общества  бесспорно. Однако и моральные  запреты, и  негативное отношение  к разводу как к  социальному явлению  должны отступить  перед соображениями  защиты  человеческой  личности.  Отношения,  возникающие в браке, по сути своей таковы, что так  же, как  никто не может заставить вступить в  них, точно  так же  никому, кроме самих супругов, не дано право решать, продолжать их  или прекратить. Поэтому представление  о роли  государственных органов  при  расторжении  брака  должно  меняться.  Изменяется и представление о  том, что  является основанием  для расторжения брака.                                                  

    До  принятия  нового  Семейного  кодекса   основанием  для расторжения  брака  считался  непоправимый распад  семьи. Наличие  этого  обстоятельства устанавливалось  при расторжении брака в судебном порядке. В суде выяснялись  причины развода, и возможно было отказать в расторжении брака, если  они представлялись  суду  неубедительными.  При  расторжении  брака в органах  ЗАГСа  в принципе  основание для расторжения  было то же. Однако в этом случае выяснение  причин развода  не производилось и работники ЗАГСа не имели права отказать  в расторжении брака на том основании, что  семья может  быть сохранена. Поэтому можно  было считать,  что основанием  к расторжению  брака в  органах ЗАГСа  было взаимное  согласие супругов на развод.                                                  

    Анализ  нового законодательства  о разводе  позволяет сделать  вывод,  что основанием  для расторжения  брака является взаимное  согласие  супругов  на развод.  Непоправимый распад семьи является  основанием для  развода только  при расторжении брака по требованию одного из супругов в  случае согласия второго  супруга  на  развод. Теоретическим  обоснованием такого подхода является представление о том, что если  в основе возникновения  брачного  правоотношения  лежит договор,  то необходимо  допустить  и   возможность  прекращения   его  в любое  время  по  взаимному  согласию  сторон. Следовательно, в тех случаях, когда оба супруга согласны на развод, государственные  органы  должны  только  регистрировать  их соглашение  о  расторжении  брака. Действия  этих органов  не следует связывать  с  оценкой  каких-либо обстоятельств  или вынесением решений.                                                  

    Новый   Семейный   кодекс   предусматривает   две  процедуры расторжения  брака:  судебную и  административную –  в органах ЗАГСа.  Брак растрогается в органах ЗАГСа, если у супругов нет общих  несовершеннолетних  детей  и  оба  супруга согласны на расторжение брака. Роль органов ЗАГСа сводится к простой регистрации  развода.   Выяснять причины расторжения брака они не вправе.                      

    Регистрация  развода  производится  по  истечении   одного  месяца  с  момента  подачи заявления.  Этот срок  установлен для того,  чтобы  предотвратить  расторжение  брака  под  влиянием минутной ссоры.                                              

    В органах  ЗАГСа также  растрогается брак  между супругами, один  из  которых  признан безвестно  отсутствующим, недееспособным или осужден за преступление на срок  свыше трех  лет. В этих случаях не имеет значения, есть у супругов общие несовершеннолетние дети  или нет.  Согласию супруга-ответчика  в этих случаях  не  придается  правового значения.  Согласие супруга, признанного  безвестно  отсутствующим,   совершенно  очевидно, получено  быть не  может. Недееспособный  супруг не  может выразить  волю в  силу своей  недееспособности. Опекун  также не наделен правом дать согласие вместо  него, поскольку  в данном случае речь  идет о  сугубо личных  отношения, в  которых восполнение  воли недееспособного  не допускается.  Согласие супруга, осужденного к лишению  свободы на  срок свыше  трех лет, также не является обязательным. Брак растрогается в его отсутствие.                                                       

    Во  всех  перечисленных случаях  споры о  разделе имущества супругов,   уплате  алиментов нетрудоспособному  нуждающемуся  супругу, а  также споры  о несовершеннолетних  детях, рассматриваются  судом  независимо от  расторжения брака  в органах ЗАГСа (ст.  20 СК).  Такое решение  проблемы представляется совершенно правильным. Оно основано  на том,  что государственные  органы  при   наличии  указанных   обстоятельств  не вправе  отказать в  расторжении брака.  Соединение расторжения брака  с  разрешением  имущественных споров  и спорах  о детях привело  бы  к  неоправданному  затягиванию и усложнению процедуры  развода, а в  данном  случае  наличие дополнительных обстоятельств:  безвестного  отсутствия, осуждения  или недееспособности  одного  из  супругов  делают  необходимым скорейшее  расторжение  брака.  Один из  супругов или  опекун недееспособного  супруга  вправе  обратиться  в суд  за разрешением этих вопросов в  любое время,  как одновременно  с расторжением брака в  органах ЗАГСа,  так и  после развода  (в отношении раздела имущества в пределах срока исковой давности).             При  расторжении  брака  в  органах  ЗАГСа  брак  считается прекращенным  с  момента  внесения  соответствующей  записи  в книгу  актов гражданского  состояния. Одновременно  с внесением  такой  записи  бывшим  супругам  выдается  свидетельство о разводе.

    Расторжение брака в судебном порядке. Расторжение  брака  в   судебном  порядке   предусмотрено  в случае,  если  супруги  имеют общих  несовершеннолетних детей, а также при отсутствии согласия одного из супругов  на развод. Между  этими  двумя  случаями  существуют   значительные  различия. В судебном  порядке рассматриваются  также дела  о расторжении брака, если один из супругов, хотя и заявляет о своем согласии на развод, но уклоняется от расторжения брака в органах ЗАГСа:  отказывается подать  совместное заявление,  не является для регистрации развода (п. 2 ст. 21 СК). Необходимость наделения другого  супруга правом  в этой  ситуации обратиться в суд связана с тем, что в противном случае он не сможет получить развод, так как принудить другого супруга явиться  в ЗАГС невозможно.  Таким  образом, можно  было бы  затягивать бракоразводный процесс  до бесконечности.  Данные дела  следует относить  к  разновидности  расторжения  брака по  взаимному согласию супругов, если только  супруг, уклоняющийся  от расторжения брака в органах ЗАГСа, не заявит о своем несогласии на развод в суде.                                                    При расторжении брака по взаимному согласию супругов, имеющих  общих  несовершеннолетних  детей,  роль суда  в принципе такая же, как роль органов ЗАГСа.  Суд не  вправе выяснять причины  развода,  принимать  меры  к  примирению  супругов или допускать  какое-либо  иное  вторжение  в  их  личную  жизнь. В статье 23 прямо указано, что суд расторгает брак  без выяснения мотивов развода. Суд  не обладает  правом отказать  в расторжении брака, если оба супруга заявляют  об этом  требование. Расторжение брака производится в этом случае  в суде  только потому,  что  этого  требуют  интересы   несовершеннолетних  детей. Однако речь идет не о том, что, исходя из интересов  детей, суд

 должен  стремиться  сохранить  семью любой  ценой. Дело  о расторжении  брака  при взаимном  согласии супругов  является бесспорным.  Задача  суда  в  этих  случаях  иная:  супруги вправе представить на рассмотрение суда свое соглашение  о том,  с кем из  них  будут  проживать  несовершеннолетние  дети  и  в каком порядке  и  размере  им будут  уплачивать алименты.  Суд обязан проверить,  отвечает  ли соглашение  интересам детей.  Если нет оснований  полагать, что такое соглашение нарушает интересы несовершеннолетних,  суд  утверждает  соглашение   своим  решением.  Если  соглашение не  достигнуто или  если представленное соглашение противоречит  интересам детей,  суд обязан  по своей инициативе  разрешить  указанные  вопросы  в  судебном  заседании  и  вынести  по ним  решение. Соединение  рассмотрения этих требований  с  бракоразводным процессом  в данном  случае целесообразно потому, что  при разделении  их и  передаче расторжения  брака  в  органы ЗАГСа  практически невозможно  будет проконтролировать   принимаемые супругами решения   в  отношении  несовершеннолетних  детей.  Утверждение   соглашений,  касающихся  несовершеннолетних  детей,  не  входит   в  компетенцию  органов ЗАГСа.  Передача этих  вопросов в  ведение органов опеки и попечительства  или рассмотрение  их в  суде независимо от  расторжения  брака  в  ЗАГСе  затруднительны,   потому  что таким  образом  соглашения  о  детях  могут вообще  уйти из-под контроля.                                                     

    Расторжение  брака  в  судебном  порядке при  отсутствии согласия  одного  из  супругов  на  развод  обладает существенной спецификой.   В  данном   случае  основанием   для  расторжения брака  является  непоправимый  распад  семьи.  В пункте  1 статьи 22 указано, что брак растрогается, если суд  установит, что дальнейшая  совместная  жизнь   супругов  и   сохранение  семьи невозможны.  Для  установление  этих  обстоятельств  суд должен выявить причины  развода. Вызывает сомнения сама возможность констатации  непоправимого  распада  семьи  судом.  Суд может  руководствоваться  при  оценке  причин  развода  только объективными  критериями,  но  применять  эти   критерии  придется не к обычным,  средним лицам,  а к  конкретной супружеской паре. Задача же определения того, как то или  иное обстоятельство повлияло именно на  данное лицо,  может ли  оно после этого  продолжать  семейную  жизнь,  невыполнима.   Для  одной супружеской  пары  супружеская  неверность,   оскорбление  или даже побои со стороны  одного из  супругов могут  быть обыденным  явлением,  а для  другой иметь  непоправимые последствия. Поэтому,  если  у суда  возникают сомнения  относительно того, действительно  ли  дальнейшая  супружеская жизнь  супругов невозможна, он может  отложить рассмотрение  дела и  дать супругам  срок  для  примирения  в пределах  трех месяцев.  Если по истечении  срока  для примирения  один из  супругов по-прежнему настаивает на  своем желании  развестись, суд  обязан вынести решение  о разводе.  В части  2 пункта  2 статьи  22 прямо говорится, что брак растрогается судом, если меры  по примирению  супругов  оказались безрезультатными  и один  из супругов настаивает на разводе.  При этом,  даже если  судьи продолжают сомневаться  относительно  того,  возможно ли  сохранение данной семьи, суд не вправе отказать в расторжении брака против воли одного из супругов.                                         В  подавляющем  большинстве  случаев  супруги не  имеют серьезных  возражений  против  сообщения  причин  развода  суду. Однако  возможны  ситуации,  когда  супруги не  желают раскрывать  причины  развода  и  рассматривают  требование  суда  об этом как  вторжение в  свою частную  жизнь. При  таких обстоятельствах супруги в принципе не обязаны  сообщать суду  о причинах развода. Если один  из супругов  заявит о  своем желании расторгнуть брак, а другой супруг о своем несогласии  с разводом и оба они откажутся раскрыть мотивы развода, суд  не вправе принудить их к этому. Такой отказ не является  и основанием к отказу  в расторжении  брака. Суд  в этом  случа6 безусловно назначит  супругам  максимальный  срок  для  примирения, однако, если по его истечении один из  супругов не  изменит своего намерения развестись, брак должен быть расторгнут.          

    С  точки  зрения  теории  расторжение брака  при отсутствии согласия одного  из супругов  может рассматриваться  как односторонний отказ от договора.  В принципе  односторонний отказ от договора недопустим. Но  там, где  правоотношения, возникшие  из  договора, тесно  связаны с  личными взаимоотношениями сторон, такой  отказ возможен  под контролем  суда. Специфический  характер  брачного  отношения  заставляет  признать его  допустимым  и при  расторжении брака.  Если у  одного из супругов  сложилось  твердое  намерение не  продолжать супружеские отношения, принудить  его к  этому невозможно,  как бы ни хотел этого другой супруг. Поэтому суд не должен и  в этом случае иметь право отказать в разводе, если меры  по примирению  супругов положительного  результата не  дали и  истец по истечении срока для примирения не отказался от желания развестись.                                                         При   расторжении  брака   в  суде   моментом  прекращения брака  является  момент  вступления  решения суда  в законную силу (ст. 25 СК). Регистрация развода в органах ЗАГСа и получение свидетельства о разводе  по новому  законодательству не входят в состав юридических  фактов, необходимых  для прекращения брака. После вступления решения в  законную силу  суд в течение  трех  дней  направляет выписку  из решения  в органы ЗАГСа для регистрации развода в  книге записи  актов гражданского  состояния. Для  бывших супругов  регистрация расторжения  брака  и получение  свидетельства о  разводе по-прежнему имеют правовое  значение, поскольку  без этого  документа они не вправе вступить в  новый брак.  Ранее, согласно  КоБС 1969 года, прекращение брака при разводе  в судебном  порядке про- исходило только  после регистрации  развода в  органах ЗАГСа. Это  порождало  правовую неопределенность,  так как  срок, в течение которого супруги, получившие решение суда  о разводе, могли зарегистрировать  развод в  органах ЗАГСа,  был неограничен. В течение этого периода один из  супругов в  любой момент мог получить свидетельство о разводе и  прекратить брак, при  этом  другой супруг  даже не  уведомлялся об  этом. Брак формально существовал, но в  весьма нестабильной  и неопределенной форме.                                               

    Таким образом, легко видеть, что состав юридических фактов, вызывающих   прекращение брачного правоотношения путем развода, неодинаков. Если брак расторгается в ЗАГСе,  ситуация похожа  на складывающуюся  в процессе  заключения брака.  В этом  случае для прекращения  брака  необходимо  соглашение супругов  о разводе и акт регистрации развода  в органах  ЗАГСа. При  этом определяющее  значение имеет  соглашение  о  разводе  супругов,  не имеющих  несовершеннолетних  детей. Соглашение  супругов о  прекращении брака без регистрации развода не прекращает брак. Сам  акт регистрации  традиционно  рассматривается  как  акт  административного органа,  завершающий  состав  юридических  фактов,  прекращающих  брачное  правоотношение. На  наш взгляд,  его, как  и акт регистрации брака, следует считать  не элементом  сложного со- става  юридических  фактов,  а элементом  состава юридического факта    актом  регистрации  соглашения о  прекращении брака. Поскольку  для  соглашений  такого  рода  законом  установлена необходимость  регистрации, то  соглашение супругов  о разводе вступает в  силу только  с момента  его регистрации  в органах ЗАГСа. Если брак расторгается в суде, картина  получается несколько  иная.  При  разводе  по  взаимному  согласию  супругов для расторжения  брака  необходимо  соглашение супругов  о разводе и решение суда  о расторжении  брака. При  отсутствии согласия одного из супругов  на развод  состав юридических  фактов оказывается более  сложным. В  него входят:  волеизъявление одного из  супругов, направленное  на прекращение  брака, непоправимый  распад  семьи  и  решение суда  о разводе.  Однако, поскольку суд не вправе отказать в расторжении брака,  даже если у него не сложилась достаточная убежденность в том,  что дальнейшая  совместная  жизнь  супругов невозможна,  допустима ситуация, когда  основаниями для  прекращения брака  будут волеизъявление  одного  из  супругов, направленное  на расторжение брака,  подтвержденное после  истечения срока  для примирения, и решение суда о разводе.                                   

     Право требовать развод по российскому законодательству в принципе  ничем  не  ограничено, однако  существует  одно  исключение.  Согласно  статье  17  СК,  муж  не  вправе возбудить дело  о  расторжении  брака  во  время  беременности  жены  и в течение  одного  года  с  момента  рождения ею ребенка. Данное правило  призвано защитить  женщину в  период, когда  она является  наиболее  уязвимой. Запрещение  мужу требовать  развода в одностороннем   порядке неоднократно критиковалось. Наиболее  веским  аргументом  против  такого решения  проблемы является то, что муж все равно может оставить жену и  заставить его насильно  продолжать  супружеские  отношения  никто  не  может. Кроме  того,  невозможность предъявить  иск о  разводе рассматривалась  как  серьезное  ограничение  прав  мужа  и  нарушение принципа  равноправия  супругов.  Особенно   острой  становится ситуация, если муж  не является  отцом ребенка,  рожденного его женой,  поскольку  законодатель  не  предусматривает  для этого случая  никаких  исключений.  Нельзя не  признать, что  все эти соображения  являются обоснованными.  Тем не  менее, и  в защиту   существующего   ныне   положения  были   высказаны  весьма серьезные   доводы.   Бракоразводный  процесс   может  серьезно травмировать  беременную  женщину   или  кормящую   мать.  Хотя сохранение  семьи  с  помощью  данной  меры  невозможно,  можно по  крайней  мере  оградить  женщину  от волнений,  связанных с разводом. Ничто не  мешает супругам  развестись в  этот период, если жена выразит свое согласие  на развод.  Если же  она этого не делает,  у нее,  безусловно, есть  для этого  основания. Это может  быть  надежда  на  примирение,  желание,  чтобы  ребенок был рожден  до расторжения  брака (хотя  это не  имеет никакого значения  для  установления  отцовства),  или  просто нежелание участвовать  в  процессе  во время  беременности и  сразу после рождения  ребенка.  Законодатель  признает  эти  основания  достаточными  для того,  чтобы развод  был отложен  до достижения ребенком одного года.    

    Иные основания прекращения брака. Помимо  признания  брака  недействительным  и  развода, брак прекращается  также  смертью  или  объявлением   умершим  одного из супругов. В этих  случаях брак  прекращается автоматически с момента смерти супруга или с  момента вступления  в законную силу решения суда об объявлении супруга умершим.          В случае прекращения брака путем  развода с  супругом, признанным  безвестно   отсутствующим,  или   при  автоматическом прекращении  брака  с   супругом,  объявленным   умершим,  при явке такого супруга брак  может быть  восстановлен. Восстановление  брака  производится органами ЗАГСа по совместному заявлению  обоих  супругов.  Восстановление  брака невозможно, если один из супругов вступил в новый брак. Таким  образом, по новому  семейному законодательству для восстановления брака необходимо повторное  волеизъявление  супругов  на  продолжение брака.  Эта норма  (ст. 26  СК) заменила  крайне неудачное правило  КоБС  1969  года,  согласно  которому  восстановление брака  с  супругом,  объявленным умершим,  производилось автоматически в случае его явки.  Согласия супругов  на восстановление брака не требовалось.

 


Глава IV. Права и обязанности супругов

    В браке оба супруга имеют равные личные и имущественные права и обязанности. Личные отношения между супругами зани­мают большее место и играют значительную роль в жизни суп­ругов, по сравнению с имущественными. Однако далеко не все неимущественные отношения супругов регулируются правом. Отношения дружбы, любви, уважения, ответственности друг за друга не поддаются правовому регули­рованию. За пределами права лежит и большинство отноше­ний, составляющих существо повседневной жизни супругов. Поэтому среди отношений супругов, регулируемых правом, личным отношениям отводится значительно меньше места, чем имущественным.

Глава 6 СК, посвященная личным неимущественным пра­вам и обязанностям супругов, состоит всего из двух статей, тогда как имущественные отношения супругов регулируются 17 статьями. Но дело не только в количестве статей, даже в тех случаях, когда личные неимущественные права закрепляются нормами семейного права, во многих случаях это всего лишь нормы-декларации, а не реальные юридические нормы, потому что применение санкций за нарушения этих прав невозможно. Прежде всего речь идет о нормах, закрепляющих равенство суп­ругов в решении вопросов семейной жизни. Однако не следует считать, что нормы-декларации не имеют никакой правовой ценности. Во-первых, возводя моральные нормы в ранг право­вых, они провозглашают семейно-правовую политику государ­ства, во-вторых, они создают определенный эталон поведения, что имеет также и воспитательное значение.

Нормы, регулирующие личные неимущественные отноше­ния супругов, можно условно подразделить на три группы. Первую группу составляют нормы, являющиеся по своей пра­вовой природе нормами конституционного права, закрепляю­щими право супругов на выбор рода занятий, профессии, места жительства. Во вторую группу входят уже упомянутые нормы­ декларации, лишенные санкций. И только третья группа со­стоит из обычных семейно-правовых норм, снабженных сан­кциями.

Нормы первой группы в целом основываются на принципе, что изменение семейно-правового статуса граждан не влияет на их конституционные права. Пункт 1 статьи 31 СК указывает, что супруги свободны в выборе рода занятий, профессии, места пребывания и жительства. Все эти права являются элементами общем конституционного статуса граждан и в том или ином виде закреплены в Конституции. Прежде всего пункт 3 статьи 19 Конституции провозглашает равенство прав мужчины и женщины независимо от того, состоят они в браке или нет, следовательно, вступление в брак не может привести к умале­нию их конституционных прав. Право на выбор рода занятий и профессии определено в пункте 1 статьи 37 Конституции, оно также не зависит от семейного статуса граждан. Право на сво­бодный выбор места пребывания и жительства закреплено пунктом 1 статьи 27 -Конституции. Таким образом, все права, перечисленные в пункте 1 статьи 31 СК, являются лишь повто­рением в семейном законодательстве конституционных норм в определенном семейно-правовом ракурсе. Так, право на сво­бодный выбор места жительства и места пребывания означает, что супруги не обязаны проживать совместно или следовать друг за другом при перемене места жительства. данное повто­рение вполне оправдано, что тем не менее не позволяет считать сформулированные таким образом нормы семейно-правовыми. Необходимость включения этих правил в Семейный кодекс имеет историческое обоснование. Во всех странах они замени­ли ранее действовавшие положения (в России положения доре­волюционного законодательства), закрепляющие привилегированное положение мужа и обязанность жены следовать замужем при перемене места жительства, спрашивать его согла­сие при поступлении на работу, получении образования. Се­мейное право не предусматривает и особых семейно-правовых санкций за их нарушение. В большинстве случаев нарушение этих прав является лишь основанием к разводу. Лишь в особых ситуациях, когда нарушение прав супруга связано с посягатель­ствами на личность: лишение свободы, угрозы, физическое на­силие – возможно применение уголовно-правовых норм.

    Вторая группа норм закреплена в пункте 2 статьи 31 СК. Эти нормы устанавливают равенство супругов в решении во­просов семейной жизни: воспитании и образовании детей, ре­шении проблем отцовства и материнства. Все эти проблемы супруги должны решать совместно, исходя из принципов ра­венства. Легко видеть, что за нарушение данных правил невоз­можно установление санкций. Если супруги не решают эти во­просы совместно и на равноправной основе, а один из супругов узурпирует данные права, закон не знает способа принудить супругов решать их совместно. Несогласие по этому поводу может привести к распаду семьи и разводу, но принуждение их осуществлению невозможно.

Однако само по себе включение этих норм-деклараций в семейное законодательство имеет важное значение. Оно так же, как уравнение конституционных прав мужчины и женщины, является результатом длительной борь­бы за эмансипацию женщин и равноправие супругов в браке. Нормы-декларации, хотя не содержат санкций, устанавливающих наказание за их несоблюдение, тем не менее имеют и непо­средственный правовой эффект. Прежде всего они указывают на то, что юридические акты каждого из супругов в отношении детей, имущества, усыновления и тому подобного имеют рав­ное правовое значение. В некоторых случаях закон требует со­гласия обоих супругов на совершение того или иного акта. На­пример, согласие на усыновление ребенка должно быть дано обоими родителями. Усыновление ребенка одним из супругов возможно только с согласия другого супруга, не являющегося усыновителем. Любой из супругов вправе совершать сделки с имуществом, составляющим их общую совместную собствен­ность.

К числу норм-деклараций следует отнести и правило пунк­та 3 статьи 31 СК, устанавливающее, что супруги обязаны стро­ить свои отношения в семье на основе взаимоуважения и взаи­мопомощи, содействовать благополучию и укреплению семьи, заботиться о благосостоянии и развитии своих детей. Уважение относится к сфере чувств, а не к сфере права, осуществить обя­занность уважать друг друга правовыми способами невозмож­но. Обязанность оказывать помощь приобретает правовое зна­чение, только когда речь идет о содержании нетрудоспособного нуждающегося супруга. Во всех остальных случаях – это толь­ко моральная обязанность. Содействие благополучию и укреплению семьи также находится за рамками права. Забота о бла­госостоянии и развитии детей является реальной юридической обязанностью, за ее неисполнение возможно применение санкции в виде лишения родительских прав. Однако это не обязан­ность супругов в отношении друг друга, а обязанность каждого из них в отношении детей.

    Последняя группа норм имеет чисто семейно-правовой ха­рактер. Они касаются права супругов на выбор фамилии. В соответствии со статьей 32 СК при заключении брака супруг и могут избрать фамилию одного из них в качестве их общей фамилии или сохранить добрачную фамилию. Кроме того, суп­руги вправе соединять свои фамилии, именоваться двойной фамилией, если законодательство субъекта Российской феде­рации, на территории которого заключается брак, не запрещает соединение фамилий. Не допускается соединение фамилий и в случае, если один из супругов уже носит двойную фамилию. В соответствии со сложившейся традицией чаще всего жена при­нимает фамилию мужа, однако по закону супруги равны в своем выборе. Право на выбор фамилии может быть осущест­влено супругами только в момент регистрации брака, если в дальнейшем один из супругов желает принять фамилию друго­го супруга или восстановить свою добрачную фамилию, пере­мена фамилии осуществляется в порядке, предусмотренном Законом СССР от 3 июля 1991 года «О порядке перемены граж­данами СССР фамилий, имен, отчеств».

    Изменение одним из супругов в течение брака своей фами­лии не влечет за собой автоматическую перемену фамилии дру­гого супруга. При расторжении брака каждый из супругов вправе сохра­нить общую фамилию или восстановить добрачную фамилию. Это право также может быть реализовано только в момент рас­торжения брака, в дальнейшем восстановление добрачной фа­милии производится в общем порядке. Право изменить общую фамилию на добрачную принадлежит только тому супругу, ко­торый принял общую фамилию при вступлении в брак. Супруг, чью фамилию он носит, не может запретить ему продолжать именоваться этой фамилией после расторжения брака.

Имущественные отношения супругов поддаются правовому регулированию гораздо лучше, чем личные неимущественные. Поэтому, занимая значительно меньше места по сравнению сними в жизни супругов, они тем не менее составляют большин­ство отношений супругов, регулируемых правом.

Имущественные отношения супругов нуждаются в право­вом регулировании потому что, во-первых, имущественные права почти всегда могут быть осуществлены принудительно и за неисполнение имущественных обязанностей возможно уста­новление санкций. Кроме того, в имущественных отношениях необходима определенность. В этом заинтересованы как сами супруги, так и третьи лица: наследники, кредиторы. Однако не все имущественные отношения супругов регули­руются правом. Некоторая их часть остается за пределами права, например соглашения супругов, заключаемые в повсе­дневной жизни, о том, кто платит за квартиру, кто оплачивает летний отдых, как правило, носят чисто бытовой характер и не подлежат принудительному осуществлению.

Общие положения о собственности супругов в настоящее время включены в ГК РФ (ст. 256). Следовательно, совместная собственность супругов регулируется одновременно граждан­ским и семейным законодательством. К ней применимы все общие нормы Гражданского кодекса о собственности в целом по совместной собственности в частности. Семейное законода­тельство о супружеской собственности не может противоре­чить ГК. Оно, во-первых, детализирует и дополняет положения ГК, во-вторых, устанавливает определенные исключения из общих правил, предусмотренных гражданским законодательст­вом, связанные со спецификой семейных отношений. Соотно­шение гражданских и семейных норм о праве собственности супругов можно считать наиболее яркой иллюстрацией того, что семейное и гражданское законодательство можно рассмат­ривать в качестве общих и специальных норм.

Не будет преувеличением сказать, что нормы, регулирую­щие имущественные отношения супругов, подверглись в новом Семейном кодексе наиболее значительным изменениям. Изме­нились сами принципы регулирования имущественных отно­шений. Вместо законного режима супружеского имущества, ус­тановленном императивными нормами, не допускающими его изменения с помощью соглашений супругов, новое законода­тельство содержит законный режим супружеского имущества, установленный диспозитивными нормами. Этот режим приме­няется к имущественным отношениям супругов только в слу­чае, если cyпpyги не пожелали изменить его с помощью брачно­го договора или если брачный договор расторгнут или признан не действительным.

Имущественные отношения супругов можно подразделить на две группы отношений: отношения супружеской собствен­ности и алиментные правоотношения супругов. В данной части контрольной работы рассматривается только первая группа отношений. Нормы, ре­гулирующие отношения супругов по поводу собственности, включают нормы, устанавливающие законный режим имуще­ства супругов, нормы, определяющие договорный режим иму­щества супругов, и нормы, регулирующие ответственность суп­ругов по обязательствам перед третьими лицами.

    Законным режимом имущества супругов называется режим супружеского имущества, установленный диспозитивными нормами семейного законодательства. По российскому законо­дательству законным режимом супружеского имущества явля­ется режим совместной собственности супругов. Общей со­вместной собственности супругов посвящена статья 256 ГК РФ и глава 7 Семейного кодекса. Законный режим супружеского имущества применяется постольку, поскольку он не изменен брачным договором (ч. 2 п. 1 ст. 33 СК). Таким образом, помимо законного новое семейное законодательство предусматривает существование договорного режима имущества супругов, уре­гулированного главой 8 СК. Необходимость существования за­конного режима супружеского имущества связана с тем, что супруги не обязаны заключать брачный договор. статистичес­кие исследования показывают, что даже в тех странах, в кото­рых институт брачного договора существует давно, значитель­ное большинство населения его не заключает. Ценность брач­ного договора заключается не в том, что каждая супружеская пара вступает в него, а в том, что каждая супружеская пара имеет возможность урегулировать свои имущественные отно­шения таким способом. Супруги свободны в своем выборе за­ключить брачный договор или воздержаться от его заключения. В последнем случае их имущественные отношения, регулиру­ются нормами, устанавливающими законный режим имущест­ва супругов.

Режим совместной собственности существует в России с 1926 года. При разработке нового Семейного кодекса вставал вопрос о том, какой правовой режим супружеского имущества должен быть избран в качестве законного. Совместная собст­венность была признана оптимальной без сколько-нибудь се­рьезных сомнений. Однако следует иметь в виду, что ни один правовой режим имущества супругов не может удовлетворить интересы всех супружеских пар. Совершенно бесполезно пы­таться сконструировать режим, который выполнит эту задачу. Единственный выход из положения – выбрать в качестве за­конного режим, отвечающий интересам большинства населе­ния, и одновременно предоставить супругам возможность по-иному урегулировать свои имущественные отношения с помо­щью брачного договора. Именно поэтому ситуация, существо­вавшая до принятия настоящего Кодекса, нуждалась в скорей­шем изменении: ранее действовавшее законодательство пред­усматривало только законный режим супружеского имущества и не допускало возможности его изменения с помощью брачно­го договора.

Совместная собственность по-прежнему отвечает интере­сам большинства супружеских пар. Несмотря на значительные изменения, происшедшие в последние десятилетия, доходы большей части женщин по-прежнему ниже доходов их мужей. Это связано с тем, что женщины вынуждены сочетать профес­сиональную карьеру с ведением домашнего хозяйства и воспи­танием детей. Однако все более значительному числу женщин, несмотря на эти трудности, удается получать более высокие доходы, чем их супругам. для них режим обшей совместной собственности является крайне неблагоприятным, поскольку они несут двойную нагрузку на работе и дома, вкладывая значи­тельно большее количество труда и времени, чем их мужья, а при разделе имущества получают половину. Новое семейное законодательство позволяет им избежать этой несправедливос­ти, заключив брачный договор и избрав для себя, таким обра­зом, иной режим супружеского имущества.

    Совместную собственность супругов составляет имущест­во, нажитое супругами во время брака. Существует презумпция того, что все имущество, приобретенное в течение брака, отно­сится к общей собственности. Из этой презумпции вытекают два вывода. Во-первых, лицо, требующее отнесения имущества, приобретенного в течение брака, к категории общего, не должно представлять никаких доказательств. Лицо, которое настаивает на исключении такого имущества из общности, напротив, должно предоставлять доказательства. Во-вторых, все виды имущества, приобретенного в течение брака, считаются общи­ми независимо от того, включен законом тот или иной объект в перечень общем имущества или нет. для того чтобы исключить тот или и ной вид имущества, наоборот, необходимо прямое указание закона на то, что данная категория имущества являет­ся раздельной собственностью одного из супругов. В пункте 2 статьи 34 перечислены основные виды общего имущества. Это прежде всего доходы каждого из супругов от трудовой и пред­принимательской деятельности, результаты интеллектуальной деятельности, пенсии, пособия и иные денежные выплаты, неимеющие специального целевого назначения к общей собст­венности относятся также приобретенные за счет общих дохо­дов вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в банки и иные кредитные учреждения или в иные пред­приятия или организации, а также другое имущество.

Вышеназванное имущество является общим независимо оттого, приобретено оно на имя обоих супругов или только одного из них. Не имеет также значения, на чье имя зарегистрировано имущество, требующее регистрации, например автомашина.

Важное значение имеет определение момента, с которого доходы супругов становятся общим имуществом. По этому по­воду были высказаны различные точки зрения. Согласно одной из них доходы становятся общим имуществом супругов с мо­мента их начисления. Однако это не соответствует тому поло­жению, что в соответствии с трудовым и пенсионным законода­тельством право на получение заработной платы, пенсии или пособия имеет только сам работник, пенсионер или лицо, полу­чающее пособие. Такая же ситуация складывается и при полу­чении предпринимательского дохода. Супруг управомоченного лица не имеет права требовать выдачи ему супружеской доли на этом этапе. В соответствии со второй теорией доходы поступа­ют в общую совместную собственность с момента принесения их в семью. С этим также трудно согласиться. Во-первых, при таком решении вопроса имущество, приобретенное непосред­ственно после получения дохода, «не заходя домой», было бы отнесено к разряду личного, а не общего, что не соответствует действительности. Во-вторых, доходы могут вообще не приноситься в семью, а зачисляться на счет одного из супругов в кредитном учреждении, в этом случае такой счет также следо­вало бы относить к раздельному имуществу супругов. Наибо­лее приемлемой представляется третья точка зрения, исходя из которой доход становится общим имуществом супругов с мо­мента его получения управомоченным супругом.

Право на общее совместное имущество супругов является равным независимо от размера их вкладов в его приобретение. даже в том случае, если один из супругов вообще не участвовал в приобретении или увеличении общего совместного имущест­ва, это не влечет к умалению его права, если он не получал доходов по уважительным причинам (п. 3 ст. 34). Прежде всего эта норма направлена на защиту интересов того из супругов, который не получал доходов в период брака из-за того, что по совместному решению обоих супругов он осуществлял ведение домашнего хозяйства и воспитание детей. Однако перечень обстоятельств, которые признаются уважительными для неполу­чения дохода одним из супругов, является открытым. К таким обстоятельствам относится болезнь или учеба cynpyга, невоз­можность найти работу и другие причины.

Совместной собственности супругов присущи признаки, ха­рактерные для всех видов совместной собственности. В соот­ветствии со пунктом 2 статьей 244 ГК совместная собствен­ность является бездолевой. В период ее существования доля каждого их супругов в общем имуществе не определяется опре­деление доли возможно только при разделе совместного иму­щества, который одновременно влечет прекращение совмест­ной собственности.

Собственность супругов, являющихся членами крестьянского (фермерского) хозяйства, определяется статьями 257 и258 ГК. В данном случае речь идет только о специфике владе­ния, пользования и распоряжения объектами, составляющими имущество крестьянского (фермерского) хозяйства. Имущест­во супругов, которое не входит в число этих объектов: бытовые вещи, денежные средства, полученные супругами при распре­делении доходов от ведения хозяйства, имущество, приобре­тенное на эти средства, – регулируется нормами ГК и СК о совместной собственности супругов на общем основании.

Владение, пользование и распоряжение супругами совмест­ным имуществом регулируется статьей 253 ГК и статьей 35 СК. Супруги имеют равные права на осуществление своего права собственности в отношении общего имущества. В соответствии с пунктом 2 статьи 253 ГК и пунктом 1 статьи 35 СК владение, пользование и распоряжение общей совместной собственнос­тью осуществляются по общему согласию супругов. При этом в случаях, когда сделка совершается одним из супругов, согласие другого супруга предполагается. Это означает, что супруг, за­ключающий сделку, не обязан представлять доказательства того, что другой супруг выразил согласие на ее совершение. Такое решение вопроса связано с тем, что необходимость пред­ставления доказательств согласия другого супруга привела бык чрезвычайному затруднению гражданского оборота. При любой покупке в магазине супруги вынуждены были бы пред­ставлять документ, подтверждающий согласие супруга. Однако это не означает, что согласие другого супруга не должно быть получено. В отношении значительных сделок оно, как правило, должно быть непосредственно выражено. Что касается мелких бытовых сделок: приобретения продуктов, предметов повсе­дневного обихода, то согласие на их совершение другим супру­гом обычно дается в целом, в отношении всех будущих сделок данного вида. В случае если один из супругов совершает сделку без согласия другом, такая сделка является оспоримой. Она может быть признана недействительной судом по иску супруга, чье право было нарушено. Однако его иск подлежит удовлетво­рению, только если этот супруг сумеет доказать, что контрагент супруга, совершившего сделку, знал или заведомо должен был знать о несогласии супруга-истца на совершение данной сделки (ч.2 п.2 ст.35 СК). данное правило породила необходимость обеспечить стабильность гражданского оборота. В рассматри­ваемом случае интересы контрагента по сделке и одного из супругов вступают в противоречие. Если отдать предпочтение интересам супруга, это, во-первых, подорвет стабильность гражданского оборота, поскольку каждый вступающий в сдел­ку с лицом, состоящим в браке, будет опасаться признания ее недействительной Во-вторых, это может привести к злоупот­реблениям со стороны самих супругов, недобросовестно ис­пользующих эту возможность для признания недействитель­ной сделки, которая по каким-либо причинам стала для них невыгодной. Поэтому предпочтение отдается интересам супруга только в том случае, если третье лицо действовало недобро­совестно, заключив сделку, заведомо зная, что другой супруг не согласен на ее совершение, или, исходя из обстоятельств дела, должно было знать об этом.

Гражданское законодательство не сдержит исключений из приведенного выше правила. Однако в пункте 4 статьи 253 ГК указано, что оно применяется постольку, поскольку для отдель­ных видов совместной собственности Гражданским кодексом или другими законами не установлено иное. Поскольку суще­ствуют сделки, представляющие столь существенное значение для семьи, что в отношении них рассмотренные выше правила непригодны, семейное законодательство предусматривает ис­ключения из правила, установленного ГК. В ряде случаев инте­ресы супруга, не участвующего в совершении сделки нуждают­ся в дополнительной защите. Речь идет о сделках по распоряже­нию недвижимым имуществом и сделках, требующих нотари­ального удостоверения. Сделки с недвижимостью – это прежде всего сделки по распоряжению общим жилищем супругов. Ущерб, причиненный семье совершением такой сделки без со­гласия второго супруга, трудно переоценить. Сделки, требую­щие нотариального удостоверения или регистрации, – это также, как правило, сделки с объектами, представляющими осо­бое значение для семьи, например автомашиной, дачей. Для совершения этих сделок одним из супругов необходимо пред­ставить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Если такое согласие не было получено, пострадавший супруг в праве требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение одного года с момента, когда он узнал или должен был узнать о совершении сделки.

Режим совместной собственности супругов, существующий в России, может быть назван режимом ограниченной общности или общности приобретений, поскольку общим становится только имущество, приобретенное супругами в период брака. Помимо совместного имущества супругам принадлежит иму­щество, составляющее собственность каждого из супругов.

К этой категории прежде всего относится имущество, при­надлежавшее супругам до вступления в брак, а также приобре­тенное в период брака в порядке наследования, по договору дарения или по иным безвозмездным сделкам. Раздельным считается и имущество, приобретенное в браке, но за счет средств, являющихся раздельным имуществом или вырученных от продажи раздельного имущества. Например, дом, при­обретенный на деньги, полученные от продажи квартиры, при­надлежащей одному из супругов до брака. Новое законодатель­ство относит к раздельному имуществу супругов не только иму­щество, полученное в дар или по наследству, но и имущество, полученное по иным безвозмездным сделкам. К этому виду приобретений прежде всего следует отнести имущество, полу­ченное в порядке безвозмездной приватизации, например при безвозмездной приватизации квартиры одним из супругов. Сюда же можно отвести имущество, полученное безвозмездно, во не по сделкам, а по иным основаниям, например в качестве награды или в виде премии, не входящей в систему оплаты труда.

Имуществом каждого из супругов признаются также пред­меты индивидуального пользования (одежда, обувь, индивиду­альные предметы обихода и т.п.), приобретенные за счет общих средств в период брака. Исключение составляют предметы ин­дивидуального пользования, являющиеся предметами роско­ши: драгоценности, дорогие меховые изделия в т.д. Однако на практике определение того, что является для данной семьи предметом роскоши, бывает довольно сложно. Прежде всего это зависит от уровня доходов данной конкретной супружеской пары. В одном случае норковая шуба может быть обычным предметом обихода, в другом – предметом pocкоши. То же ка­сается других дорогих видов одежды.

    Предметы профессиональной деятельности, например му­зыкальные инструменты, компьютер, используемые одним из супругов и приобретенные в период брака за счет общих средств, не признаются имуществом каждого из них. Это связа­но с тем, что на их приобретение часто затачиваются значитель­ные семейные средства, и отнесение их к раздельному имущест­ву могло бы существенно нарушить интересы другого супруга.

В соответствии с пунктом 4 статьи 38 СК суд вправе при­звать раздельным имущество, нажитое каждым из супругов после фактического прекращения брачных отношений, но до расторжения брака. Необходимость такого исключения связа­на с тем, что между фактическим прекращением брака и его официальным расторжением может пройти значительное ко­личество времени. В некоторых случаях это может произошло обстоятельствам, не зависящим от воли супругов или одного из них. Например, муж не вправе расторгнуть брак без согласия жены в период ее беременности и в течение года после рожде­ния ребенка. В это время каждый из супругов может приобрес­ти значительное имущество, и отнесение его к категории обще­го было бы не целесообразно и несправедливо. для признания имущества раздельным недостаточно одном только раздельно­го проживания супругов. Супруги имеют право жить раздель­но, и сам по себе этот факт не влияет на их имущественные права. Необходимо, чтобы раздельное проживание было соеди­нено с намерением прекратить брак. Однако часто бывает за­труднительно определить, с каком момента супруги действи­тельно решили прекратить свои брачные отношения. Особенно сложно это сделать, когда такое намерение сложилось только у одного из супругов. Решение этих вопросов в каждом конкрет­ном случае отнесено на усмотрение суда.

При определенных обстоятельствах имущество, бывшее первоначально раздельным, может трансформироваться в общее. В соответствии со статьей 37 СК имущество каждого из супругов может быть признано их общей совместной собствен­ностью, если его стоимость была существенно увеличена за счет общего имущества или имущества либо труда другого супруга. Такая ситуация складывается, когда общие средства или сред­ства другого супруга вкладываются в капитальный ремонт, переоборудование, реконструкцию или иное улучшение иму­щества, принадлежавшего одному из супругов. Вместо вложе­ния средств другой супруг может увеличить стоимость имуще­ства своим трудом, например лично произвести капитальный ремонт дома, принадлежащего другому супругу. Нормы, регу­лирующие данные отношения (ч. 3 п. 2 ст. 256 ГК, ст. 37 СК), являются диспозитивными. При произведении улучшений, увеличивающих стоимость имущества одного из супругов за счет труда или средств другого, супруги вправе заключить спе­циальное соглашение о правовых последствиях такого улучше­ния. В частности, они могут установить, что в результате произ­веденных вложений имущество одного из супругов не стано­вится общим, и другой супруг приобретает право только на денежную компенсацию произведенных затрат.

 

 


Задача

    Раздельным считается имущество, приобретенное в браке, но за счет средств, являющихся раздельным имуществом или вырученных от продажи раздельного имущества. Например, как в нашем случае квартира, при­обретенная на деньги, полученные от продажи дома, при­надлежащего одному из супругов до брака. Однако, при наличии определенных обстоятельств суд вправе отступить от принципа равенства долей при разделе собственности супругов или от принципа право раздельной собственности. Прежде всего исключение может быть сделано, если этого требуют интересы несовершеннолетних детей. Чаще всего такая необходимость возникает при разделе дома или кварти­ры. Ранее существовавшее законодательство о праве собственности делали воз­можным возникновение ситуации, когда интересы несовершеннолетних оказывались существенно нарушенными. Положение о том, что дети не имеют права на имущество родителей приво­дило к тому, что при разделе дома, принадлежащего супругам на праве собственности, дети не получали доли в праве собственности. В настоящее время в соответствии со статьей 37 Семейного Кодекса1 имущество каждого из супругов может быть признано их общей совместной собственностью, если его стоимость была существенно увеличена за счет общего имущества или имущества либо труда другого супруга. Такая ситуация складывается (как в указанной в задаче ситуации), когда общие средства или средства другого супруга вкладываются в капитальный ремонт, переоборудование, реконструкцию или иное улучшение имущества, принадлежавшего одному из супругов. При произведении улучшений, увеличивающих стоимость имущества одного из супругов за счет средств другого, супруги вправе заключить специальное соглашение о правовых последствиях такого улучшения. В частности, они могут установить, что в результате произведенных вложений имущество одного из супругов не становится общим, и другой супруг приобретет право только на денежную компенсацию произведенных затрат. В данном случае такого соглашения не было заключено, поэтому, если суд признает данное имущество (дом) совместной собственностью супругов (на практике суды учитывают только существенное увеличение стоимости имущества1) – он определит конкретную долю каждого супруга в этой собственности, которая может и не совпадать с требованием гражданки Калитиной (т.е. присуждения ей 1/2 части дома). Однако суд должен будет учитывать и наличие у нее ребенка. Нельзя забывать, что к требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок давности.2   



1 Семейный кодекс Российской Федерации. Кодекс о браке и семье РСФСР. Официальные тексты. – М., 1997. С. 17

1 Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации // Под ред. П.В. Крашенинникова, П.И. Седугина. – М., 1997. С. 83

2 Семейный кодекс Российской Федерации. Кодекс о браке и семье РСФСР. Официальные тексты. – М., 1997. С. 18

 



0
рублей


© Магазин контрольных, курсовых и дипломных работ, 2008-2020 гг.

e-mail: studentshopadm@ya.ru

об АВТОРЕ работ

 

Вступи в группу https://vk.com/pravostudentshop

«Решаю задачи по праву на studentshop.ru»

Решение задач по юриспруденции [праву] от 50 р.

Опыт решения задач по юриспруденции 20 лет!